Исцеление любовью - Дэр Тесса - Страница 46

Проклятье. Они вернулись.

– Они не опоздали, – отметила Иззи.

Неужели она знала об этом визите?

– Иззи, ты не могла так поступить.

– И все-таки поступила. Пожалуйста, не злись.

Как будто он способен злиться на нее! Поднявшись с постели, он подошел к окну нехотя и в то же время порывисто, словно привлеченный видом опрокинувшегося экипажа. Во двор замка вливалась уже знакомая ему блестящая радуга из множества людей.

Очередное вторжение моранглиан.

Иззи встала рядом с ним у окна.

– Я понимаю тебя. Знаю, как ты к ним относишься. Но нам необходима помощь. В нашем положении привередничать опасно. – И она повысила голос, обращаясь к людям, по милости которых двор заполнился неприятным шумом: – Какая честь для нас, сэр Уэнделл! Как любезно было с вашей стороны ответить на мой призыв в час испытаний!

Со двора донесся голос:

– Вне всяких сомнений, мисс Гуднайт, мы вернулись бы откуда угодно, чтобы вновь служить вам.

Рэнсом силой оттащил ее от окна.

– Иззи, нет. Ни в коем случае. Я должен продемонстрировать здравомыслие, показать, что я сведущ в делах, к которым имеет отношение герцогский титул. А если замок будет кишеть помешанными с игрушечными мечами и неестественным пристрастием к устаревшим речевым оборотам, мое положение только осложнится.

– У нас нет выбора. Нам уже некогда искать, обучать и одевать слуг из числа местных жителей. А эти люди готовы нам помочь. Они умеют подчиняться приказам, вдобавок… они одеты одинаково.

– На них нагрудники, словно найденные в куче мусора у ближайшей кузницы. На ливреи эти наряды нисколько не похожи.

– Понимаю, они выглядят непривычно, но мы сделаем вид, что это моя причуда, – объяснила Иззи. – Ты же знаешь, как ко мне относятся. Я мечтательная малышка, живущая в сказке, придуманной моим отцом.

Черт, как ненавистна ему была мысль о том, что ей опять придется притворяться. Тем более что это будет притворство ради спасения его, Рэнсома.

– Ты забыла еще об одном, – сказал он. – О том, что все эти люди по ошибке принимают меня за своего кумира. Значит, будут звать меня Ульриком.

– Нет, что ты! На этот раз ошибаешься ты. Все понимают, где сказка, а где реальность. Эти люди никогда и не считали тебя Ульриком. Просто думали… ну, что ты один из них.

– Один из них?

– Да. Рэнсом, они с радостью станут твоими друзьями, если ты им разрешишь.

В дружеских отношениях с этими людьми он ничуть не нуждался. Но жестокая истина заключалась в том, что ему требовались слуги. Нельзя допустить, чтобы кто-нибудь подумал, будто бы он похоронил себя заживо в полуразрушенном замке, в обществе одного камердинера. Даже если именно так он и жил еще несколько недель назад.

– Просто дай им шанс, – шепотом попросила Иззи и поцеловала его в щеку, прежде чем спуститься навстречу пестрой толпе. – Ты сделаешь это для меня?

Она понятия не имела, на что он был готов ради нее. Не просто на глупые уступки, но и на любые подвиги.

Он сам заточил себя в этом замке, чтобы здесь и умереть. Он обрубил все связи с внешним миром. И когда он уже считал, что сжег за собой все мосты, эта женщина – невозможная, нелепая, желанная – явилась сюда с явной решимостью перебраться через ров вплавь. Прорвать его оборону. Свить гнездо в замке. И остаться в нем.

Если бы не Иззи, эта комната по-прежнему кишела бы крысами и летучими мышами. Если бы не она, он сидел бы сейчас, небритый и пьяный, в огромном зале или угрюмо считал шаги в никуда. Если бы не она, у него не было бы никаких причин бросаться в этот бой.

Может, у него вскоре не останется ни титула, ни состояния, чтобы предложить ей, но он твердо решил защитить ее.

Поэтому все поступки, которые он совершал в последнее время…

Он совершал ради нее.

Глава 21

– Все сюда! Собирайтесь! Итак, начинаем генеральную репетицию.

Выглянув из окна спальни герцога, Иззи обращалась к собравшимся во дворе рыцарям, фрейлинам, слугам и друзьям.

Поверенные прибудут уже завтра. Значит, у всех присутствующих есть только один шанс проверить, все ли они запомнили.

Прокашлявшись, Иззи громко попросила:

– Пожалуйста, займите свои места.

Рыцари, кухарка и служанки-фрейлины скрылись в замке, во дворе осталась лишь «инквизиция».

Роли «инквизиторов» вызвались сыграть Абигейл и несколько фрейлин, которые должны были изображать незваных гостей. Девушки с воодушевлением взялись за дело, собрали волосы на макушках в строгие узлы, облачились в скромные пальто темных цветов и касторовые шляпы, позаимствованные из гардероба викария. Они даже нарисовали на лицах сурьмой бакенбарды и усы.

Если не считать редких смешков, эта компания выглядела совсем как сборище ревизоров – солидных и серьезных поверенных и врачей.

– А теперь, когда гости прибыли, Дункан проводит их в замок Гостли.

Дункан открыл парадную дверь и почтительно поклонился ряженым юным леди.

– Добрый день, господа. Добро пожаловать в замок Гостли.

– Превосходно! А теперь проводите гостей в… – Иззи обернулась к Рэнсому, который стоял рядом с ней на площадке у окна. – Ты уверен, что предпочитаешь большой зал? Теперь у нас есть гостиная. Она не так велика…

Рэнсом покачал головой.

– Пусть будет большой зал. Я хорошо знаю пространство и эхо в нем.

– Значит, большой зал. – Иззи снова повернулась к окну: – Дункан, проводите их в зал.

Дункан встал перед «инквизиторами» и почтительно склонил голову.

– Будьте добры, джентльмены, следуйте за мной.

Хихикающие девицы направились за ним в замок.

Иззи отошла от окна.

– Тем временем мы ждем здесь. Как только Дункан устроит гостей в большом зале, он пришлет за нами кого-нибудь из фрейлин.

И они погрузились в молчание. Иззи разглядывала свою обувь. Завтра она наденет новую, а сегодня сойдут и старенькие нанковые полусапожки.

Рэнсом, конечно, с каждым днем выглядел все величественнее. Дункан без устали трудился много часов подряд, вычищая, стирая, отутюживая и полируя каждую деталь одежды его светлости, и его старания не прошли даром.

Локоны Рэнсома были, пожалуй, чуточку длинноваты, но Иззи не могла заставить себя предложить ему подстричься. Золотисто-каштановое крыло волос падало на его рассеченную бровь, и Иззи понимала, что без него Рэнсом будет чувствовать себя неловко.

– Ни о чем не беспокойся, – заверила она. – Мы продумали все до последних мелочей, предусмотрели каждую возможную случайность. А если что-то пойдет не так, у нас есть последнее средство. План Г.

– План Г? Что за План Г?

– Белоснежка. Если возникнут непредвиденные сложности, одна из фрейлин впустит в комнату горностая. По меньшей мере, его появление всех отвлечет.

Уголок его губ дрогнул уже знакомым Иззи образом. Она до сих пор не знала, как истолковать эту гримасу, но пыталась убедить себя, что это улыбка.

В дверь постучали.

– А вот и он, – объявила Иззи. – Сигнал нашего выхода.

Она взяла Рэнсома под руку, вдвоем они вышли в коридор и начали спускаться по лестнице в большой зал.

– Я помню все, что ты мне рассказал, – заверила Иззи. – У Блейлока рыжеватые волосы и очки. Риггет тучный, с близко посаженными глазами. Когда мы войдем в зал, я высмотрю обоих и подам тебе знак, объясняя, где они находятся. Первый сигнал – Блейлок. Второй – Риггет. Что касается остальных, дождемся момента знакомства. Если тебе понадобится Дункан, он всегда будет находиться слева от входа. После того, как ты представишь меня, я смогу взять на себя…

Он остановился.

– Иззи…

– Да? Я что-то забыла?

– Вот это. – Он наклонил голову и поцеловал ее. Теплым, длительным прикосновением губ к ее губам. – Он тебе не помешает.

Она вздохнула.

– Да. Спасибо.

Сумбур в ее голове сменился четким и ясным порядком мыслей. Поцелуй Рэнсома стал для нее подобием надежного якоря в бурю. Если они выдержат это испытание вместе, остальное уже не имеет значения.