Последняя из рода Оуш (СИ) - Гиз Анна - Страница 37

— Я, воин и мечник Рогоз из рода Барута Смелого, даю клятву Меченой Айре, магине и лекарке в том, что не пойду против неё ни словом, не лихим делом, ни помыслом и посягать на жизнь Ролла Рыжего не буду. По первому слову её обязуюсь выполнить любой откуп за оставленную мне жизнь. Пусть свяжут и примут мою клятву все Семеро и покарают меня, если нарушу её.

Айрис подошла к мечнику, взяв его за окровавленную ладонь произнесла:

— Я, Меченая Айра, Айрис, Вайирис, Высшая и последняя принцесса из рода Оуш, принимаю твою клятву мечник Рогоз. Стань мне товарищем, а не врагом. Произнесённую тобою клятву я приму сердцем. Пусть и все Семеро примут её, как и я. Всё, что нами здесь произнесено, пусть останется неведомым, как для друзей так и для врагов.

Вдруг, их руки осветились лёгким сиянием, а капли крови медленно оторвались от их рук, на мгновение застыли на уровне их глаз и унеслись вверх.

Мечник стоял ошарашенный и не мог вымолвить ни слова, пока Айрис не подошла и не перерезала сжимающие его руки путы. Потом указала рукой на лежащих побеждённых ею мужчин и с горечью произнесла.

— Рогоз, это были твои товарищи. Надо тела их отдать на суд Семерых. Поможешь вытащить их с погреба? И ещё… Я оставила жизнь стрелку. Он приведёт лошадей к дому.

Мечник удивлённо вскинул глаза на эту хрупкую девушку, а потом нервно сжал губы и нахмурился, готовясь сказать, что он думает по этому поводу, но в последнюю минуту сдержался и промолчал. По всей видимости, эти двое не ладили друг с другом. Айрис это заметила, но вопросов не задавала.

— Айрис! А что дальше?

— Да ничего. Возьмёте причитающиеся вам деньги и поделите между собой остаток. Хотите — отправьте долю их семьям. Как вам поступить — решать вам двоим.

— Я не об этом. Мне некуда пока идти. Пустота. К свободе я не привык. Сколько себя помню, всегда кому-то служил..

— Можешь сопровождать меня в столицу. У меня там дело.

— Эм. Может и стоит туда вернуться..? Я родом с пригорода столицы. С отцом у нас вышел разлад. Уже не был дома без малого восемь лет. Отец женился во второй раз, взяв в жёны девушку моложе его на пятнадцать лет. Вот я и взбунтовался. Назвал его самодуром и старым развратником. Выгнал он меня из родного дома, своего единственного родного сына, как пса безродного! Меня там точно не ждут, но проверить можно. Может я оказался прав, и отец сейчас жалеет… А может по дому бегают мои счастливые братики и сестрички. Любопытно взглянуть. Пожалуй. мне с тобою по пути пока..

— Хорошо. Давай — ка мы поднимемся наверх и поговорим с Альгером. Только ты пока побудь в доме, а я его подготовлю к новости, что ты жив. Он этого ещё не знает. Как бы глупостей по молодости лет не наделал — и Айрис с легкостью огневицы метнулась по ступеням вверх. Подняв голову, она увидела стрелка. Он стоял в проёме двери на пороге дома, наизготовку с арбалетом в руках. В глазах его сквозило неверие и даже гнев, будто его провели вокруг пальца.

— Альгер! Не надо. Опусти оружие. Он принёс мне клятву.

— Это не помешает мне его убить и освободить от клятвы. Он — убийца! Жестокий и беспощадный! Ты не знаешь… Он уже и не человек… Его назвать таковым — оскорбить Семерых! У него руки по локоть в крови.

— Ни слова больше! Заткнитесь оба и не будите во мне зверя, а не то я сама вас прикончу! Опусти оружие, парень. С этой минуты каждый из вас пойдёт своей дорогой. А сейчас я жду от вас другого. Докажите обратное — научитесь ценить жизнь и уважайте смерть. Отдайте на суд семерых бывших ваших товарищей — придайте их тела священному очищающему огню. Займитесь делом.

С высоко поднятой головой, не глядя на стрелка, Айрис уверенно и быстро прошла мимо Альгера. Вышла на свежий воздух и выдохнула с облегчением. Как же тяжело ей даётся удержать гнев в груди. Будто расплавленная лава бежала по венам. Айрис медленно подошла к берегу озера. Приятная прохлада утра окутала её. Опустив глаза на свои руки, только сейчас заметила в них короткие мечи. Они будто приросли к ним. Превозмогая непонятную силу, приковавшую её руки к рукояти мячей, медленно, с невероятным усилием разжимала пальцы рук, горя лишь одним желанием — поскорее избавиться от них.

Мужчины поговорили. Через четверть часа на берегу озера пылал костёр, огонь которого вознёс души погибших в небеса, приближая их к праведному суду Семерых. Ещё через два часа все занимались вполне мирными делами. Стрелок ловил рыбу, мечник готовил еду, а Айрис, уставшая и обессиленная, добравшись до постели на чердаке, рухнула на койку и заснула.

Мужчины держали нейтралитет — старались быть подальше друг от друга. Каждому из них, эта хрупкая девушка подарила жизнь, и теперь они пребывали в растерянности и недоумении. Как же так получилось? Еще вчера они шли по следу очередной жертвы, как жестокие и алчущие крови сурты, а сегодня они сами стали дичью этой травницы. Она перевернула их душу, смутила, заставила посмотреть на себя и свою жизнь со стороны.

Отдохнув, выспавшись, Айрис спустилась в дом. На столе перед ней поставили тарелку с жирной мясной похлёбкой. Рядом стоял кувшин с гельтом. Мужчины молча ждали, когда она поест, прежде чем начать разговор.

Не выдержав безмолвия, нарушил тишину Рогоз.

— Айрис! Дело в том, что мы с Альгером не можем пойти в разные стороны, разбежаться, как ты выразилась. Мы клятвой с нашей бывшей четвёркой соединены, а вот теперь… с тобой. Получается, так или иначе, но мы в связке. Понимаешь? Твои интересы — наши интересы, твои беды — наши беды, твои враги — наши враги…Вот как-то так..

— Ой! Я не хотела. Не подумала, что вы связаны. Моя вина…

— Мы теперь тебе как братья, хочешь ты этого или нет- продолжил развивать мысль Альгер.

— Братья?! Ладно, мне, а друг другу? Вы же не умеете доверять! Смотрите друг на друга с неприязнью. Не знаю, что произошло между вами, да в глаза это очень бросается… Так как? Что скажите? Не хочу я иметь братьев, которые готовы через минуты в глотку друг другу вцепиться!

— Мы поговорили. Не совсем мы и пропащие! У каждого была своя боль, которая терзала душу. Вот и дошли до того, что жизнь перестали ценить, как свою, так и других. А о доверии… Ты права. Его не купить не за какие деньги! Одно могу сказать — я и Рогоз перед тобою в долгу — произнёс Альгер и опустил голову.

— Ладно, ребята. У меня есть свои секреты. Сказать вам всё сразу не могу для вашего же блага. Скажу только, что цель моя высока. За такое и жизни не жаль. Ждут меня в столице. Идем во дворец на приём к матери Правителя, Тамарике. Ищем у неё защиты и помощи сразу в двух делах. Про первое скажу вам сразу, а про второе… Может чуток позже. Не хочу раньше времени болтать о важном. Многое может измениться от этой встречи. По лицам вашим вижу, что о многом спросить хотите. Давайте так. На три вопроса отвечу, но не более..- и девушка улыбнулась.

— Кто ты? Ты не простая травница… Расскажи свою историю.

— Да_да, И про Ролла тоже! — продолжил Альгер.

— И кто у тебя был мастером по мечам…

— И что за история со шрамом…

— А ты — Высшая?

— А ты в ядах разбираешься..

— А какие…

Они сидели до самого вечера, а вопросы сыпались, как горох из дырявого мешка. Айрис, словила себя на мысли, что ей и вправду стало легче от признания, от длинного рассказа о своей судьбе и всех жизненных перипетий, которые случились с ней за эти последние три года жизни. Когда её голос умолк, они продолжали на неё молча, не отрываясь смотреть, рассматривать эту щуплую, невысокую девушку, будто увидели её впервые. Её желание идти вперёд — вдохновляла, её пройденный уже путь восхищал.

— А с Роллом история не имеет продолжения. Он ушёл. По его следу идут не только наёмники, но и ассасины. Я предполагаю, что его род близок к семье самого Правителя, а иначе, зачем вся эта канитель? Дело даже не в наследстве…Власть имущих может постоять за себя — подделать документы, найти ошибки в завещании, подкупить кого надо, а тут… Да и наследство передаётся по старшей линии родства… Значит, убрали бы его мать, но она жива и здорова. Дело серьёзнее..