Университет Трех Виселиц (СИ) - Лис Валерия - Страница 55

- Ну прямо не волк, а конь. Ретивый - философски сообщил Роррей влажной ночной тишине, обнял уютно Монгрен, и на всякий случай покружил еще немного над садом. Мало ли, что надумал там себе милорд ректор в сердцах? Еще выпрыгнет точно так же из кустов, если зазеваешься, и Монгрен в зубах унести попытается? С него станется, со злыдни коварной! И зубы солидные очень, спорить с этим бессмысленно. В таких только сонных девиц в чащобы ночные уносить.

Его милость не изволил ниоткуда выпрыгнуть, или даже степенной трусцой неспешно заявляться - видимо, изливал свой высочайший гнев на открытой местности. И Эльмар, хмуро оглядев еще раз серебристый атрибут ментальных происков в волосах Ивы, отправился в дом.

Утро обещало быть как минимум занимательным.

Обновление от 13.01

До чего порой странные вещи и мысли лезут в голову с утра!

Вот первый раз со мной такое, чтоб, по утру, проснувшись, первое, о чем думаешь - это до чего же болят волосы!

Именно так, волосы болят. Где-то у самых корней, хоть и даже в мыслях это звучит весьма и весьма глупо.

Я сонно потерла затылок, рассеянно путаясь пальцами в растрепанных волосах, и заворочалась среди подушек и всяческих предметов постельного белья.

- Доброе утро - поведал мне откуда-то сбоку рорреевский мирный голос.

Я крутнулась в сторону этих пожеланий, и обнаружила старосту магов вальяжно подпирающим дверной косяк. Причем выглядело это так, словно косяк в такой поддержке полудемонического плеча крайне нуждался, и будущий милорд маг не просто так праздно торчал в дверях спальни, а был при деле.

Судя по мокрым волосам, и светлой тунике, местами липнущей к телу то там, то сям, Роррей только-только с водных процедур явился.

- Ты, Роррей, натуральная ранняя пташка. Крылья имеешь, вскакиваешь ни свет, ни заря, и спать не даешь приличным людям - буркнула я, стараясь за замечанием этим сокрыть собственное дурацкое волнение, которое наследник лорда Роррея неизменно во мне вызывал теперь.

В самом деле, ну кто бы не заволновался?

Начиная с ног и вплоть до черноволосой макушки, он ведь был так...волнителен. Его гибкая непринужденность, его, только ему одному присущая, ленивая грациозная сила, которой он будто бы сам и не осознавал, и легкое золото гладкой кожи... Изумрудные глаза, словно прихотливой огранки и совершенной чистоты драгоценные камни в обрамлении черного обсидиана. Острые чуть скулы, и такие истово демонические, чернильно-черные, брови. И яркие губы.

Хотя вот на губы лучше не смотреть лишний раз, ибо я сразу до ушей краснею. Уж очень много всяческих воспоминаний с губами этими нынче у меня связано.

- А ты все никак не наспишься? - лениво улыбнулись эти самые губы, и Роррей все так же непринужденно переступил на месте, легко поведя в движении плечом.

Завороженная всеми этими линиями, улыбками и легкостью, я не сразу нашлась с ответом.

- Вставай, соня. Уже время почти что и не утреннее. Завтракать пойдем - он махнул рукой, а я разочарованно подумала, что мог бы и позаигрывать с барышней, подлец. А то прям как посторонний вежливый сосед.

Но вслух говорить ничего не стала, не хватало еще разразиться сожалениями по поводу того, что Эльмар слишком прилично себя ведет.

Красота всех нелюдей на самом деле была делом свершено привычным. В той или иной степени, физическая оболочка - это часть природы, один из отлаженных механизмов выживания и приспособления вида. А демоны - это хищники изначально. Хищники прекрасные, один вид которых уже делает вас жертвой. Покорной. И на все согласной.

Вторая же часть Эльмара была дарована ему маменькой, родственницей речных совратительниц.

Чего уж тут удивляться такому сочетанию получившемуся? Господин будущий маг просто разил наповал, потому как по рождению ему это пристало. Ибо вопрос выживания вида, разумеется, конечно же.

Кстати сказать, в полукровках же все проявляется сильнее, в силу механизма смешения кровей от разных видов, да. Так что Университет вот-вот выпустит в мир готовое оружие массового поражения, не иначе.

А я останусь в этих стенах, прилежно постигать нелегкие науки вторых шансов в жизни. Если, конечно, переживу первые свои экзамены.

Оружие массового поражения тряхнуло влажными волосами.

- Монгрен, у меня чувство, что ты наловчилась спать с открытыми глазами. И я тут стою, беседую с тобой, призываю к подобию дисциплины. А ты продолжаешь почивать.

- Ой, ну какой умный - огрызнулась я незатейливо, и потерла ноющие у корней волосы на затылке - Встаю я, выйди.

- Не хочу - спокойно, но очень внезапно для меня, проговорил Эльмар, и прекратил насмешливо щуриться.

Признаться, от этого 'не хочу' я одновременно и опешила, и заволновалась. Непристойно так... заволновалась.

- Эммм, эээээ.....

- А господин ректор с самого раннего утра удалился куда-то - проговорил неспешно Роррей, глядя на меня со странной сосредоточенностью - Ни слова не сказав. Просто вот взял - и ушел.

Все это прозвучало не то, чтоб оскорбительно, или что-то в этом роде. Но и не могла я сказать, что в словах Эльмара содержался какой-то игривый намек, мол, мы совершенно одни, впервые за немалое время.

Скорее, была тут какая-то напряженная, созерцающая настороженность. Староста выпускников словно бы выжидал чего-то, нервно несколько.

- Эгм, ну... хорошо, и чего у нас на завтрак? - промямлила я кое-как, потому как господин Роррей не прекращал сбивать меня с толку своими странными поведениями, и что еще сказать или сделать, я ну просто не знала. Не бросаться же ему на шею, правда?

Или он именно этого так напряженно ожидает?!

- Что на завтрак, значит? - протянул Эльмар странным голосом, и переступил порог спальни уже совершенно откровенно. Широким таким шагом.

И еще раз шагнул. И еще.

- Роррей - теперь напряженно заговорила уже я сама, потому что какого демона вообще происходит?! - Ты чего?

- Я - ничего - тут же ответил упомянутый господин, и подошел к постели вплотную - Ты меня любишь?

Вытаращив на Эльмара глаза, я сумела лишь открыть и закрыть рот.

- Монгрен - грозно проговорил Роррей, которому, судя по выражению лица его, было невдомек, до какой степени дурацкой выглядела эта ситуации. Ну, с моей точки зрения.

- Ненормальный - констатировала я, и покрутила для верности пальцем у виска выразительно - Люблю! А с чего это допрос с пристрастием с утра-пораньше? Ты пил чего-то запрещенное к распитию?!

Вместо вразумительного ответа Роррей уперся руками в постель, наклонился ко мне - и чмокнул в нос. Неясная тревожная напряженность стекла с его лица и глаз вмиг, словно кто-то невидимый смахнул ее прочь. Одним легким движением - раз! И нет ничего. Словно и не было.

Я заморгала уже без всяких ремарок, потому что сказать было уже окончательно нечего.

- Я тебя тоже люблю, просоня - он ухмыльнулся, и взъершил мне волосы дурашливо - Пойдем уже, вставай, я отвернусь.

Время, время... Оно не шло - оно неслось, стремглав, словно за ним гнался кто-то еще, всесильнее и неумолимее.

Мы готовились к экзаменам, кто как мог. Господин ректор с Рорреем стали относиться друг к другу, мне кажется, еще более отвратительно, но, к их общей несомненной чести, никогда не позволяли себе грызться. По крайней мере - при мне.

Не то, чтоб я была твердо уверена в том, что периодически эта парочка устраивает милые междусобойчики, на которые мне приглашения никто не присылает. Но в них остро ощущалась взаимная сильнейшая неприязнь. Причем с некоторых пор - куда более сильная, чем раньше.

Вполне вероятно, что фокус тут в том, что природа оборотней и демонов, коль речь идет о, скажем так, самцах - она изначально доминантна.

То есть, живи под одной крышей два взрослых 'самца' не таких агрессивных видов - все могло бы быть и не так натянуто и напряженно. Ну или, на худой конец, чтоб кто-то один был агрессор и доминант, а второй - поскромнее и потише, без ярко выраженной склонности подавлять и подчинять.