Девушка вампир (ЛП) - Карпов Кинрайд - Страница 27

— Принц не очень хороший декоратор, — говорит он мне. Роко ухмыляется на это.

Когда я, наконец, открываю библиотеку, мне кажется, что я нашла сердце замка. Роко и Марко стоят за дверью, очевидно уверенные, что ничто не причинит мне вреда в священных стенах стольких книг. Я всегда любила библиотеки, всегда любила быть окруженным книгами, так много книг, что я никогда не смогла бы прочитать их в жизни.

И эта библиотека, с ее древними свитками и книгами в кожаных переплетах, полна, своего рода, магии. Комната имеет высокий потолок, охватывающий несколько этажей, с лестницами, идущими вверх, и высокими перекатывающимися лестницами, разбросанными повсюду, чтобы помочь получить доступ к книгам и свиткам на самых высоких полках. Пахнет старой кожей, пергаментом, магией и тайной. Я провожу руками по корешкам книг, которых никогда не видела и даже не слышала. Книги, не написанные и не доступные в моем мире. Эта мысль ошеломляет меня.

— Могу я помочь вам? — спрашивает глубокий голос.

Я оборачиваюсь, мое сердце колотится.

— Простите, я думала, что была одна.

Передо мной стоит высокий, гибкий человек с длинными седыми волосами и длинной белой бородой. Он носит белые одежды с вышитыми на них серебряной нитью символами. На его лице нет морщин, хотя глаза и волосы создают впечатление нестареющего человека. И уши у него заостренные. Он выглядит иначе, чем тень. Меньше вампиров и вообще Фейри.

— Ты никогда не бываешь здесь одна, — говорит он. — Это мои владения.

Я протягиваю ему руку.

— Я Арианна Сперо.

Он смотрит на мою руку, но не тянет свою. Вместо этого он низко кланяется.

— Для меня большая честь познакомиться с вами, принцесса. Я Кэл'Халлен, хранитель замка, к вашим услугам. Можете звать меня Кэл. Или Хранитель.

— А что делает Хранитель? — спрашиваю я.

Он хмурится на мой вопрос.

— Ну, он, конечно, хранит.

Правильно. Очевидно.

— Я ищу информацию о рабских контрактах в этом королевстве. И все, что я могу найти о том, как работорговля работает в этом королевстве.

Он кивает и начинает ходить по проходам, а я следую за ним. Шары белого света освещают большую комнату. Я указываю на одну из них.

— Я видела их повсюду. Они питаются магией?

— Да, — говорит он.

— От тебя? — Наверное.

Его глаза расширяются.

— Откуда вы знаете?

Я пожимаю плечами.

— Ты похож на замкового волшебника.

Его лицо искажается от отвращения.

— Нет. Я — хранитель замка. А не… — он щелкает запястьем, словно пытаясь стряхнуть собачье дерьмо с пальцев, — волшебник.

— Но ты же волшебник? Ты — Фейри?

Он кивает.

— Так и есть.

— Значит ли это, что ты тоже раб?

Он поджимает губы.

— Нет свободных Фейри, кроме тени, и назвать их свободными значило бы играть с правдой. Все Фейри в той или иной степени рабы в этом мире.

— И все же ты занимаешь здесь высокое положение? — Он носит эту власть в каждом своем шаге.

— Так и есть. Принц Фенрис оказал мне большую честь. — Мы останавливаемся перед полками, уставленными свитками. — Итак, какого рода информация вам нужна, принцесса?

Я говорю ему, что собираюсь сделать, он снова хмурится, но помогает мне. Мы проводим вторую половину дня, просматривая книги и свитки и обсуждая рабовладельческую силу в Инферне и то, как ее эксплуатировали.

— Почему я не могу сделать так, чтобы Каре и Джулиану заплатили?

— Откуда могли взяться деньги? — спрашивает он.

— Даже не знаю. Откуда берутся эти деньги?

— У каждого королевства есть своя специализация. Для Стоунхилла это лес и защита. Для князя чревоугодия — пища и травы. Существуют также налоги на города и деревни.

— Значит, они не могут быть оплачены из этих денег?

Он отрицательно качает головой.

— Большинство нашей рабочей силы — порабощенные Фейри. Если бы нам пришлось платить им всем, у нас не было бы достаточно средств, чтобы выжить.

Я отрицательно качаю головой.

— Выход есть. Это может означать нарушение экономического функционирования этого королевства на некоторое время, но это возможно. — Я думаю о своем собственном мире, о том, каково было на юге перейти от рабского труда к оплачиваемому.

— Вы говорите о войне, принцесса. Подобное разрушение привело бы к войне, смерти и краху нашего правительства.

Я разочарованно вздыхаю и закрываю лежащую передо мной книгу.

— Если я не могу починить его для всех, могу я, хотя бы, заплатить своим девочкам?

Кэл пожимает плечами.

— Это будет зависеть от вас, чтобы найти средства. Вы вряд ли сможете вырвать его у принца. Он твердо держится за финансы, особенно с приближением зимы.

— Почему Фейри не восстают? Ты говоришь о них так, словно они не твой народ? Но разве не все Фейри обладают магией?

Он наклоняется и шепчет, как будто даже говорить о таких вещах — предательство:

— Магия строго запрещена, если она не поручена непосредственно принцу, да и то только под наблюдением. Даже я, хранитель замка, не могу творить магию без прямого приказа принца Фенриса. Под страхом смертной казни.

— Но это правило работает только в том случае, если…

Кэл кивает головой, и я хмурюсь.

Единственный способ, как это правило работает, это если Фейри были преданы смерти за использование магии так часто, что они отказались от попыток.

Уже поздно, и мне нужно размяться и что-нибудь поесть. Я благодарю Кэла за помощь и обещаю, что вернусь на следующий день для дальнейших исследований, затем спускаюсь на кухню, чтобы перекусить, прежде чем искать Кайлу.

Я нахожу ее в кузнице, она работает над пылающим огнем, формируя меч. Я жду, наблюдая, пока она не заметит меня и не отложит свою работу.

Она снимает толстые перчатки и улыбается мне.

— Арианна! Я надеялась, что ты придешь.

— Я хотела посмотреть твои работы. — Это не маленькое рабочее пространство, но оно кажется тесным от такого количества оборудования и горячим от пылающего огня. На стенах и столах висят мечи, кинжалы, копья, наконечники стрел, доспехи и щиты.

Она подходит ко мне.

— Это немного, но сойдет. Я в процессе выполнения приказа Фэна о мече. Первый шаг — превращение железа в сталь путем цементации.

— Науглероживание?

Она держит большой молоток и железные щипцы.

— Я добавляю небольшое количество углерода через нагревание и молоткование. Железо ковкое и пластичное, его легко сваривать и ковать при высоких температурах. Сталь, однако, очень жесткая и, будучи закаленной, очень твердая и эластичная. Идеально подходит для изготовления оружия.

Я киваю, принимая все это во внимание.

— У меня есть просьба к тебе, — говорю я. Мои ладони вспотели, и я не уверена, что это нервы или жар от горна.

— Что это такое? — спрашивает она.

— Я бы хотела, чтобы ты меня обучил. Я бы хотела работать на тебя. — Если я могу платить своим слугам только из собственных средств, тогда мне нужна работа.

Она смеется, но замолкает, когда понимает, что я говорю серьезно.

— О. Ну, у меня уже есть ученик. — Как будто по зову своего титула вбегает жилистый мальчик лет одиннадцати, запыхавшийся и полный новостей.

— Госпожа Кайла! Вы никогда не догадаетесь, что я слышал в Стоунхилл. — У ученика зеленые волосы цвета весенней травы, такие же глаза и длинные заостренные уши. Я не могу сказать, является ли он полным Фейри или тенью, но я думаю, что это тень. Он тощий, и я пытаюсь представить, как он поднимает оборудование, необходимое для работы с металлом, как это делает Кайла, но это трудный мысленный образ.

— Дэйсон, вы знаешь, мне не нравится, что ты торчишь там. Это нехорошо для твоего возраста.

Он закатывает глаза в такой типичной детской манере, что я не могу не усмехнуться.

— Я уже достаточно взрослый, — говорит он, выпячивая грудь. — Кроме того, как, по-вашему, я могу привлечь к вам всех богатых клиентов?

Кайла смеется.

— Я почти уверена, что моя репутация имеет к этому некоторое отношение. Но скажи, что это за удивительная новость, в которую я не собираюсь верить?