Девушка вампир (ЛП) - Карпов Кинрайд - Страница 28

— Новая принцесса, которую они привезли, будет выставлена на всеобщее обозрение для принцев, и кое-кто из парней в городе хочет попытаться прорваться, чтобы получше ее рассмотреть. Она будет вся разодета по-модному.

Я предполагаю, что я принцесса, о которой идет речь, но это для меня новость. Кайла тоже выглядит удивленной и хмуро смотрит на меня.

— Вы понимаете, о чем он говорит?

Я пожимаю плечами.

— Понятия не имею.

Кайла оглядывается на своего ученика.

— Дэйсон, я хочу познакомить тебя с принцессой Арианной, гостьей принца Фенриса. Принцесса, это мой ученик, который говорит прежде, чем думать.

Я прикусываю губу, чтобы сдержать смех, когда его челюсть отвисает в шоке. Он опускает голову и кланяется.

— Простите, Ваше Высочество. А я и не догадывался.

Я положила руку ему на плечо.

— Зови меня Ари. И не беспокойся об этом. Это была честная ошибка.

Его бледное лицо становится ярко-красным, и он бормочет какую-то отговорку о том, чтобы взять еще железа, а затем выскакивает из кузницы так быстро, что я едва вижу, как он бежит.

Кайла вздыхает.

— Он хороший парень, но такой молодой. Трудно вспомнить, когда ты был в таком возрасте.

— Я что-то путаю, — говорю я. — Я не вижу здесь стариков, хотя некоторые, как Хранитель, выглядят старыми, пока не посмотришь на их лица. И есть дети. Я видела их по всему городу.

— Вампиры не могут размножаться с полноценными вампирами, — объясняет она. — Им нужны тени, или Фейри, или даже люди, чтобы размножаться. И как только эти дети вырастают до полной зрелости, они по существу перестают стареть физически. Для Фейри, чем старше мы становимся, тем белее становятся наши волосы. Феи с белыми волосами глубоко уважаемы, как старейшины. Требуется несколько сотен лет или больше, чтобы достичь их внешнего вида.

Значит, меня будут считать полноценным вампиром после того, как я принесу клятву крови? Если да, то как это работает с тем, чтобы дать одному из принцев наследника?

Я хочу задать еще несколько вопросов, но Кайла возвращается к своей кузнице, берет щипцами кусок металла и нагревает его над огнем. Она колотит молотком по стали, превращая ее в меч.

— Тогда почему вы хотите работать на меня?

— Мне нужна цель здесь, а не просто быть принцессой, которая должна выбрать следующего короля, — объясняю я. — Я всегда много работала. И… я хочу иметь возможность сделать свой собственный меч, когда придет время.

Она смотрит на меня скептически.

— Это не легкая работа. Это требует физической силы, внимания к деталям и терпения.

— Все, о чем я прошу, — это шанс.

— Ты не начинаешь делать мечи. Начинай подметать, — говорит она, протягивая мне метлу.

Я беру его и начинаю подметать.

***

Проходят дни. Я провожу ранние утренние тренировки с Фэном в мечах, рукопашном бою и всем остальном, чему он может научить меня. Весь день я работаю в кузнице с Кайлой и Дейсоном. Мальчик, кажется, в восторге от того, что он взрослый начальник, и наслаждается своим новым повышенным статусом, даже когда он краснеет и становится неуравновешенным каждый раз, когда я вхожу в комнату. Там я провожу время, подметая, убирая инструменты, счищая ржавчину с устройств и убирая их, очищая кузницу, перетаскивая запасы, топливо и воду, все, что мне говорят делать. Это непосильная работа, и к концу дня я выматываюсь, но все же ухитряюсь проводить большинство вечеров в библиотеке с Кэлом, изучая все, что могу, об истории мира, в котором я сейчас живу.

Каждый вечер во время ужина я засыпаю Фэна вопросами, на которые он всегда отвечает со всей возрастающим беспокойством в глазах.

Мое тело становится сильнее. Я становлюсь более опытной в боевых техниках, которым меня обучал Фэн, и я действительно начинаю наслаждаться своей жизнью в Стоунхилле.

Я почти забыла о странной информации, которую Дэйсон впервые принес нам о том, что меня выставят на показ принцам, пока Фэн не принес ее за обедом.

— Тебе понадобится платье, — говорит он. — Возможно, Ашер сможет помочь с этим.

Я смеюсь.

— Нет, я справлюсь. Я поговорю об этом с Кайлой завтра. Но зачем мне это нужно?

Он неловко ерзает на стуле, отводя от меня взгляд.

— Мне сообщили, что через полмесяца тебя представят принцам, чтобы они могли познакомиться с тобой. Кажется, некоторые ворчали, что у них не было возможности взглянуть на тебя, и это дает им недостаток в твоем выборе.

Настоящий недостаток в том, как быстро я влюбляюсь в мужчину передо мной, но я ничего не говорю. Могу сказать, что он старается держаться от меня подальше, даже когда держит меня в безопасности и тренирует.

— Это что, формальность?

Он кивает.

— А ты будешь сопровождать меня?

— Полагаю, что да. Хотя, как только ты окажешься там, я буду на том же уровне, что и они. То есть ты не будешь ни с кем встречаться, чтобы сохранить равновесие.

— Кто это решил?

— Совет, — вот и все, что он говорит, вставая. — Надеюсь, я увижу тебя на рассвете для тренировки?

Я киваю, и он поворачивается, чтобы уйти.

В тот вечер, когда мы с Кэлом сидим над книгами, я спрашиваю его о Совете.

— Совет состоит из семи принцев. Они должны были стать советниками короля. Когда речь шла о споре, король приказывал принцам голосовать по какому-либо вопросу и обычно соблюдал правило большинства.

Я рассказываю Кэлу, что они от меня потребовали, и он хмурится.

— Я никогда об этом не слышал. Это не обычай или традиция, которые были сделаны раньше.

— Я думаю, что во мне есть много нового.

— Это было бы совершенно верно, — говорит он.

— Почему ты думаешь, что король хотел, чтобы мне было здесь так плохо? — спрашиваю я.

— Я много думал об этом, — говорит он, склонившись над одной из своих любимых книг. — Но у меня нет ответа. Это совершенно неортодоксально, даже для короля, который изменил большую часть своей политики к концу своей жизни.

— Кэл, у меня есть вопрос…

— Какой ужас, — говорит он совершенно невозмутимо.

Я смеюсь.

— Я знаю, обычно я такая робкая и сдержанная.

Это вызывает у него смех.

— Но если серьезно, мне любопытно. Как кто-то из моего мира мог связаться с демоном, чтобы заключить сделку? Каким-то образом моей матери удалось это сделать, но я никак не могу понять, как.

Он поднимает мою правую руку и переворачивает ее, показывая символ на моем запястье.

— Это метка демона. Она уникальна для каждого демона. Ваш знак — это знак Люциана, который изначально заключил сделку с вашей матерью. Когда вы согласились на их контракт, вы стали частью этой сделки и таким образом взяли его метку. Ваша мать должна была знать его метку и нарисовать ее кровью, чтобы вызвать его.

— Значит, пока у тебя есть кровь, ты можешь вызвать любого демона, если знаешь его метку?

Кэл кивает.

— Действительно, так оно и есть.

— А у Фейри они тоже есть?

— Нет, не знаем. Некоторые сказали бы, что мы используем гораздо более древнюю магию. Во всяком случае, это совсем другое.

***

Я говорю Кайле о том, что мне нужно вечернее платье на следующий день, и она соглашается помочь мне купить материалы, необходимые для его изготовления.

Мое время в кузнице, хотя тяжелая, потная, грязная работа, до сих пор была вознаграждена. Я многому учусь, просто наблюдая за ее формой и заточкой стали во всевозможные виды оружия. Что меня удивляет, так это то, сколько времени она также тратит на создание обычных повседневных предметов, таких как гвозди, двери и замки. Но я думаю, что некоторые из моих любимых работ — это ее украшения. Ее рисунки волшебны, и она использует кристаллы, найденные по всему городу, чтобы сделать их более удивительными.

— А ты когда-нибудь научишь меня, как это делать? Когда я буду готова? — спрашиваю я, поднимая кольцо.