Цепная лисица (СИ) - Эго Мэри - Страница 72

“О, смотрю, ты уже в отчаянии, красавчик?” — вдруг раздалось у Алека в голове, и прежде, чем он успел удивиться, впереди зашуршало. Из-за деревьев под свет Луны вышла чёрная кошка. Не торопясь и не сводя изумрудных глаз, она пошла навстречу.

“Приехали… Теперь зверьё со мной разговаривает”, — Алек с опасением рассматривал появившуюся из ниоткуда угольно-чёрную кошку. Та лукаво щурила зелёные глаза, водила из стороны в сторону изогнутым хвостом, и казалась какой-то чужеродно-опрятной на фоне хаотичных зарослей и уходящего к горизонту леса.

— Ты ещё что такое? — спросил Алек. Полноценно удивиться не получалось — отвлекал ноющий живот, в который совсем недавно прилетело колено пустоголового подростка? Казалось бы, ведь настоящее тело спит где-то снаружи, но боль от этого не становилась менее реальной.

Кошка громко мяукнула, и в сознании у Алека зазвучал женский голос, словно кто-то вкладывал мысли в его голову:

“Как грубо, красавчик. Разве так нужно приветствовать тех, кто пришёл к тебе на помощь?” — Кошка принялась намывать мордочку, а слова продолжали журчать в голове: — “Одна полярная лисичка попросила меня приглядеть за вами двумя. Вчера она с Бароном и парочкой спящих красавиц на руках, крайне невежливо ввалились ко мне в дом прямо посреди ночи“.

— Вчера? — заволновался Алек. — А сколько там сейчас времени?

“Середина следующего дня”.

— Почти сутки, офигеть… — Алеку захотелось схватиться за голову, но выдавать своих чувств незнакомке он не собирался, тем более к ней ещё было пара вопросов:

— Как ты попала сюда? Я думал, пройти в воспоминания могут только те, кто духовно связан.

Кошка обвила себя хвостом и, усевшись на задние лапки, с интересом промурчала:

— Просто не доверяю незнакомым… кошкам, — пробормотал Алек. — Считай меня осторожным.

Алек проигнорировал её насмешливый тон:

— Как Тина? Она… она впорядке?

Кошка склонила ушастую голову, изучая Алека немигающим взглядом.

“Точно, вы же с Тиной связаны… И как оно ощущается?” — спросила она с каким-то жадным интересом, словно исследователь, наткнувшийся на любопытный феномен.

— Что именно?

“Ну, чувство, которое ты, бедняжка, принимаешь за любовь. Оно совсем как настоящее, или ты всё-таки осознаёшь, что привязан насильно, через чужую душу?”

Алек слегка опешил от такой наглости. Скрестив руки, он процедил не сдерживая раздражения:

— Просто ответь на вопрос.

Кошка совсем по человечески закатила глаза:

“Да всё нормально с твоей ненаглядной. Занимается самокопанием, страдает по пустякам, выстраивает контакт с лисёнком. У малыша дикий стресс, как бы сердце не встало ненароком. В остальном Тина чувствует себя сносно. Пока что. Но если вызволение Павла затянется ещё часов на сорок, то боюсь, прогнозы станут нерадужные”.

Алек сам не заметил, как задержал дыхание. Значит в запасе менее двух суток… Главное чтобы за это время та тварь, Тень… не проснулась.

Перед внутренним взором неожиданно ожили образы Гиен, рвущие друг друга на части. Потом вспомнились чёрные щупальца выползающие из зубастой пасти охотника… Спину невольно пробил озноб. Пытаясь не выдать эмоций, Алек посмотрел на кошку.

— Ладно… — сказал он. Кошка глядела, не мигая, глаза горели как зелёные фонари. — У нас мало времени, так что давай поторопимся.

“Здравая идея, красавчик. Видишь пожар? Нам к нему, иди за мной”.

И кошка, махнув хвостом, направилась в сторону деревни, где к небу поднимался сизый столб дыма.

Алеку ничего не оставалось, кроме как пойти следом.

С одной стороны он был рад, что больше не придётся шататься по воспоминаниям в одиночестве, да и получить новости о мире снаружи было не менее важно, с другой стороны, кошка не успела появиться, а уже раздражала своей наглостью и даже надменностью. Но выбирать не приходилось.

— Эй! — крикнул Алек. — А как тебя зовут?

“Думала уже не спросишь…”, — насмешливо раздалось у него в голове. — “Илона”.

— Я — Алек.

“Знаю, не отставай!”

Не потерять Илону из виду было задачей не из лёгких, она то и дело сливалась с вечерними тенями или пропадала в высокой траве. Но вскоре деревья расступились, и они вышли на пригорок, с которого открылся вид на горящее здание.

Никогда раньше Алек не видел такого огромного пламени. Казалось, огонь доставал до неба. Рядом метались люди, пытаясь не дать пламени перекинуться на соседние дома.

С пригорка толпа походила на огромную медузу, которая то наваливался на огонь, извергая на него огонь и воду, то пятилась в темноту, отдёргивая щупальца от жара и дыма.

— Ого… Вот это пожарище… — пробормотал Алек, щуря глаза на пламя и следуя за Илоной к толпе.

“Да уж, неприятно вышло”, — раздалось у него в голове. Кошка крутилась возле ног, что-то высматривая вокруг. — “Павел всегда был горячим на голову”.

Раздался треск, пламя полыхнуло ярче, Алек невольно зажмурился, прикрывая глаза рукой.

— Так это Павел — поджигатель? — с досадой спросил Алек, вглядываясь в пламя. — Впрочем, почему я удивляюсь? Чего ещё ждать от человека, который не дружит с головой…

“Ой, какие мы злые. Тоже любишь рубить сгоряча? Мне начинает казаться, что вы с ним одного поля ягоды”.

— Большей глупости в жизни не слышал. Кстати, откуда ты знаешь Павла? Только не говори, что…

“Подними меня”, — перебила его кошка.

— Что? — не понял Алек.

“Подними меня повыше, я поищу нашего беглеца”, — терпеливо повторила Илона, почти усевшись Алеку на ботинки. — “Я жила в этой деревне, поэтому и Павла знаю. Правда, мы с родителями сюда чуть позже перебрались, так что пожар этот я пропустила, поэтому с трудом представляю куда Павел двинется дальше, но навряд ли надолго задержится в толпе — не его стихия. Если сейчас его упустим, то не найдём до следующего воспоминания”.

Алек вздохнул, наклоняясь и подхватывая стройное тельце на руки. Кошка была мягкая на ощупь и очень тёплая, такая, что невольно хотелось провести по по шёрстке пальцами. А лучше встряхнуть за шкирку за недавнюю наглость. Пришлось одернуть себя, чтобы не наделать глупостей. Интересно, зачем она взялась помогать? Уж не из-за Павла ли? Поддерживая под лапы, Алек поднял Илону над головой.

— Они нас не видят, да? — спросил он, оборачиваясь на снующих вокруг жителей деревни, которые обтекали его по дуге. Казалось, им совершенно плевать на странного парня, который зачем-то поднял к небу чёрную кошку.

“Нет, конечно не видят. Даже если похлопаешь по плечу, они забудут о тебе через пару секунд. В конце концов они — это просто образы памяти, которую хранит Эмон Павла. А вот он вполне способен тебя заметить. А, вот и Павел! Смотри, справа, видишь?”

Павел сидел на корточках у колонки и задумчиво набирал воду в пластмассовый таз. Худощавый, нескладный, с торчащими косточками ключиц из-под растянутой футболки, с недовольным выражением на загорелом лице… спутать его с кем-то было невозможно. Да и не сильно-то Койот изменился после той встречи, когда так подло зарядил коленом. Набрав воду, он двинулся к полыхающему зданию.

— Так какой, говоришь, у нас план? — спросил Алек, опуская Илону на раскисшую от пролитой воды землю.

— Да… Он только что-то сбросил воду в огонь и теперь возвращается… Почему у него вечно такая недовольная морда?

— О, а вы значит хорошо знакомы? Друзья, или что-то вроде?

Они подошли ближе, благо, Павел никуда не сбегал. Он стоял неподалёку от пылающего здания и со странной тревогой прислушивался к разговору двух дородных теток.

Вдруг одна из них заметила его, повернулась всем телом, прищурилась, точно увидала давнего недруга. Скривив губы, прокаркала что-то зло и отрывисто. Алек был уже близко и видел, как лицо Павла замкнулось, прячась за маской надменности, губы сломала кривая усмешка. Он что-то высокомерно процедил в ответ, а в следующую секунду схватился за голову, покачнулся, точно его не держали ноги.

Алек крикнул:

— Павел, эй!

— Эй, Илона…и как оно ощущается?