Разбитые зеркала, или Прости меня, любовь моя (СИ) - Март Кэрол - Страница 23

«Этой же ночью я проберусь в библиотеку и найду выход любой ценой».

Глава 17

Начинает светать, и я тушу огарок бесценной свечи. Остается лишь несколько минут для чтения, и я буду завалена работой на целый день. Жадно проглатываю последние истории летописи пустынных времен.

Случайно наткнулась на эту книгу. Не подозревала, что в ней может оказаться что-либо интересное для меня. Книга написана на языке русалок. Только это уже не пугает меня. За год, что я провела в Эгелии, мне удалось научиться не только ручному труду.

Падший Ангел, по имени Аматеу, в тяжелых муках родила двенадцать детей. Все они были уродливы и больны. Час за часом из чрева прекрасного ангела выползало устрашающее чудовище. Когда муки окончились, Аматеу по одному брала каждого из своих детей, и сбрасывала его со скалы, в надежде, что те умрут.

Мурашки пробежались у меня по спине. Аматеу я задумывала той еще оторвой, но такая судьба — слишком жестокое наказание. Мне еще можно позавидовать. Хотя нет, нельзя. Нужно собираться.

Я тихо, чтобы никто не слышал запираю дверь библиотеки, и спешу в спальню к хозяйке. В мои обязанности входит выносить ночные горшки. Эта работа, как никакая другая мотивирует меня не спать ночью, а читать, читать и читать. Изучать новые слова, копаться в записях, магических заклинаниях и летописях.

После того, как я посетила хозяйские покои, спускаюсь на кухню. Там меня встречает вымытая посуда, наполненные ведра воды, и подготовленные с вечера дрова для растопки. Беру большую охапку, и несу в столовую. Сама разжигать не буду. У Маши получается гораздо быстрее. Удобно, когда твоя подруга обладает магией.

Заталкиваю поленья в камин, и опять же через кухню — бегом на птичник. Там два десятка голодных кур встречают меня веселыми взмахами крыльев.

— Здравствуйте, мои хорошие. Проголодались? Сейчас я вас накормлю, — приговариваю я, рассыпая пшено на землю. Слышу, что вместе с курами проснулись и свиньи. Для них я тоже заготовила угощения — вареная нечищеная картошка вперемежку с черствым хлебом и объедками. Ммм, вкуснятина!

После кормежки, возвращаюсь на кухню. Маши еще нет, и я очень этому рада. Я кое-что задумала, и боюсь, что не успею. Поэтому даже себе не признаюсь в шалости. Просто начинаю быстро отделять желтки от белков, у принесенных с птичника яиц. Нужно постараться успеть сделать тесто до того, как придет Маша. Иначе — мне конец.

Вчера я увидела, как Маше принесли миндаль. И тут у меня из памяти, как по волшебству, всплыл рецепт макарон. Не макарон, как лапша, а круглое воздушное безе: «макарон». Это мое любимое пирожное. Мне было так интересно, из чего оно делается, что будучи у себя на родите, я читала рецепт. Не готовила, но все же посмотрела в интернете состав. И теперь хочу его повторить.

Достаю из Машиного укромного закуточка драгоценные орехи и заливаю их кипятком. Нужно приготовить из них муку, а сахар превратить в пудру. Если постараться, через пол часа, когда придет Маша, орехи не будут похожи на себя, и кухарка ничего не заметит.

Тщательно растираю сахар в ступке. В руках достаточно сил, чтобы проделывать все быстро. Утром я всегда чувствую себя бодрой, даже после бессонных ночей. Это к вечеру — я выжатый лимон. В двенадцать ночи, когда последняя тарелка вымыта и вытерта, я отправляюсь в свою комнату, в которой проснулась год назад. Там на деревянной лавке я обычно отключаюсь часа на два-три. Потом просыпаюсь от жажды, жадно выпиваю кувшин с водой и отправляюсь тайком в библиотеку.

Эльза не выполнила свою угрозу отправить меня на чердак. Я по-прежнему сплю в нормальной отдельной комнате. Но с библиотекой у нас сложные отношения. Эльза запрещает ее посещать днем, а о ночных вылазках я не рассказываю. Что не запрещено, то разрешено.

Я полюбила готовить, с интересом взбиваю яичные белки, собственноручно смастеренным венчиком. Вот и магия: полупрозрачная слизь постепенно превращается во вкуснейший в мире крем. Теперь, вместо карьеры журналиста, я мечтаю о том, чтобы научиться печь красивые свадебные торты. За год я сильно изменилась.

На кухню заходит Маша, таща в руках продукты из кладовки.

— Уже завтрак готовишь? — спрашивает она. — Быстро, однако.

— Угу, — бормочу я. «Нужно ее отвлечь». — Маш. Я тут на днях размышляла. Скажи, а откуда у королевской няни такой богатый дом. Куча спален, серебряные столовые приборы, слуги. Неужели при дворце столько платят?

— Хах, — Маша действительно отвлеклась. Что-что, а посплетничать она любит. — Будто-ты и сама не знаешь. Все ж Эльзе от твоего дяди досталось Он был богатым человеком, советником короля. Хозяйка в молодости, очень красивая была. Наверное, соблазнила сеньора фэй Бриенн, тот и женился на простолюдинке. Только сам брак у них был несчастливый. Не знаю почему, но мне рассказывали, что они очень ругались. Как Катюху сделали, так и не спали вместе никогда.

Хочется спросить, куда подевался муж Эльзы, но, если я задам этот вопрос, станет ясно, что никакая я не племянница. И так странный вопрос, получается задала.

— Как интересно! Эльза прям Золушка. Не каждой простолюдинке так везет. Я вот вообще замуж не выйду. Я и с мужчинами-то не знакома, куда уж мне до помощников короля.

— Ну и хорошо, — улыбается Маша. — Толку от этих мужчин никакого.

Маша подходит ко мне вплотную, и наблюдает за моими действиями.

— А что именно ты готовишь? — проявляет контроль кухарка.

Упс! Кажется, я попалась. Увлеклась, и стала при Маше накладывать тесто на форму.

— Только не сердись. Мне захотелось приготовить кое-что новенькое. Обещаю, это не будет также, как с пиццей. — Смотрю на Машу глазами кота из Шрэка.

Маша недовольно качает головой, упрекая. Но все же набирается терпения, и прощает мне мою шалость.

— И как же называется твое новое изобретение? — скептично расспрашивает она.

— Макарон, и они очень-очень вкусные. Вот увидишь. Тебе понравятся.

— Главное, чтобы не мне понравились, а Эльзе, — вздыхает Маша. — Ты ведь не хочешь, чтобы было, как в прошлый раз?

— Нет, не хочу. Только, волка бояться — в лес не ходить, — говорю сама себе.

Первым моим экспериментом — была пицца. Я так соскучилась по горячему сыру, что уговорила кухарку последовать моему рецепту. Только что-то пошло не так, и я угробила четверть головки дорогого козьего сыра. Ох, как же Эльза на меня тогда кричала. Пришлось отдавать деньги из жалования.

Пока пирожные готовятся, я помогаю Маше с завтраком для слуг. Все время посматриваю в печь, чтобы не сгорело. Третьего шанса у меня не будет.

«Ну, вот. Кажется, готово. Пахнет неплохо».

Достаю из плиты, и начинаю скреплять кремом. Если угощение удалось — его отдадут для завтрака хозяйкам. Но в любом случае, чтобы проверить — я и Маша можем попробовать по одной штучке. Так как никто не знает, сколько именно я готовлю, да и рецепт никому не известен, можно и тремя себя побаловать.

— Остыло? — подходит ко мне Маша, в надежде испробовать сие чудо.

Я легонько прикасаюсь мизинчиком к одному из пирожных.

— Тепленькое, но кажется можно пробовать.

Мы с предвкушением переглядываемся, и я кладу одну печеньку в рот. Закрываю глаза от удовольствия. Пирожное буквально тает у меня на языке, оставляя после себя нежный сладкий привкус миндаля.

— Очень хорошо, — хвалит меня Маша. — Неожиданно хорошо. Думаю, можешь отнести остальное к завтраку.

Я счастливо улыбаюсь на похвалу. И начинаю собирать поднос с едой. Сама толком не знаю, чему радуюсь. Просто приятно, когда в твоей жизни что-то получается. Человеку необходимо к чему-то стремиться.

Отправляюсь в столовую. Там тепло, Маша при помощи магии уже успела растопить камин. Расставляю блюда по местам, в центр — макарон. Пусть угощение всем понравится. Мне отчего-то очень этого хочется.

Никого в столовой еще нет, поэтому я выхожу. Сегодня сама себе хозяйка, и все успеваю. Удачный день. Предчувствую нечто хорошее.