Благими намерениями (ЛП) - Дэвис Бренда - Страница 64

Его губы изогнулись в улыбке, когда Кобаль протянул руку, срывая с меня простыню. От игривого выражения на его лице у меня перехватило дыхание. На минуту я совсем забыла о восхищении татуировками на его руках. Я даже не предполагала, что Кобаль может выглядеть таким расслабленным и молодым, не думала, что безжалостный демон может выглядеть таким счастливым.

Его волосы по-мальчишески упали на лоб, закрывая один черный глаз. Кобаль прошелся пальцем по моей груди, прежде чем обхватить сосок. Меня захватили воспоминания о прошедшей ночи и чувствах, которые Кобаль пробудил во мне и освободил. Мое сердце наполнилось эмоциями, застряв в горле, когда я поняла, что была на пути к тому, чтобы беспомощно влюбиться в этого демона.

— Правда, — пробормотал он.

— Зачем ты поместил их в эскиз татуировки? — поинтересовалась я сдавленным голосом, выгибая спину под его прикосновениями.

— Это не татуировка. Я вышел из огня с этими отметинами.

Его пальцы пробежались к моему животу. Схватив руку Кобаля прежде, чем та успела опуститься еще ниже, я подняла ее. Как бы сильно я не хотела его прямо сейчас, в данный момент мне было интереснее узнать больше о Кобале.

— Что именно умеет демон Варколак? Я помню, что ты можешь управлять вратами и гончими, но хочу знать больше.

Простыня соскользнула с мускулистой груди Кобаля, обнажая отметины. Когда он сел рядом со мной, ткань все еще прикрывала его талию, но вскоре начала подниматься вместе с растущей эрекцией. Обхватив мою талию, Кобаль посадил меня на свои колени и прижал спиной к своей груди. Твердое доказательство его возбуждения прильнуло к изгибу моей задницы. Я таяла в его объятиях, хотя он не предпринимал никаких сексуальных действий.

— В некотором роде ты знаешь меня, — пока Кобаль говорил, его теплое дыхание щекотало мою шею, а губы касались следов укусов, которые он оставил на мне. — В конце концов люди наградили мой вид легендой об оборотнях.

Я удивленно открыла рот и повернулась, чтобы посмотреть на Кобаля. Его ухмылка обнажила четыре удлиняющихся клыка, которые вчера пронзили мою кожу, заявляя на меня права. Пока я смотрела, резцы втянулись обратно, став лишь немного длиннее и острее человеческих.

— Однако я не превращаюсь в волка, не вою на Луну, ну и все бредни об оборотнях не имеют ко мне никакого отношения, — продолжил он.

Я дотронулась до животных, нарисованных на второй руке Кобаля.

— Это волки?

— Для тебя — волки, для меня и других демонов — адские псы. В три раза больше ваших волков, более злобные, оберегающие, преданные и гораздо смертоноснее, чем те животные, которых ты знаешь. Они похожи на нас. Также спариваются на всю жизнь, как и демоны, когда находят своих избранников, — его руки крепче стиснули меня в объятиях. — Моя избранница. Я должен был сразу понять, когда после встречи с тобой все остальные женщины словно померкли, должен был понять, когда ты завладела моими снами, но я был слишком поглощен своим желанием к тебе, чтобы узреть, что скрывалось под ним. Если честно, я не верил, что когда-либо найду избранницу. До меня всего два Варколака обрели суженных, к тому же поиск занял у них гораздо больше времени, чем у меня. Между нами все было бы иначе, если бы я раньше распознал в тебе избранницу и заявил о своих правах, вместо того чтобы пытаться отрицать происходящее, уговаривая себя держать дистанцию. Тогда мне удалось бы не потерять самообладание, ведь я ожидал бы такой интенсивной реакции на секс. Однако до недавнего времени я даже не подозревал, кем ты можешь быть. К этому моменту мой голод вырос почти до неконтролируемого уровня. Из-за этого я причинил тебе боль.

— Все прошло не так уж и плохо, — я положила ладонь на его щеку. Приласкав скулу Кобаля, я опустила руку к его остроконечному подбородку. Его черные глаза пристально наблюдали за мной, но ранее я почувствовала упрек в его голосе. — Мне говорили, что в первый раз женщинам всегда больно.

— Я был бы с тобой нежнее, позаботился бы о тебе так, как следовало бы.

Наклонившись вперед, я поцеловала его твердые губы и провела языком по кончику одного из чувствительных клыков. У меня не получилось сдержать улыбку, когда Кобаль зарычал.

— Я бы ничего не изменила, все хорошо, — прошептала я ему в губы.

Кобаль окинул меня изучающим взглядом, прежде чем тихо хмыкнуть. Я не думала, что он поверил мне. Его глаза сосредоточились на моей шее, а вернее на синяках, которые оставил на мне ревенир. Наверное, за ночь они потемнели. Янтарный свет озарил его волчьи глаза. Я поняла, что сейчас он думал о смерти, но не могла не вспомнить ту страсть, которая вспыхнула прошлой ночью, когда он вошел в меня. Мне пришлось убрать свои руки, пока я не поддалась желанию облизать Кобаля с головы до ног.

Повернувшись, я обвела пальцами символ, напоминающей перевернутую букву Е с чем-то похожим на меч, пронзающий ее центр.

— Что означают эти символы? — спросила я.

— Вот этот называется Сова. Лучший способ перевести его на твой язык — клинок огня.

— А этот? — я указала на еще один символ, который представлял собой две буквы «V» с линией, соединяющей их верхушки.

— Зива, хранительница адских псов. Эта метка считается даром силы, выносливости и мужественности. Но также она является проклятием, поскольку отмечает, что во мне есть частичка души адского пса. Гончие известны своими вспышками жестокости, безжалостностью и территориальностью.

— Звучит очень похоже на тебя, — пробормотала я.

Кобаль усмехнулся и поцеловал меня в шею. Я действительно наслаждалась этим более расслабленным, спокойным Кобалем. Конечно, я сомневалась, что увижу его таким за пределами палатки, но мне нравилось, что он чувствовал себя достаточно комфортно рядом со мной, чтобы демонстрировать подобное поведение.

— Псы успокаиваются, когда находят свою пару, — заявил он. — Однако нет ничего более опасного, чем гончая, чья пара находится в опасности.

Мою грудь стало покалывать от рокота в голосе Кобаля.

— Что насчет этого? — спросила я и указала на прямую линию с треугольником посередине.

— Рисаз, разрушительная сила.

Я провела пальцем по пламени, прежде чем подобралась к другому символу. Три волнистые линии среди огня.

— А этот?

— Зенак, знак вечного огня и жизни.

«Бессмертие», — с болью вспомнила я. То, чем я определенно не обладала, а после вчерашнего общения с этими тварями я стала сомневаться, что проживу достаточно долго, как только мы выйдем из лагеря и направимся к открытым вратам ада. Если бы каким-то образом нам двоим удалось бы пережить все это, то я обязательно обдумала бы отношения с бессмертным демоном. А до тех пор я собиралась наслаждаться временем, которое у нас осталось.

— Этот? — спросила я, указывая на другой символ. Он выглядел как наклоненная буква «Z».

— Еайз. Скорость, обостренные чувства и защита.

— Удивительно, — пробормотала я.

— Люди взяли некоторые символы и превратили в то, что стало известно как Старший Футарк, либо просто руны.

— Я не знаю, что это такое, — призналась я.

— Они канули в прошлое, — произнес Кобаль, убирая волосы с моего лица.

— Почему люди создали легенду об оборотнях, если никто из вас не превращался в оборотня?

— Мои предки не превращались в волков, но управляли гончими, — Кобаль ухмыльнулся и повернул левую руку, демонстрируя детальные изображения адских псов. — А потом появился я. Подобно огню, собаки оживают, когда я выпускаю их. А до тех пор они живут во мне, вечно стеная, дикая душа, жаждущая освобождения. Я — первый Варколак, способный управлять гончими, так как они запечатлелись на моем теле и поселились внутри меня.

— Благословение и проклятие, — пробормотала я, вспомнив, что он говорил о метке Зивы.

— Да, в этих символах есть сила. Зива и некоторые другие также являются причиной того, почему Люцифер не сумел одолеть меня, хотя одержал верх над моими предками. Я сильнее и могущественнее, чем они.