Воскрешение - Кин Брайан - Страница 72

Бейкер припал к земле, и в этот момент вторая пуля вошла Обу в лицо, размозжив нос и верхнюю губу. Гранатомет выскользнул у зомби из рук, и тварь взревела от негодования. Что он говорил, разобрать было невозможно, но суть была и так ясна.

Затем, словно не замечая проносящихся мимо пуль, к ним подошел Шоу.

— Вам конец, профессор!

Шоу поднял пистолет и выстрелил еще раз, на этот раз снеся Обу височную часть головы. Сквозь расколотый череп заблестел мозг, и его вид напомнил Бейкеру окровавленную цветную капусту. Об рухнул и закорчился на земле.

— Полковник, Шоу, позвольте…

Шоу ударил Бейкера по лицу. Ученый упал и свернулся калачиком, тогда полковник яростно пнул его по ребрам. Ощутив удар тяжелого ботинка, Бейкер закричал, и что-то внутри него хрустнуло.

— Сукин ты сын, — прогремел Шоу. — Это мои люди там гибнут. Слышишь, как кричат? Мои люди! И это все твоя вина. Ты завел нас в ловушку.

Шоу нанес еще удар, теперь попав Бейкеру в висок. Ученого пронзила боль, перед глазами все поплыло. Шоу опустился на колени и прижал пистолет к его паху. Бейкер застонал и попытался откатиться, но Шоу толкнул его, повалив на спину.

— Я прикончу тебя здесь и сейчас, профессор. Но это будет не быстро и не безболезненно. Я тебе член отстрелю, понял? — И подтвердил свою угрозу, с силой надавив ученому стволом на яички.

Бейкер закричал.

— Неприятно, да, профессор? Будет хуже, намного хуже. Ты истечешь кровью до смерти, но сначала до тебя доберутся эти уроды. Думаю, ты будешь еще жив, когда они тобой займутся. А потом знаешь, что я сделаю, как ты думаешь?

Бейкер закрыл глаза.

— Я дождусь, пока твоя зомби-версия воскреснет, и проделаю все по новой. Я прострелю тебе колени, позвоночник и руки. Хотя, черт, может, даже просто их отрежу. Но только не мозг. Я хочу, чтобы он остался живым, пока ты будешь лежать здесь в грязи.

— Так вперед, Шоу! — Бейкер скривил лицо. — Будешь первым, кого я съем после того, как вернусь.

Об, находившийся позади, сел. Ошметки ткани и струйки жидкости стекали у него по скуле. Его мозг, открытый, но по-прежнему невредимый, пульсировал внутри проломленного черепа.

Мертвец набросился на Шоу со спины, обхватил горло полковника пальцами и дернул на себя. Несколько редких зубов на нижней челюсти прильнули к задней части шеи поросшей седыми волосками, и Об сомкнул зубы.

Бейкер попытался умыкнуть пистолет, но Шоу крепко сжимал его в руке. Заизвивавшись в объятиях Оба, полковник просунул оружие за спину и спустил курок, опустошив обойму в грудь и живот зомби. Тогда Об усилил хватку, и Шоу стал брыкаться и молотить руками.

Затем землю вокруг них прочесала пулеметная очередь, и Бейкер, повернувшись, увидел, что на них летит командирская машина. За рулем находился Гонзалес, а на месте стрелка, наводя на них пулемет, восседал МакФарланд.

Что-то тяжелое ударило Бейкера в живот, он попытался сделать вдох, но понял, что не может. Он ощутил там тепло, но опускать голову, чтобы посмотреть, ему было боязно. В момент, когда следующая очередь пришлась на Шоу и Оба, ученый завалился на бок. Пули разрывали плоть и кости, и глядя на это, МакФарланд безумно захохотал.

У Бейкера что-то потекло по ногам, но смотреть на это ему не хотелось. Он ощущал слабость и по-прежнему не мог дышать. Ухватившись за гранатомет, он сел и направил его в сторону машины.

Шоу превратился в кровавое месиво, а голова Оба просто исчезла и остался лишь подбородок и один вытаращенный глаз.

Бейкер почувствовал, как силы стремительно его покидают, и понял, что жить ему осталось не более нескольких секунд. Он уже чувствовал собственный запах и знал, что вокруг натекла целая лужа крови. Набравшись смелости, он посмотрел вниз: живота на месте не было — теперь там находилось что-то, похожее на сырой гамбургер.

— О боже…

Его стошнило — изо рта брызнула кровь.

Гонзалес и МакФарланд, продолжая смеяться, ехали прямо на него.

— Простите за то, что я наделал, — прошептал Бейкер, — я готов к последствиям.

Бейкер выстрелил из гранатомета, и последним, что он увидел перед тем, как расцвело оранжевое пламя, было неверие на лицах Гонзалеса и МакФарланда. Затем боль в животе ушла, и Бейкер закрыл глаза. От взрыва стало тепло, и он предался наслаждению.

Кто-то вдалеке стал громко сыпать проклятиями на мертвом языке, и секунду спустя он понял, что это было.

Стервятники нависали плотным темным облаком. Джим оставался под защитой деревьев и смотрел вверх, не веря своим глазам. Он взял бинокль у одного из убитых зомби, и, как бы ему ни хотелось отвернуться, он не мог. Он просто завороженно наблюдал за тем ужасом, что разворачивался перед ним.

Силы Шоу были разбиты. Выжженные корпуса танков и вседорожников еще дымились, и их экипаж тлел внутри. Весь пейзаж усеивали тела зомби — каждый с той или иной травмой головы. Десятки тварей еще трепыхались на земле — с оторванными конечностями, разрезанные пополам, но сохранившие способность двигаться. И целые орды роились на лугу, пожирая павших. Джим содрогнулся, когда заметил, что приличную часть участников пиршества составляли ожившие бойцы Шоу. И что еще хуже — среди них были пленные гражданские, теперь свободные от рабства, но предоставившие свои тела в плен кое-чему худшему, чем безумный полковник.

Но не всех людей убивали. Многих окружали, лишали оружия, а затем загоняли внутрь огромного комплекса. Джиму оставалось лишь воображать, что твари намеревались с ними делать. Использовать в пищу? Как домашний скот? Или, может, для чего-то более ужасного?

У него поникли плечи. Мартина и Бейкера нигде не было видно, равно как и Харингу. Харингу, скорее всего, убили, когда он выпал из прицепа. Что случилось с Бейкером он не знал. Но больше всего он тревожился из-за Мартина. Смаргивая слезы, Джим надеялся, что старик умер без мучений. Делать здесь больше было нечего.

Он хотел было отвернуться, но, не успев опустить бинокль, замер.

Бейкер шел навстречу пленным, общаясь с группой зомби, что их сторожила. Его плоть была местами обуглена, а на месте живота находилась зияющая красным мясом огромная рана. Он совершенно точно был мертв.

Джим отвел глаза, набрал столько оружия и припасов, сколько мог унести, и двинулся в путь.

Мартин и Харинга, несомненно, были мертвы. Бейкер стал зомби. Больше между ним и Дэнни никто не стоял.

Об смотрел на свое царство глазами Бейкера и то, что он видел, ему нравилось. Раздав приказы относительно пленников, он пересек поле битвы, поприветствовал воскресших и присоединился к общему пиру. У нового тела не было желудка, но это не имело для него значения. Этот труп нравился ему и таким.

Где-то далеко душа Бейкера исходила криками.

Об рассмеялся, заглушив ее у себя в голове, и вскоре вопли стихли, превратившись в ничто.

26

Джим ковылял вдоль обочины, стараясь держаться края, чтобы при необходимости найти укрытие среди деревьев. Насколько он мог судить, большинство зомби в этом районе, как двуногих, так и прочих, сосредоточились вокруг Хейвенбрука. Он надеялся продвинуться максимально далеко, пока они находились там.

Он перехватил M-16, которую нес в руках. Такая же висела у него за спиной, а на боку был пристегнул пистолет. Лямки второй винтовки натирали ему кожу при ходьбе, мышцы болели, но он старался не обращать на это внимания. Покрытые волдырями ноги горели, из вскрывшейся раны в плече сочились кровь и гной. В верхней части предплечья пекло от инфекции, а плоть вокруг пулевого отверстия покраснела, вздулась и стала твердой на ощупь. Никогда еще он не был настолько истощен. Он брел на север, поднимая ботинками пыль и отмечая тем самым маршрут. Отзвуки битвы затихали с каждым его шагом, пока не исчезли насовсем.

Вокруг стояла тишина. Кукурузные поля, леса, дома — все было пустым. Джим утер пот с лица и, прислушавшись, забылся в этой удивительной красоте момента. Ему хотелось уметь лучше формулировать свои мысли, уметь описать то, что он чувствовал. Он вдруг задумался, оценил бы это умиротворение Мартин, и решил, что да, оценил бы.