Пойманные в city - Монакова Юлия - Страница 9

Дима держался молодцом, охотно и не ломаясь спел итальянскую арию (акапелла), когда зрители в зале попытались обвинить его в том, что он не умеет петь вживую. Ария вызвала шквал аплодисментов — даже сам Андрей вежливо похлопал в ладоши. Люська тоже немного расслабилась, отошла, заулыбалась… И тут Андрей неожиданно спросил:

— Ну, а как с личной жизнью у такого завидного и знаменитого жениха? Не секрет, что о тебе, Дима, ходит множество противоречивых слухов…

— В личной жизни у меня все прекрасно, — Дима обезоруживающе улыбнулся. — У меня есть девушка, и нам очень хорошо вместе.

Андрей приподнял бровь.

— Вот как? Не желаешь ли обнародовать имя своей избранницы? К чему такая скрытность?

— Почему — скрытность? — Дима пожал плечами. — Она совершенно непубличный человек, вся эта шумиха вокруг нас, знаю, ее напрягает… Я не прячу ее от общества, я просто ее берегу. Кстати, она и сегодня отказалась со мной сюда приехать.

Андрей покивал головой, как бы принимая к сведению эту новость, а затем спросил:

— То есть она не связана с шоу-бизнесом?

— Она связана с прессой, — Дима снова улыбнулся. — Но, слава богу, она не испорчена миром гламура и вообще всех этих модных светских вечеринок… Она очень человечная, настоящая и хорошая.

Люська сидела перед экраном ни жива ни мертва. Андрей, однако же, ничего не сказал больше по этому поводу и быстренько сменил тему. Они поговорили минут десять о чем-то другом, а затем прервались на рекламную паузу.

Казалось бы, ну что там — рекламная пауза! Что можно успеть за пять-шесть минут!.. Но когда на экране снова появились студия, ведущий и гости программы, Люське хватило одного лишь взгляда на Диму, чтобы понять — ОН ВСЕ ЗНАЕТ. Она просто увидела его глаза. Это были глаза недоумевающие, ошеломленные, страдающие… Он словно отключился сейчас от всего, что происходило в студии, и отрешенно смотрел куда-то в сторону.

— Я тебя ненавижу!!! — взвыла Люська, мысленно обращаясь к Андрею. — Сволочь, гад, скотина, что ты ему сказал?!! Что, черт тебя побери, ты ему наговорил?!!

Андрей же после этой рекламной паузы, наоборот, повеселел, весь как-то расцвел, приободрился… Дима кое-как ответил на оставшиеся вопросы, и передача подошла к концу. Люська кинулась к телефону, ожидая обещанного звонка. Она безумно боялась того, что Дима ей сейчас скажет, и в то же время страстно ждала, когда он позвонит…

Дима не звонил. Люська засекла время. С момента окончания шоу прошло две минуты… три… четыре… пять… Конечно, было глупо ожидать, что он сразу же кинется ей звонить — может, он там сейчас автографы зрителям раздает. Но она продолжала сидеть, гипнотизируя взглядом мобильник, и считать: десять минут… пятнадцать… двадцать…

Спустя час после завершения программы Люська не выдержала и набрала его номер сама. Телефон оказался выключенным. Вне зоны действия сети Дима быть не мог, он не пользуется метро, значит — отключил специально… Может, отключил на время передачи? Но передача закончилась час назад!!! Люська почувствовала, что сейчас завизжит от охватившего ее нервного напряжения… Она набрала номер еще раз — недоступен…

Телефон был недоступен еще четыре часа. Что пережила Люська за это время — не описать словами. Она то принималась рыдать, то выкрикивала проклятия в адрес Андрея, то начинала панически бояться того, что Дима больше никогда ей не позвонит, то вдруг пугалась, что с ним могло что-то случиться… Дошло уже до того, что она собралась сама ехать к нему домой — он же говорил, что у него свободный вечер, значит, он должен быть дома. Перед тем, как надеть куртку, она наудачу еще раз набрала номер Димы… и услышала гудки. Сердце остановилось.

Он долго не отвечал. Люська считала гудки, как до этого считала минуты. Дима взял трубку после десятого. «Наверное, раздумывал, отвечать или нет!» — догадалась она с тоской.

— Алло… — сказал он чужим, хриплым и глухим голосом.

— Дим… — начала Люська и замолчала. Все слова, которые она так тщательно готовила, разом вылетели у нее из головы. Дима тоже молчал.

— Это… это я, — произнесла она наконец.

— Я узнал, — отозвался он совершенно без выражения.

— Я тебе звоню уже несколько часов…

Он молчал. Люська не выдержала и взмолилась:

— Ну скажи хоть что-нибудь! Что произошло?

— А ты сама не догадываешься? — устало спросил Дима. — Я-то, дурак, тебя еще с собой на передачу звал… Вот, наверное, ты повеселилась, а? Но могла бы и меня предупредить, как близко ты, оказывается, знаешь Андрея Дроздова…

— Это не так! — Люська до боли в пальцах стиснула трубку. — Дима, я, честное слово, не хотела, чтобы так все вышло! Я собиралась тебе все сказать, но… я просто не хотела по телефону, понимаешь?

— А до этого почему не говорила? У тебя было столько возможностей рассказать мне правду…

— Да какую правду? — жалобно спросила Люська. — Дим, я не знаю, что он там тебе наговорил, но…

— Ты меня обманула, — перебил ее он. — Я же просил тебя, Люсь! Я тебя по-человечески просил… Помнишь… в самом начале наших отношений? Я спрашивал, все ли у тебя кончено с тем, другим. Я даже не интересовался у тебя, кто он. Мне, в конце концов, нет никакого дела, что ты спала с этим мудаком, — голос его дрогнул. Люська была поражена — он никогда раньше при ней так не выражался.

— Ну так вот, мне нет до него никакого дела, — продолжил Дима. — Я даже не касаюсь сейчас этической стороны вопроса, это относительно секса с женатыми мужчинами… Но я просил, чтобы ты была моей девушкой по-честному! По-настоящему, понимаешь?! Полностью, а не как запасной вариант…

— Что ты говоришь?! — со слезами закричала Люська. — Ну какой запасной вариант? Я сказала тебе правду, я была совершенно свободна, у нас с ним все давно кончено…

— И между тем, — мрачно подытожил Дима, — он для тебя до сих пор «самая сильная любовь в жизни». Сколько лет это уже длится, я забыл? Четыре, пять?..

— Это он тебе так сказал? — Люська задохнулась от возмущения. — Про самую сильную любовь? Дима, я повторяю: у нас с ним давно уже все закончилось, много месяцев назад!

— И именно поэтому вы с ним встречались в «Глобус Сити Молле», — бесцветным голосом произнес Дима. — Если это действительно была случайная, незапланированная встреча, не любовное свидание, то… почему ты скрыла это от меня? Что в этом такого было криминального?

Люська почувствовала, что рыдания сдавливают ей горло, и глубоко-глубоко вдохнула.

— Я не знаю, что тебе еще сказать, Дим. Ты ведешь себя как ребенок… Поверил отвергнутому сопернику… Ты видишь его в первый раз в жизни! А меня ты знаешь довольно давно — и, оказывается, совершенно мне не доверяешь?

— Теперь я не уверен, действительно ли я знаю тебя…

— Мне абсолютно не в чем перед тобой оправдываться. Я ни в чем не виновата…

Дима помолчал.

— Не знаю, Люсь, — выговорил он наконец устало. — Все не так просто. Пойми, мне сейчас очень тяжело. Мне… мне надо подумать.

— Хочешь думать? Думай! — вспылила Люська. — А меня этот детский сад больше не касается! Я уже сказала тебе все, повторюсь — моя совесть чиста!

Дима продолжал молчать. Люська в сердцах отключила телефон, хотя в ту же секунду пожалела об этом. Подождала, не перезвонит ли он… Но Дима не стал перезванивать.

Плохо отдавая себе отчет в том, что делает, она набрала номер Андрея. Тот отозвался сразу же, после первого гудка.

— Слушаю!

— Знаешь, кто ты? — ровным голосом спросила Люська. — Ты просто мразь. Я тебя ненавижу и буду ненавидеть всю жизнь, до самой смерти.

— В чем дело, Люсь? — удивился он то ли притворно, то ли по-настоящему.

— Если ты еще когда-нибудь вмешаешься в мою жизнь… хоть прямо, хоть косвенно, через моих близких… Обещаю — я тут же дам интервью во все желтые газеты о том, что у нас с тобой было. А потом прямиком пойду к твоей жене — каяться. Мне уже нечего терять. Ты меня хорошо понял?..

Не дожидаясь ответа, она бросила трубку и разрыдалась.