У всего есть цена (ЛП) - Паркер С. Э. - Страница 20

― И чем я обязана оказанной мне чести? ― откашлявшись, интересуюсь я с самым серьезным тоном, на который только способна сейчас.

― Я полагаю тебе прекрасно известно, почему мы здесь. Как насчет того, чтобы поспособствовать нам в этом? ― рычит Аэро, приближаясь ко мне. Как впрочем… и все они.

Дерьмо.

Если член Аэро на что-нибудь намекает, то меня либо разорвут на куски, вертя на четырех х*ях одновременно, либо, что еще ужаснее, они применят на мне свои способности, чтобы обработать раны. И все это против моей воли.

― Просто чтобы вы были в курсе, ― заявляю я, сглатывая комок в горле, ― чуть ранее я так вдарила Аэро по яйцам, что, почти уверена, теперь он бесплоден. Это так, к слову.

― Чтобы совладать с такими большими мальчиками, как мы, нужно нечто большее.

Аэро подмигивает мне, побуждая остальных ухмыльнутся. По крайней мере, Дрейка и Кэла. День лишь слегка хмурится.

Ну да, конечно. Кто бы сомневался. А у Аэро, должно быть, уже несметное количество детей от его миллион подружек, у каждой из которых бессмертные вагины чудесным образом остаются целыми просто вторжения его огромного члена. Все же логично. Но почему мысль об этом причиняет мне боль? Наверное, потому что я бесповоротно бесплодна. Безусловно, причина в этом.

Аэро едва сдерживает свое рычание, а его глаза начинают заливаться чернилами, прежде чем он хватает меня за одну из ног, тут же получая удар в челюсть второй, которая все еще свободна. Прямо в яблочко.

Дрейк чуть не захлебывается смехом. Родственная душа. Но в этот момент он замечает, что я наблюдаю за ним, и тут же принимает серьезный вид. Похоже, он по-прежнему прется от меня.

Аэро привязывает буйную ногу к изножью кровати. День ухмыляется и тут же обездвиживает мою второю ногу. Похоже, он не настроен получать по лицу, хотя имел возможность заставить меня не дергаться с самого начала. Засада. Теперь я абсолютно беспомощна.

― Какого черта вы делаете? Зачем связывать меня, если все равно собираетесь подчинить меня своей воли? ― кричу я, будучи не в восторге от грядущих перспектив.

― В целях безопасности. К тому же, мне нравится видеть тебя привязанной к кровати, ― заявляет День с властным блеском в глазах. Ублюдок.

Кэл раскладывает инструменты на прикроватном столике. Он берет небольшой пузырек и выливает небольшое количество ароматной жидкости на тряпочку, которой смазывает все мои нелицеприятно выглядящие болячки, обезболивая их. Аэро стерилизует четыре небольших клинка с помощью огня.

Черт.

Мое тело обливается потом.

Каждый из них берет по клинку.

Полное дерьмо.

Это куда хуже, чем быть трахнутой против воли четырьмя ху*стыми самцами.

Хотя, стойте… это тоже ху*во.

От напряженности ситуации в моей голове прокручиваются все варианты развития событий. Я ловлю себя на том, что не могу дышать… мне банально не хватает воздуха…

― Кэл, ты должен сделать что-то. Немедленно. Тебе стоило предпринять что-то сразу, как только ты объявился здесь, как и договаривались, ― рявкнул Аэро, когда они собираются возле меня, держа клинки наготове.

Мои глаза мечутся по сторонам, так же беспорядочно, как и мои мысли.

Кэл обнажает клыки, одарив Аэро суровым взглядом.

― Если бы ты справлялся со своими обязанностями на должном уровне, мы бы не оказались в подобной ситуации, и мне бы не пришлось снова прибегать к своей магии. Теперь я навсегда останусь в ее списке ублюдков. Так что, засунь свои претензии себе в ж*пу.

― Просто сделай это, черт возьми, ― рычит День, еле сдерживая себя.

Кэл швыряет через всю комнату что-то очень тяжелое. Я не могу увидеть что, но оно с грохотом разбивается.

Кажется, я являюсь причиной многих драм…

Затем лишь темнота.

Глава 12

Я просыпаюсь в незнакомой постели, вся в бинтах.

Изголовье кровати блестит, словно чистейшее стекло. Я протягиваю руку назад и щелкаю по поверхности ногтем.

Дзинь!

Так, это не стекло, но что-то очень похожее. Что-то более роскошное, по крайней мере, на вид.

Вся комната обделана тем же материалом, включая полы и потолки, все переливается, словно ночные звезды, вдруг засветили днем. Это просто волшебно. Безусловно, даже небольшого фрагмента этих стен предостаточно, чтобы обеспечить мое скромное существование где-то на Востоке… мысли вслух.

Я ощупываю свои бинты и абсолютно не чувствую боли. Либо я спала настолько долго, что раны успели зажить. В этом случае я без колебаний кастрирую Кэла и скормлю его яйца свиньям. Либо я настолько обработана и напичкана чудодейственными эликсирами, что боль заглушена полностью.

Потянувшись, я сажусь на кровати. Черт, а я проголодалась. Откровенно говоря, я просто подыхаю с голоду. Размотав один из бинтов, я вздыхаю с облегчением. На самом деле нет никакой причины лишать Кэла самого дорогого. Раны чистые и уже практически затянулись. Помня о своей склонности к быстрому исцелению, я полагаю, что выпала из реальности лишь на пару дней.

Я возвращаю повязку на руке на место и откидываю одеяло, обнаружив на себе белое полупрозрачное платьице. Миленько. Тот кто подобрал его для меня, получает балл за старание. Но тут же теряет его, так как видел меня голой, пока я была в отключке. Ублюдок.

Нахожу туалетную комнату, чтобы справить нужду, и рассматриваю себя в зеркало, пока мою руки. Что за хрень?

На моих щеках красовался румянец, кожа цвета слоновой кости приобрела здоровый блеск, а губы кажутся более пухлыми, чем обычно, имея темно-красный оттенок. Но самое странное, что мои непослушные локоны были аккуратно причесаны и убраны в элегантную прическу. Кто-то своевольно уделил больше внимания моему внешнему виду, чем я когда-либо в прошлом.

Я разворачиваюсь спиной, чтобы оценить глубокий вырез своего платья, который откровенно демонстрирует мой шрам, выставляя его на всеобщее обозрение. Будет крайне неловко светить им, бродя в поисках еды по абсолютно незнакомому мне месту, хотя, полагаю, это королевство Дня, потому что уж слишком оно светлое и сияющее. С таким же успехом я могла нарисовать себе клеймо бунтаря на своем чертовом лбу. Это крайне неудачная идея, учитывая, что высшие создания ― это те, кто поддерживает законы, об угнетении прав женщин, особенно из низших слоев, и сосредоточения власти в руках мужчин.

Извлекаю из волос заколку в форме ракушки, позволяя свои локонам ниспадать на мою спину, скрывая мой шрам и доходя практически до задницы. А теперь, еда.

Побродив по лабиринту стеклянных коридоров и не обнаружив абсолютно никого, я, наконец, натыкаюсь на запах чего-то съестного. Как голодная собака, я вожу носом, взяв след и спускаясь вниз по лестничным пролетам. Я отмечаю, что после третьего ряда ступенек в отделке помещения начинает преобладать камень, как раз оттуда, где находился вход на просторнейшую кухню.

Я чуть не теряю свою челюсть.

Какого хрена тут творится?

Преобладающая часть поваров являлась мужчинами, по локоть в муке и тесте или протирающими посуду небольшими полотенцами, накинутыми на плечи.

Мужчинам не свойственна такая работа, по крайней мере, на тех землях, откуда я родом, и, насколько мне известно, в Высших Королевствах существуют те же порядки. Но здесь же мужчины и женщины работают бок о бок и, кажется, получают удовольствие от происходящего…

Я массирую виски. Так, либо у меня конкретно поехала кукушка, и все это извращенная игра моего воображения… или я просто чего-то не догоняю. Полагаю, что в данном случае, скорее последнее… Солу придется мне кое-что объяснить.

Улыбающийся мужчина с накаченными руками и рыжей щетиной на подбородке двигается в моем направлении с кухонным полотенцем в одной руке и тарелкой, которую он протирает, в другой.

― Ты что-то хотела, милая?

Милая? Не шлюха, не дырка, не спермоприемник?

Я бормочу что-то нечленораздельное. Они, вероятно, не признают во мне низшее создание, когда я одета вот так. Очевидно, что ни у кого на этой кухне нет раскинутых крыльев за спиной. Полагаю, что здесь они не уместны, так как это пожароопасно и так далее.