Легенда о Чудограде Книга вторая. Наследие Радомира. Часть первая. Храм магии (СИ) - Шихматова Елена - Страница 61

— Добрый день, извини, что вот так врываемся в твой дом, — извинилась она за Модеста. — Ты Мия?

Рука девушки медленно опустилась.

— Кто вы?

— Меня зовут Амалия Розина. Видишь ли, Мия, произошли тревожные события, по причине которых я оказалась здесь, и, я думаю, ты можешь помочь мне в решении одного очень важного вопроса. Скажи, как давно ты видела царя Заряна?

Девушка не вымолвила ни слова, но Амалия видела, как та побледнела и поджала губы.

— Мия, как давно ты видела царя Заряна? — повторила свой вопрос Амалия и, подойдя к девушке ближе, взяла ее за руку. — Пойми, это очень важно.

— Я-я, я не знаю, где он.

— Тогда почему тебя так удивил мой вопрос?

Девушка вновь промолчала и опустила голову. В этот самый момент наверху, на чердаке, что-то упало. Все по инерции посмотрели наверх. А Модест, недолго думая, взял лестницу, приставленную к печке, и переместил ее к чердачному люку. Взглянув на Амалию, которая кивнула ему в знак одобрения, он стал подниматься наверх. Мия подалась вперед. Когда молодой человек уже открывал крышку люка, она воскликнула.

— Стойте! Там опасно!

— Не волнуйтесь, барышня, — ответил ей Модест, — у меня есть надежная защита от всякого рода неприятностей.

В свою очередь Амалия, в упор посмотрела на девушку и требовательно спросила.

— Почему там опасно?

— Царя там нет, уверяю вас.

— Тогда кто там?

— Там, — девушка вновь опустила голову и одними губами прошептала, — там мой брат, он… он сбежал из армии. Прошу вас, не вините его, не сажайте его под арест! — последние слова девушка произнесла с мольбой.

— Так мне лезть? — поинтересовался Модест, по-прежнему стоял на лестничных перекладинах.

— Да, — кивнула Амалия и, отпустив руку Мии, подошла поближе к лестнице.

Девушка закрыла голову руками и медленно сползла вниз по стене. Коротко взглянув на нее, Амалия сложила руки на груди и перевела взгляд на люк. Меж тем Модест ловко забрался на маленький чердак, здесь было ненамного светлее, а из содержимого только несколько сгруженных в кучу тряпок, старый сундук и колодки от обуви. Из-за сундука торчал кусок материи, не в пример всему остальному, яркий, и края хорошей добротной обуви. Брат Мии так испугался, что хотел спрятаться в сундуке? Больше тут падать было нечему, кроме крышки сундука. Пригнувшись, Модест сделал пару шагов и столкнулся взглядом с молодым человеком примерно его лет. Сверху на нем был длинный невзрачный серый плащ, а вот из-под плаща проглядывала дорогая добротная одежда.

— Вот уж не знал, что в армии так одеваются, — пошутил Модест.

Конечно, он узнал царя Заряна, которого видел не только на портрете, но и несколько раз вживую. Неудачная шутка юноши, пробудила в Заряне немного гордости и самолюбия, он слышал слова Мии и понял, о чем говорил Модест. Сузив глаза и недовольно взглянув на юношу, царь с удивлением осознал, что знает его. Это же!..

— Что ты здесь делаешь? — спросил Зарян, поднимаясь на ноги, из-за низкого потолка, он тоже смог встать только согнувшись. — Ты ведь Модест Нисторин, верно?

— Да, господин, — Модест поклонился и на всякий случай попросил прощения за свою шутку. — Извините, если обидел вас — я не хотел. И я очень рад, что с вами все в порядке, ваше величество, пожалуйста, спуститесь вниз, Амалия должна поговорить с вами.

— Амалия? Амалия Розина?

— Да, спускайтесь.

Модест первым вернулся к люку и спустился вниз. Следом за ним, с опаской переставляя ноги по ступенькам, слез царь Зарян. Чем дальше, тем больше он чувствовал себя неловко, ему было стыдно, стыдно и обидно, что все так получилось. И, конечно, он ощущал, как начинает злиться на Амалию и Модеста, прекрасно понимая, в каком состоянии и где они его нашли. А стоило ему вспомнить о том, как он в панике покинул вчера дворец, о чем рано или поздно станет известно всем его подданным, как злость, стыд и обида превращались в яростный порыв, но что сделано, то сделано. Меж тем Амалия даже при скудном свете в помещении подметила, как осунулось лицо молодого царя, с мешками и вмятинами под глазами, похоже, он давно спокойно не спал.

— Госпожа Розина, — поклонился ей Зарян.

Однако, что сказать, он так и не нашелся. Догадываясь о его состоянии и чувствах, Амалия тоже поклонилась и начала разговор первой.

— Рада видеть вас в добром здравии, ваше величество, давайте присядем. Мия, ты не могла бы что-нибудь приготовить нам?

До девушки не сразу дошли ее слова, осознав, что от нее хотят, она кивнула и пошла к маленькому уголку, служившему в избе кухней. Не дожидаясь указания, Модест закрыл дверь на улицу и встал на страже у входа, а Амалия и Зарян сели за стол напротив друг друга.

— Зарян, вчера я прибыла в Дамиру за тем, чтобы заступиться за Анну Гарадину, и узнала, почему вы стали подозревать ее в совершении нападения. Однако не могу сказать, что понимаю вас. Я могла бы понять вашу просьбу уточнить местоположение Анны в интересующий вас вечер, но то, что вы написали письмо царю Изяславу с настоятельной просьбой депортировать девушку по одному только подозрению! Зарян, — мягко, но с осуждением в голосе произнесла Амалия, — неужели вы верите в то, что Анна желала вам зла, будь она даже в тот момент в Дамире?

— Я хотел, я как раз хотел уточнить у нее местоположение в тот вечер, когда она, когда я видел, что она пыталась напасть на меня, — произнес Зарян; он сидел, рассматривая пальцы, подняв взор, он посмотрел Амалии в глаза и затравленно спросил. — Вы тоже думаете, что я свихнулся?

— Нет, что вы, я так не думаю. А почему вы говорите «тоже». Просто предположили или вам кто-то напрямую сказал об этом?

Зарян тяжело вздохнул.

— Я слышал, как это обсуждали, смаковали несколько чиновников.

— Мне очень жаль, что кто-то принял такое поспешное решение, потому что вчера мы получили серьезные основания полагать, что вас специально запугивали. Видите ли, моя воспитанница Гедовин, а в данный момент моя помощница, сегодня утром нашла проход между вашими покоями и кабинетом Аглаи Тарутиной, там были камни для освещения, а вот кабинет госпожи Тарутиной был открыт вчера вечером, туда шла девушка, которая испугалась Модеста и убежала. Потом ее видела Гедовин, видела, как девушка растворилась в воздухе, что говорит об использовании магии. Что если эта девушка и наводила на вас те видения, а потом исчезала с помощью магии, а когда вы убегали из спальной, уходила через потайной коридор?

Зарян благодарно посмотрел на нее, он ведь и сам уже начинал думать, что сходит с ума, но оказывается всему есть разумное объяснение!

— Но я приглашал волшебников.

— Которые ничего не нашли, потому что искать было нечего: таинственной девушки-призрака в ваших покоях уже не было.

— Девушка-призрак, а ведь мне говорили о том, что во дворце поселился призрак. Но постойте-ка! А дворец, разве он… устоял? Мне сообщили вчера, что те люди с площади собираются взять его силой.

— Вот как? — удивилась Амалия. — А кто сообщил, вы помните?

— Что? Да какое это имеет значение! — отмахнулся обрадованный известием Зарян.

— Очень большое, — возразила ему Амалия. — Пожалуйста, вспомните, кто сообщил вам об этом. Кто-то из слуг? Из чиновников? Из стражников?

Зарян задумался.

— Кажется это был Владимир Паленин, да точно! Он сказал, что получил эти сведения от наших стражников, которые, пробираясь сквозь толпу, шли на службу и слышали, что говорят люди.

— Вот как. Что ж, надо будет уточнить этот момент у господина Паленина, какие именно стражники сообщили ему о подобных слухах, а еще лучше узнать у тех стражников, может, они кого-то запомнили. Я уверена, что простые люди не собирались захватывать дворец, но среди них были те, кто был в этом заинтересован, те, кто заплатил участникам митинга за их работу, а не идейные убеждения. Да-да, ваше величество, не удивляйтесь, но митинг был организован по чьему-то заказу. Из деревень специально нагнали обиженную небогатую публику, а у еще более обиженных и голодных горожан появилась возможность подзаработать. Но не волнуйтесь, люди вчера разошлись по домам, Милан Строев поговорил с людьми и убедил их не совершать безумных поступков. Так что вы можете спокойно возвращаться в Дамиру.