Легенда о Чудограде Книга вторая. Наследие Радомира. Часть первая. Храм магии (СИ) - Шихматова Елена - Страница 62

— Спокойно возвращаться! — фыркнул Зарян. — Чтобы услышать, как все смеются надо мной, наверняка, называют трусом! В-общем-то так и есть, и мне, — голос его сорвался, — мне, действительно, очень стыдно.

— Вас вынудили бояться, — заверила его Амалия, — и сейчас вам ни в коем случае нельзя отказываться от своих полномочий. А люди, когда узнают, что против вас плетется заговор, и кто-то пытается изобразить перед всеми вашу несостоятельность, поймут вас и не станут осуждать. Сейчас нам очень важно понять, кто это может быть, этих людей нужно нейтрализовать. Пока ясно, что среди заговорщиков есть талантливый волшебник и по меньшей мере один богатый человек, который заинтересован в захвате власти. А что вы думаете насчет Златана Кромина?

Зарян пожал плечами.

— Да ничего, большая шишка, влиятельный человек, известный при дворе, он как-то даже кредитовал государство в период правления моего отца, так что, думаю, у него и так все есть, если вы имеете в виду, что он может быть тем самым богатым человеком.

— Возможно это не он, но я точно знаю, что вчера он пытался прорваться во дворец, а сегодня утром настоятельно просил меня оставить временное управление государством, потому что я — человек со стороны, а он — тот самый, кто нужен государству в трудную минуту. Кстати о вашем… бегстве он отозвался более чем с осуждением, думаю, если бы он был вашим преданным поданным, он бы не стал так о вас отзываться, а наоборот, думал бы о вашей безопасности и разумных причинах произошедшего. Я решила, что лучше не упускать его из виду и приставила к нему филера. Если я ошибаюсь, и Златан Кромин здесь не причем, перестраховаться не помешает. Как? Вы согласны со мной?

— Да, спасибо… — пролепетал потрясенный Зарян.

Меж тем Мия подала на стол две глиняные чашки с заваренным травяным чаем и поднос со свежим нарезанным хлебом.

— Спасибо, — поблагодарила ее Амалия. — Будь добра, подай чаю Модесту, — она указала взглядом на стоящего в дверях молодого человека.

Девушка молча кивнула и быстро ушла выполнять поручение. Проводив ее взглядом, Амалия чуть наклонилась вперед и тихо сказала.

— Очень милая девушка, вы познакомились на балу, не так ли?

— Да, — Зарян чуть покраснел и опустил глаза. — Я уже приезжал сюда пару раз, тайно, а когда вчера это все случилось, я не знал куда еще можно поехать, кроме как сюда. А как вы узнали, что я здесь?

— Догадалась, — уклончиво ответила Амалия и стала пить чай.

Меж тем на улице люди обсуждали, кто к ним пожаловал и почему именно к Мие? Девушка с недавних пор после смерти родителей жила одна, никто толком не знал, что происходит за стенами ее избы: так девушка, будучи очень подавленной обрушившимся на нее горем, почти перестала с кем бы то ни было разговаривать, на настоятельные просьбы родственников согласиться перейти жить к кому-то из них до своего совершеннолетия, отвечала отказом. Однажды в ее доме слышали мужской голос, так утверждала молочница, которая принесла Мие молока, но, когда девушка открыла ей, то внутри была она одна, молочница внимательнейшим взглядом окинула избу, но не увидела ничего подозрительного. По деревне пошел слух, что девушка с кем-то тайно встречается, доказать или опровергнуть этого никто не мог, а такое положение дел является благодатной почвой для всякого рода сплетен, от вероятных до просто фантастических.

Стражники, чтобы не стоять без дела, выстроились по периметру, изрядно напугав жителей деревни, которые с крайней опаской косились на них. Один из стражников был из этой деревни, к нему осторожно пробралась мать, та самая молочница и вполголоса поинтересовалась, что происходит. Узнав, что в доме девушки они надеются найти самого царя, женщина подумала, что ослышалась. Как? Откуда в доме Мии мог оказаться сам царь? Если только…

— Зарян, так мы едем во дворец? — спросила Амалия, допив чай.

— Да, — негромко, но твердо ответил молодой человек, — только Мия, — он с благоговением посмотрел на нее, — нужно взять ее с собой, иначе люди здесь замучают ее. Они станут осуждать ее.

Амалия с полминуты молчала.

— Да, ее будут осуждать и, я думаю, вы оба понимаете, что небезосновательно, но здесь ей все-таки ничего не угрожает, а вот во дворце, по коридорам которого гуляют заговорщики, очень может быть. Не давайте им нового повода и не подвергайте девушку опасности. Мия, — обратилась она к девушке, — ты живешь здесь одна?

— Да, госпожа.

— Староста деревни сказал, что ты его внучатая племянница. Пожалуйста, будь умницей и поживи пока у него, до тех пор, пока все не прояснится.

— Я… он будет ругать меня.

— Поругает, и кончит, куда уж деваться, раз все так сложилось. Твоя безопасность сейчас важнее, Мия, ты должна понимать это. Царя хотят запугать, довести, убедив всех, что он невменяем. В городе вчера толпа под управлением заговорщиков чуть не захватила дворец, так что будь хорошей девушкой и послушайся моего совета. Если хочешь, я сама скажу твоему дяде, что ты пока поживешь у него и, если не будешь вдаваться в подробности, а именно, что ты не во второй раз в жизни видишь царя, то предъявить ему тебе будет особо нечего. Ну так как? Что скажешь?

Девушка стояла низко опустив голову, нервно кусая губы и теребя пальцами, она размышляла над словами Амалии. Видя ее состояние, Зарян, встал, подошел к девушке и осторожно обняв ее за плечи, ласково сказал.

— Мия, послушай госпожу Розину, она правильно говорит.

Будучи почти на голову ниже Зарян, девушка подняла голову и, посмотрев ему в глаза, слабо улыбнулась.

— Хорошо, береги себя. Я не так важна, как ты.

— Не говори так, для меня ты — самое важное, что есть на свете.

С этими словами он наклонился и нежно поцеловал девушку, Модест глазам своим не верил. У царя Заряна был роман с простой деревенской девушкой! В свою очередь Амалия покачала на это головой. Она прекрасно понимала, что им никогда не быть вместе и, если для царя Заряна это интересное, новое и необычное чувство, которое в будущем станет для него простым теплым воспоминанием, то для Мии важно думать о последствиях, которые навсегда изменят ее жизнь и вряд ли в лучшую сторону. Сейчас Амалия не стала ничего говорить вслух, но в душе она осуждала Заряна: он должен был сначала подумать о последствиях, должен был сначала подумать о любимой девушке! Возможно, любовь застилала ему глаза, а возможно, его любовь была не чем-то возвышенным, а тем чувством, к которому привык молодой царь — желание обладать чем-то во что бы то ни стало. Он захотел — он это получил. Почему-то Амалия не могла отделаться от мысли, что все обстоит именно так, отчего сейчас она с некоторым омерзением взглянула на молодого царя, который испугался слухов и сбежал в очень трудную для своей страны минуту, который стал подозревать свою сводную сестру только из-за одних видений — да, они испугали его, но мог же он просто здраво поразмыслить над создавшейся ситуацией! И, наконец, эта история с Мией. Вновь покачав головой, Амалия встала и направилась к выходу.

Как и обещала, она поговорила со старостой деревни, попросив его приютить у себя Мию. Что касается нахождения в доме Мии царя, то к этому она посоветовала отнестись как к факту, за который не стоило упрекать девушку, главное то, что царь сейчас в добром здравии и возвращается во дворец. После отряд, наконец, отправился обратно. Заряну дали свободную лошадь, которую специально для него взяли с собой. Было пять часов, и Амалия, как только они выехали за деревню, попросила Устинова показать, где живет старец Андрон Савинов. Узнав об этом, Зарян недоуменно посмотрел на нее, сразу с удивлением спросив.

— Зачем нам ехать туда? Уже пять часов! Чем раньше мы вернемся во дворец, тем безопаснее.

— Нет, сначала мы поговорим с Андроном Савиновым. Это недолго, Зарян, а самое главное, это очень важно.

К жилищу старца вела проселочная тропинка, хорошо утрамбованная, она виляла между невысокими кустарниками и кривыми стволами деревьев, чудом выросших на каменистой поверхности. Чем ближе к жилищу старца, тем выше становились валуны, попадающиеся им по пути. В какой-то момент показались целые каменные холмы, изрезанные чернеющими вмятинами — уходящими вглубь породы пещерами. В одной из такой пещер жил старец Андрон.