Клятва разрушения (ЛП) - Дэвис Дженнифер - Страница 17

— Я предлагаю атаковать, а не ждать тут их следующего хода, — сказал Савенек. — Сделать то, чего они ожидают меньше всего.

— Пока они не сделали ход против нас физически, я не могу отправить армию в Тельмену, — сказала Рема.

Аллисса была согласна с матерью.

— Что ты хочешь получить, напав на них? — спросила она Савенеку.

— Я бы убрал всю королевскую семью.

— А потом? Захватишь королевство? Сделаешь Империон еще больше?

— Или отправлю туда править того, чью власть мы хотим. Того, кто не будет нам угрозой.

— Мы не можем убивать людей, потому что не согласны с ними.

— Вы оба по-своему правы, — сказала Рема. — И все будет учтено. Я хочу, чтобы вы еще обдумали дело. Мы обсудим его завтра подробнее с членами Легиона и герцогами.

— Союз с Рассеком усилит нас, — добавила Аллисса.

— Или станет поводом для войны, — буркнул Савенек.

— Верно, — Дармик уперся локтями в стол. — Но знайте, что бы мы ни сделали, что бы ни выбрали, будет война.

Аллисса шагала рядом с Майрой, держась за руки, пока они направлялись к стрельбищу.

— Я знаю, что тебе нравится мой брат, — сказала Аллисса.

Майра попыталась вырваться, но Аллисса удержала подругу.

— Я просто хочу узнать, серьезно ли это?

Стало видно стрельбище. Руки Аллиссы покалывало в предвкушении. Она давно не стреляла из лука.

Вместо ответа Майра кивнула на Маделин, ждущую их.

— Слышала, что Марек и Маделин больше не встречаются?

Это потрясло Аллиссу.

— Что случилось? — она оглянулась на Марека, идущего в десяти футах за ней с остальной стражей.

— Я не знаю подробностей, — Майра понизила голос, — но, думаю, Маделин порвала их отношения, когда поняла, что Марек всегда будет ставить тебя первой.

— О чем ты говоришь? — у Марека не было чувств к Аллиссе.

— Когда брат вернулся после твоего похищения, он хотел безумно тебя спасти. Он больше ни о чем не думал. Первой любовью Марека всегда был и будет Империон.

Почему-то Аллисса опечалилась от этого.

— Я хочу ему счастья, — а не быть прикованным к работе.

— Он счастлив. Особенно теперь, когда ты вернулась.

Аллисса думала, только королевская семья жертвовала ради Империона. Она не понимала, что и другие так делали.

Они остановились перед Маделин, которая нетерпеливо топала правой ногой по земле.

— Почему вы так долго сюда шли? — она продолжила, не дожидаясь ответа. — Я не знаю, почему вам так хочется на стрельбище. Вы знаете мое отношение к этому.

Аллисса знала, что Маделин не хватало терпения и навыка стрелять. Ее фрейлина лучше танцевала бы на балу, чем стояла с луком. Еще и при Мареке.

— Тебе не нужно оставаться.

— Мне нужно кое-что с вами обсудить, — сказала Маделин.

Аллисса прошла к столу, где лежали луки разного размера и стрелы. Она нашла свой любимый лук и подняла его, ощущая вес в руках.

— Что такое?

— Я получила письмо от родителей с просьбой о визите. Императрица дала разрешение, но я хотела убедиться перед этим, что не нужна тебе.

Аллисса знала, что родители Маделин, Одек и Веша, жили в доме в паре дней пути отсюда. Они предпочитали тихую жизнь, а не жизнь в городе.

— Я буду сильно скучать, но ты можешь ехать. Насладись временем с семьей.

— Спасибо, — Маделин обняла Аллиссу и ушла, почти побежала к замку.

Аллисса схватила стрелу и прошла к мишеням. Она подняла лук, вложив стрелу. Пять мишеней стояли на разном расстоянии. Она закрыла глаза, радуясь ощущению лука в руках и ветра на лице. Было хорошо быть дома. Она прицелилась в самую близкую мишень и отпустила тетиву. Стрела пролетела по воздуху, попала в мишень, но не в центр. Разница всего в дюйм!

— Я еще не видела, чтобы ты промазывала, — сказала Майра.

Аллисса никогда не промахивалась. Она прицелилась другой стрелой. В этот раз она прищурилась, глядя на центр мишени, игнорируя все вокруг. Медленно выдохнув, она отпустила тетиву. В этот раз стрела летела быстрее, задела край центра. Не в яблочко, но она хотя бы попала.

С третьей стрелой Аллисса прицелилась, собиралась отпустить тетиву, но другая стрела пронеслась мимо нее и попала в яблочко второй мишени.

— Вот так это делают, — сказал Савенек за ней.

Аллисса опустила лук и повернулась к брату, хмурясь.

— Принцесса не стреляла неделями, — напомнила ему Майра. — Я уже говорила, что твоя сестра лучше тебя, — она скрестила руки на груди, бросая вызов Савенеку.

— Невозможно.

Он был слишком наглым, как казалось Аллиссе.

— Не стой там, — протянула она, — а подходи, чтобы мы смогли устроить состязание.

— Если настаиваешь, — он встал рядом с ней. — Будешь просто стоять и бить по неподвижной цели? Это не сложно. Так я мог с пяти лет, — он ухмыльнулся.

Как Савенек вообще привлек внимание Майры? Она хмуро посмотрела на подругу, словно из-за Майры Савенек делал жизнь Аллиссы сложнее. Она могла поклясться, что слышала смех Марека за ней. Предатель.

Она расправила плечи, попыталась сохранить достоинство.

— Чтобы стало сложнее, встретимся у конюшен через полчаса, — она не стала ждать ответа, повернулась и ушла.

— Смело, — сказала Майра, пытаясь поспевать за ее быстрыми шагами.

— Ты уверена, что я стреляю лучше? — она не хотела унизить себя сегодня.

— Савенек хорош, особенно на дальних дистанциях. Его учили стрелять по мелкой мишени. Но ты — меткая, быстрая и никогда не промахиваешься. Кроме того раза сегодня.

— Попроси подготовить двух лошадей. На каждой должны быть лук и колчан с дюжиной стрел, — она поставит брата на место. Сотрет ухмылку с его лица.

— Хорошо. Тебе помочь переодеть платье?

— Нет. Я справлюсь сама, — ей пришлось научиться зашнуровывать платья за прошлые недели, ведь никто не помогал ей у Натенека и в пути.

Майра кивнула и ушла.

Марек подошел к Аллиссе.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Разве так не всегда? — она оглянулась, проверяя, что брат не идет за ней. — Что думаешь о Савенеке?

— Насколько я видел, у твоего брата две стороны. Он наглый и избалованный при придворных, со всеми заигрывает. Но наедине он умный, тихий и собранный.

— Почему так?

— Твой отец сказал ему играть такую роль.

— Тогда у него ум моего отца.

— Или твоей матери.

— Не пойму, почему он показывает мне свою придворную сторону.

— Может, пытается узнать тебя лучше.

— Наверное. Или он пытается доказать, что стреляет лучше меня.

— Если так, я не хочу быть рядом с замком, если ты проиграешь.

— Если?

— Прости, я ставлю на убийцу.

Аллисса выругалась.

Аллисса в штанах для верховой езды и узкой тунике прошла в конюшню.

— Вовремя, — Савенек прислонялся к стойлу. — Полчаса для тебя значат не то, что для меня, — он оттолкнулся и указал на конюха, который держал поводья двух лошадей. — Полагаю, это нам.

— Да.

— И вся наша стража поедет с нами?

— Да. Я сказала им держаться на безопасном расстоянии, — Аллисса заметила, как его щека дрогнула. Она старалась не улыбаться от этого открытия. И старалась не радоваться, что его постоянное наблюдение беспокоило так же, как ее.

Аллисса подошла к ближайшей лошади и забралась на нее.

— Что мы будем делать в твоем состязании? — сказал Савенек, оседлав другого коня.

— За замком есть поле. За полем лес. Если ехать прямо по лесу, ты найдешь узкую тропу, что его пересекает. С каждой стороны тропы где-то на деревьях висят пять мишеней. Твои стрелы с синей меткой, мои — с красной. Тот, кто попадет по большему количеству мишеней и ближе к центру, победит.

— Не честно, ведь ты знаешь, где мишени. У меня нет преимущества.

— Не глупи, — возмутилась она. — Солдат разместил их. Я не знаю, где они.

Он разглядывал ее.

— Мы отправимся в одно время?

— Да. На пути туда можно стрелять только по мишеням справа, на обратном пути — снова только справа. Я буду стрелять в мишени слева, — она направила лошадь к выходу.