Сказка для Мальвины (СИ) - Вебер Агата - Страница 34

— Завтра не объявится, говорим Дзюбе.

Отпустил я её скрепя сердце, в надежде, что она вырвется из ”плена” и свяжется с родственниками.

Я уснул, на утро проснулся и весь день её прождал. Но её так и не было. Дольше ждать не было смысла и я связался с нашим генералом Дзюбой. Он мне сказал, что начинает поиски Мальвины. Объявит во все розыски.

— За Мальвину отработаешь дополнительные полтора года, но как волонтёр. — Наш разговор с генералом был на сильно повышенных тонах. — Если ещё такое произойдет, то с практики вылетишь с волчьим билетом. И не то, что быть тебе врачом… Но сделаю так, что тебя ни в какую даже вшивую поликлинику не примут.

Мальвина, как в воду канула. Розыски ничего не дали. Очень всё странно. В Подмосковье у родителей её нет. Куда она пропала? Неизвестно. И уже теперь, спустя три с половиной года, у меня опять есть телефон. Связался с матерью, рассказал, что Мальвина пропала… Мама собирается какую-то подругу подменить и летит в Мавританию. Она говорит, чтоб я прилетел и меня ждёт сюрприз. Пусть не так много исследований было за это время. Да и практики этой мне хватит на две диссертации. Прощаюсь со всеми. На моё место присылают другого хирурга. А я лечу к матери. Прилетаю.

И узнаю новости: Аня нашла Мальвину. И она не в гареме, что меня несказанно порадовало. Но оттуда ей тоже нереально выбраться… мама подключает все связи. … А когда увидел документы, что у неё есть сын, я осознал, что Мальвину я, возможно, навсегда потерял. Разве она сможет полюбить обычного врача, когда у неё была красивая жизнь. А что я могу дать ей взамен? Любовью сыт не будешь. Вспомнился даже анекдот по этому поводу:

Мама сделала им документы, а её сына записала в них, как Михай Тёмыч.

— Ма, я не понял, а зачем в свидетельстве ты поставила такое странное имя?

— Сын, так их искать-то будут по документам на имя Мехмеда. У нас в России таких имён нет.

— Долго придумывала? — посмотрел на маму. Она в тот день сидела за столом со мной, попивала чай. И о чём-то своем мечтала.

— Нет. Фото мальчонки, как увидела, так тебя маленького вспомнила, — усмехнулась родительница.

Я в тот день опять захотел хоть мельком увидеть Мальвину: ходит в такой же одежде, как все местные. Окруженная охранной, она кажется ещё более хрупкой и маленькой. Понимаю Джамаля, почему он влюбился в Марьяну. Мне самому хочется защищать её от всех невзгод. Хотел подбежать сейчас, взвалить её на плечо и унести в пещеру. И самому охранять моё сокровище.

Мама мне кстати сказала, что Интерпол разыскивает отца Джамаля. А на самом деле все дела ведёт сам Джамаль, точнее Джейсон и прикрывается именем отца. А отец уже давно отошёл от дел. Мне стало даже страшно, что Мальвина может попасть в переплёт. И тогда я спросил у матери, когда запланирована спецоперация. Дни тянулись, почему-то, как резина. Невыносимая жара уже достала. Домой хочется. Песок кругом, песок. Никуда не сходить. Пустынно. Да и не хочется никуда. Ходил к океану. Вот это бескрайне, кажется. Хорошо, что у меня всегда привычка брать альбом и карандаш. От такой красоты разворачивающейся меня потянуло порисовать. Даже при том, что судна старые, но они все были на ходу. Океан сине-зелёного цвета. Карандаш не передаст те буйства красок. А после по памяти стал рисовать Мальвину, её притягательность. Пытался вложить в набросок все свои чувства к самой любимой и желанной, только моей.

Наступил тот день, когда должно было произойти задержание Джамаля. Я с самого утра не мог найти себе места. Заранее уже подготовил аптечку. Проверил наличие препаратов. До этого дня решил, что надо сходить в местную аптеку, пытался объяснить, какие мне нужны препараты. Но у них нужного не нашлось. Да и разочарование от местных “продавцов лекарств” получил я знатное. Решил тогда, что надо сходить в медпункт, что при дипломатическом представительстве России. Вот там-то и нашёл всё, что я, как думал, может мне помочь. Терапевтом там оказался пожилой мужчина в роговых очках. Но даже за ними было видно, как в его глазах пляшут смешинки. Немного залысин в волосах его совершенно не портили. Мужчина был среднего роста. Коренастый. С располагающей к себе внешностью.

— Чем я вам могу помочь? — спросил он меня по-английски.

— А мы можем по-русски поговорить? Вас это не затруднит? — спросил я мужчину разглядывая его, и подмечая все детали его аскетичного кабинета. Стол и его стул, на котором в данный момент сидит он и тоже внимательно меня рассматривает. Кушетка рядом стоит, чуть дальше два сейфа и холодильник.

— Нет, с большим удовольствием пообщаемся. Так что же вы хотели, молодой человек? — Разрешите представится меня зовут Артём Львович Медведев. — О, вы сын Екатерины Петровны. И как понимаю, вы мой коллега. А меня зовут Александр Васильевич. Так с чем пожаловали, Артём? — повторяет он свой вопрос. — Мне же можно вас так называть? — Я только кивнул головой. И озвучил свою просьбу.

Александр Васильевич подошел к сейфу с лекарствами. Осмотрел мой список. И выдал мне содержимое. После чего записал всё то, что мне выдал в свой журнал.

— Извините, Артём, везде бюрократия.

— Понимаю, — усмехаюсь я.

Так что, собрав всё, я надеваю на себя местную одежду. Решил, что не надо выделаться от местных. Да и одежда, напоминавшая тогу, мне шла. С загоревшим лицом в Конго за местного я сойду. Да и чем-то халаты наши напоминает. Пришла мысль даже: “Я сегодня Ангел Спаситель, только крыльев не хватает”.

Подошёл к нужному дому. Около него стояло несколько машин. Я никем не замеченный прошёл и стал искать глазами Мальвину, Джамаля. Я очень хорошо запомнил его лицо. И увидел картину, от которой меня бросило в холодный пот, — Мальвина сидела около своего мужа. Первая мысль была, что я опоздал. Но подойдя к Мальвине, понял, что ещё можно что-то сделать.

— Мальвина, давай помогу. У меня аптечка с собой. — Отстранил её от мужа и приступил к его спасению.

— Спаси его, Артём. Пожалуйста, — шепчет мне Мальвина.

— Я сделаю всё, что возможно, Марьяна. Не мешай. И не переживай. — Марьяна наблюдает, как я перевязываю рану на груди Джамаля. — Спаси моего мужа, Артём. Ты обещал, — говорит мне Мальвина и взяв сына на руки, уходит.

— Не волнуйся. Иди, я его спасу.

Я сделал всё возможное. Но рана была очень глубокая и нужна операция. Где и как ее провести. Ко мне подходят люди с интерпола, спрашивают меня:

— Кто вы?

— Я врач из России. Случайно зашёл и увидел, что нужна моя помощь.

— Окей. Можно ли спасти господина Джамаля?

— Уже навряд ли, у него обширная рана в животе. Нужна срочно операция. Но маловероятно, что он выживет. Даже при операции.

— Поедем в наш департамент. У нас есть хирурги. Нам он живым нужен.

— Хорошо. Я могу вам помочь. Я тоже хирург.

— Отлично. — Его кладут на носилки и несут к минивэну. Мы едем в посольство. Да, по сравнению с нашим медпунктом, как будто попал в другой мир. Тут прямо рай для хирурга. Меня порадовала операционная. Она была обустроена новейшей техникой, которую я ещё вживую и сам ни разу не видел.

Операция длилась несколько часов. Я был ассистентом американского хирурга. Но мы всё равно не смогли спасти Джамаля. Слишком уж он много крови потерял. Хотя я сразу принял меры по его спасению. Так и унес он свои тайны, не раскрыв их Интерполу.

Вечером, как никогда, мне захотелось напиться. Не знаю причину, но почему-то почувствовал себя подлецом. Ведь я даже радовался, что Джамаля спасти не удалось. Значит, когда прилечу в Россию, найду её и больше не отпущу от себя. Теперь о ней буду заботиться я. У нас наконец-то всё будет хорошо.

Но вернувшись домой, я не мог найти Мальвину. Мама прилетела тогда со мной. А потом опять улетела в командировку. И три года она не возвращалась в Россию. А я в это время писал диссертацию. Преподавал, как и мой отец в медицинском институте. По вечерам мы с ним сидели около камина и каждый думал о своем. У них не всё гладко было с мамой, но мой папа никогда не изменял маме.