Сказка для Мальвины (СИ) - Вебер Агата - Страница 35

И только через три года, когда я уже отчаялся. Прилетела мать из командировки. Привезла подарки, была как никогда взбудоражена и все рассказывала. А я понял, что три года опять провожу впустую. Где же моя Мальвина? И тут меня осенило, что ведь это может быть известно Косте. Решил съездить в Подмосковье. Несколько часов на машине и я в родном городе. Проехав развязку города, я въехал на центральную улицу города. Перенесся словно в детство. Вот они — знакомые улочки. Двор Кости остался прежним, но в тоже время что-то изменилось. Новые качели. Новый детский городок. Подошёл к подъезду и нажал на домофоне нужную квартиру. Ответил мне папа Кости. Поднимаясь на третий этаж, усмехнулся, что когда-то мне казалось, что они очень высоко живут.

— Здравствуй, Артём, — поприветствовал меня Виктор Анатольевич. — Проходи.

Здравствуйте, дядя Витя. — Давно тебя не видел. Как твои дела?

— Всё хорошо. А я Костю ищу. Где он сейчас живет.

— Да ты проходи. Хоть чай попьем. Расскажи мне как ты? А то Аня и Костя не часто ко мне приходят. А вот внуков чаще приводят. — А они не здесь живут? — спрашиваю я.

— Нет, ведь Костя давно квартиру купил. Да там и живёт. — Он разливает чай по кружкам.

— Дадите мне адрес? — Конечно-конечно. — Он ненадолго выходит из кухни и приносит мне вырванный тетрадный лист. На нём размашистым почерком написан адрес Кости.

Мы ещё некоторое время сидим на кухне у Виктора Анатольевича. Разговариваем. Я извиняюсь перед ним и спешу по новому адресу моего друга.

Узнав от Кости, что Мальвина перебралась в Москву. Вот я лопух! Столько лет она жила у меня под боком, а я даже не знал. Обменялись с ним телефонами. Друг тоже перебирается в Москву в ближайшие дни. Я ведь опять мог её упустить.

Созванивались с другом уже каждый день или через день. Так я узнал, что они вместе с Марьяной собираются погулять на днях. Мы договорились, что я приду в парк Горького, где они будут на детской площадке с детьми.

Собирался утром на свидание, словно семнадцатилетний пацан. То мне джинсы не нравились, то галстук не тот. Мама смотрела на мои мучения и усмехалась.

— Сын, а ты куда? На свидание собираешься? — Мам, мы с Костей и Аней решили погулять. — Да-да. Верю. Угу, — проговорила мама, пряча улыбку. — Давай помогу, сын, выбрать в чём идти.

— Мам, я же немаленький.

— Нет, конечно. Но помощь матери не помешает. Я с тобой пойду. Хорошо? — спрашивает она и словно оправдывается. — Да и девочек хочется увидеть. Марьяну-то давно я видела. Так что идем. Вот рубашку эту надень.

Рубашка поло и джинсы. Причесался. Пошёл ждать маму на кухню. Отца не было. Он опять ушёл на работу. Заметил, что он старался меньше дома находится, чтоб с матерью меньше пересекаться. Странные они.

Вот и мама готова. Мы вышли из дома. Я, как джентльмен, открыл дверь перед ней. Потом сел сам на водительское сиденье. Завёл машину. И мы поехали. Хорошо, что было не так много пробок. Решил не рисковать. И припарковался во дворе недалеко от парка. Костя позвонил мне и сказал, на какой аллее они сейчас. Мама увидела их первыми и подошла к ним. А я стоял в стороне и рассматривал свою девочку. Какая она красивая. Я был шокирован. Она до сих пор одевается, как арабка.

Марьяна посмотрела в мою сторону, что указала моя мама. И словно застыла. Я смотрел на неё и молчал. И она тоже молчала… Сын Мальвины спросил:

— М-а-а, а кто это?

Эпилог

Появление Артёма на детской площадке в парке было для меня словно гром среди ясного неба. Я почувствовала, что земля уходит из-под ног. Что же всё-таки произошло в нашем доме и почему он не спас Джамаля. Он ведь обещал! Но что там пошло не так? Слёзы наворачивались на глаза и я еле их сдержала. Почему? За что? Не мог спасти и не появлялся бы сейчас? В Конго меня, если можно так сказать, сам Джамалю отдал. А теперь как я буду жить без мужа. Без моего султана. Мой любимый. У меня столько вопросов было к Артёму, но язык словно заклинило. Да и не при детях же их задавать.

— Привет, Мальвина. — Нам поговорить нужно, — сказала я хриплым голосом, еле сдерживая нахлынувшие эмоции. Только бы Миха не заметил, что я собираюсь плакать. Заметил. — Ма, тебя дядя этот расстроил? — Нет, сына. Но мы с дядей сейчас отойдем и поговорим. Хорошо, мой дорогой? Солнышко, ты поиграешь с детками Ани? — Да, ма, — ответил сыночек и пошел к двойняшкам, которые в этот раз опять чуть ли не дрались. Пока взрослые общались друг с другом.

Аня подошла ко мне и обняла меня. Мне показалось, что было это очень резко.

— Сестрёнка, вам надо поговорить. Иди. А я за Мишей посмотрю. — Меня передернуло. Не люблю, когда его так называют. И мне захотелось закричать, что его зовут Мехмед. Его так родной отец назвал. И я в ответ Ангелинку не обняла. Руки мои безвольно вдоль тела повисли. Старалась не смотреть на Артёма. Закрыла глаза. И стояла в таком состоянии, как мне казалось, вечность. Посмотрела на сестрёнку. — Ангелочек, мы с ним поговорим. Хорошо? — Аня ослабила объятия. — Да, конечно, иди.

Отошла от детской площадки и шла вдоль аллеи. Я знала, что Тёма идет за мной. Присела на скамейку в тени. Смогла наконец-то утихомирить свои слёзы. За последние три года я научилась плакать без всхлипов. И сердце моё словно покрылось корочкой льда. Артём присел рядом и очень близко ко мне. Я отодвинулась от него.

— Рассказывай, что произошло, — начала я без всяких сантиментов.

Артём говорил, как он пытался спасти Джамаля. Слушая его, я сдерживала свой гнев на Тёму. Как посмел он давать пустые обещания? Почему не спас? Внутри всё бурлило от невысказанных эмоций. Чтобы не поддаться истерике и жгучему гневу, я больно впилась ногтями в ладони и прикусила губу. Хотя я понимала, что его рана была обширная и глубокая. И он потерял много крови. Но ведь можно было спасти. Можно же! Что же пошло не так? Тем более операционная была наикрутейшая.

— Марьяна! Девочка моя! — Тема привлёк меня к себе. Обнял. Я вырвалась из его объятий. — Не смей меня обнимать. Не смей! Как ты мог давать пустые обещания. Ты же обещал. Он должен быть живым. Я не могу без него. — Слёзы уже душили, я кричала и била Тёму куда попало. А он держал в руках раненую птичку и шептал слова утешения. — Всё, отпусти. Отпусти, Тёма! Да, кстати, хотела спросить будет ли Махмуд меня преследовать? Всё-таки его почти племянник погиб. Да и Керим с Каримом? — Не бойся их, моя хорошая, уже не надо бояться. Махмуд с Каримом и Керимом были убиты также при задержании. — Не смей. Я не твоя. И никогда ей не была. — Резко встала и пошла к Ане с детьми.

Подошла к сестрёнке, которая в этот момент говорила с тетей Катей. Хорошо, что никто вопросов не задавал. Правильно. Лучше не надо. Я как оголенный провод. Только подойди, сразу заискрит.

— Миха! — Подошла к сыночку, взяла его на руки.

— Ма, я большой уже. — Он вырывался из моих рук.

— Я только обнять тебя хотела. — Солнышко моё, как же ты похож на своего папу. Не расплакаться бы опять при сыночке. — Тебя правда дядя этот обидел? Ты из-за него плакала. Так я ему скажу, чтоб он тебя больше не обижал. — Защитник мой, подумала я и, обняв крепко крепко мое сокровище, мысленно дала себе слово, что никто больше не увидит моих слёз. Меня до сих пор потряхивало, что я перед Тёмой предстала в таком неприглядном виде. — Сына, нет, дядя меня не обидел. Пойдем домой, моё золотце. Нас там Амира же ждёт. И Лайла может что-то приготовила. Да и дед с бабулей по тебе соскучились.

Мы шли по парку и переговорились. Прохлада дня овеяла меня. И мысли и чувства приходили в нормальное состояние. У меня есть дети. Аня. Мои родители. Даже Лайла. Они все моя семья. И скоро я открою медицинский центр. Буду бизнес леди. Ухмыляясь своим мыслям шла по парку и радовалась, что я не одна.