Заклинательница бури (СИ) - Вольная Мира - Страница 48

— Рекомендую ледяную плеть — быстрее, — усмехнулся я, не отрывая руки от висков.

Стихии привычно заструились между нами, укрепляя потоки силы в телах, дополняя одна другую. — Новую голову какую будем делать? Чугунную? Деревянную?

— Соломенную. Возни… меньше, — ведьма попыталась усмехнуться, но тут же скривилась и застыла. Несколько лучей прошло в полной тишине, я погасил светляк, понимая, что свет сейчас ее раздражает, заткнулся и немного прикрыл окно, создав большую стрекозу.

Постепенно дыхание Софи выровнялось, кровь в венах уже не пульсировала так бешено под моими пальцами, не выплескивалась судорожными толчками, болезненная морщинка на лбу стала менее заметной.

Я откинулся на спинку кровати, тоже прикрыл глаза, собственные круговые движения пальцами успокаивали и расслабляли, вместе с тем позволяя на удивление ясно мыслить.

Это тоже последствия долбанного интирита? Если так, то мне такой расклад совершенно не нравился. Пусть лучше она останется с той силой, с которой была, чем будет платить за новую вот так.

— Сахар, — вдруг прошептала Софи.

— Сахар? Хочешь сладкого? — нахмурился я.

— Нет. Сахар. Чтобы… небо…

— Милая, я не понимаю.

— Са-хар, — сказала Заклинательница по слогам, потом поморщилась. — Нет. Не могу.

— Софи…

— Снег, — и снова она поморщилась, потом подняла руку, поднесла к губам, сделала вид, будто пьет.

— Воды? Ты хочешь пить?

— Да.

Я ругнулся сквозь зубы, хотел было уже подняться, но потом все же остался на месте, сформировал на ладони кубик льда и коснулся им губ ведьмы.

— Это лучше, — Софи послушно разомкнула губы, слегка задев мои пальцы, и снова расслабилась, я стер мокрую дорожку, пробежавшую от подбородка до шеи, прикрыл веки. Завтра придется возвращаться во дворец: надо все же разобраться, что происходит с ведьмой. Слов она, на моей памяти, еще не забывала.

Незаметно для себя я соскользнул в полудрему, продолжая, впрочем, массировать виски Софи. Странное, пограничное состояние между сном и реальностью, где как раз и обитают чудовища из детства и страшные воспоминания, периодически переплетаясь и создавая еще более жутких монстров.

Вот тебе и поцелуй на ночь.

Только через два оборота девушка на моих коленях зашевелилась, что-то тихо выдохнула и открыла глаза, приподнявшись на руках, заглядывая мне в лицо.

— Александр? — голос охрип ото сна, но ноток боли в нем больше не было.

— Как ты себя чувствуешь? — я спустил задеревеневшие ноги на пол, хрустнул шеей.

Софи уставилась на меня непонятным изучающим взглядом, пробежала глазами по груди, лицу, волосам и ничего не ответила. Только смотрела потемневшими глазами и хранила молчание, заставляя кровь в венах бежать быстрее.

Я хотел ведьму. Давно хотел. С того самого раза, как увидел танцующую под луной Заклинательницу год назад, но… Я многих хотел, со многими спал. Правда, никогда прежде желание и жажда обладать не были такими сильными. И с каждым днем бороться с ними и сдерживать себя было все труднее. Особенно сейчас. В темноте спальни, когда она лежит передо мной в своей строгой, длинной, но невероятно мягкой рубашке, смотрит, запрокинув голову, слегка приоткрыв губы, и волосы, длинные, густые, темные волосы спускаются по хрупким плечам и шее.

Да твою-то мать!

Я осторожно провел большим пальцем вдоль щеки затаившей дыхание ведьмы, усмехнулся, почувствовав, как Софи едва вздрогнула, и убрал ладонь. Она поцелуя-то испугалась, шарахнулась в сторону, как от проклятого, что уж говорить о чем-то большем? И между тем… вчера сама попросила поцеловать на ночь…

— Александр, — маленькая ладонь накрыла мою, останавливая. Каким-то смазанным, быстрым движением ведьма поднялась, подошла вплотную, — а сегодня поцелуешь?

— Что творится у тебя в голове, Софи?

— Ты никогда не узнаешь, — вдруг криво усмехнулась Заклинательница, было слишком темно, чтобы я мог разглядеть выражение ее глаз. — Смотри, я прошу тебя второй раз, и второй раз ты мне отказываешь. Думаешь, я предложу в третий?

— Хочешь поцелуй на ночь? — оскалился я, поднимаясь на ноги, хрустя костяшками пальцев. Девушка замерла на месте, закрыла глаза, потянулась ко мне всем телом. Я снова хмыкнул и коснулся губами ее макушки.

— Спокойной ночи, ведьма, — я обошел застывшую, удивленную Софи, и направился к двери.

— Александр Гротери, а ты, оказывается — обманщик!

— Да неуж…

Договорить мне не дала открывшаяся, будто с пинка, дверь. На пороге застыл взволнованный Блэк.

— Алекс, Госпожа Заклинательница! В Белом граде буря!

— Софи, одевайся, — бросил я через плечо, выталкивая дознавателя за дверь, направляясь к себе в комнату.

— Вестник пришел пол-оборота назад, там духи грани знают что творится. Ветер пришел с юга, пока сильных повреждений в самом городе нет, но порт уже раскурочен, в гавань не войти, разрушены маяки и оборонительная крепость.

— Пострадавших много? — я сбрасывал с себя одежду, доставая обычные брюки и рубашку, стягивая волосы в хвост.

— Пока только моряки.

— Мы сможем воспользоваться порталом?

— Тем, что в самом городе — да. Портовый уничтожен. Почему Софи ничего не почувствовала?

— Она почувствовала, а вот почему ничего не сказала и не сделала — другой вопрос. С ней вообще что-то странное творится последнее время. Но с этим позже будем разбираться.

Раз буря уже в городе, значит, набрала уже достаточную силу, просто так договориться уже не выйдет, — я развернулся и бросился к комнате ведьмы, тянуло спину и шею, неприятно тянуло. — На всякий случай отдай приказ, чтобы эвакуировали жителей, — бросил через плечо.

— Алекс?

— Нет. Я, конечно, верю в лучшее, но все же давай подстрахуемся. Ты магов уже отправил?

— Ушли порталом сразу же, как только меня выкинуло здесь.

— Ну вот и отдай им приказ. Вы же связь держите, надеюсь?

— Да. Вперед, — я пару раз стукнул кулаком в дверь Заклинательницы. — Софи? В общем, извини, но, если что, оденешься по дороге, — дверь открылась на удивление легко, ведьма какая-то растерянная, с глупым выражением лица, стояла возле кресла, но, к счастью, была одета. Я молча схватил девушку за руку и потащил за собой на улицу.

— Александр, что случилось? — она едва поспевала за мной, была напугана. Софи?

Напугана бурей?

— Ты же слышала — в Белом граде буря. Надо успокоить.

— Что?

— Зима, женщина, не задавай глупых вопросов, ради ветров. Это твоя вина, между прочим, почему не предупредила?

— Я…

— Ты, ты, именно ты. Я что ли у нас Заклинательница? Блэк говорит, она пока только на подходе к городу, еще не набрала силу. Справишься, а я поддержу, — я ворчал, стараясь хоть так скинуть часть беспокойства, взять себя в руки, и бежал по сонным коридорам второго этажа вниз, прислушиваясь к звукам, доносившимся с улицы. Судя по ним, Блэк первым делом разбудил охрану. Отлично.

Софи притихла за спиной, только слышно было шелест юбок и сбившееся дыхание.

Стражники уже развернули портал. Я кивнул и шагнул в черную воронку, утягивая туда же почему-то напрягшуюся Заклинательницу. Ее ладонь в моей руке дрожала.

Нас выплюнуло из стационарного портала в каменном приемном зале недалеко от главной крепости. Я не заметил, как пересек двор, толкнул двери главной башни, не обратил внимания на обеспокоенных грунов, в этот час выскочивших из своих домов, не стал разговаривать с градоправителем, оставив это удовольствие Блэку. Отметил только, что Сириус и Барук тоже тут, а с ними около двух сотен дознавателей.

Протиснувшись сквозь узкую дверь на самом верху башни, я подал руку отчего-то замешкавшейся Софи и почти вытащил ее наружу, подлетел к краю.

— С юга идет. Кто это, Скади или Лок?

— Не уверена, — пробормотала ведьма.

— Не важно, настраивайся, остальное потом решим.

Мы сейчас были в центре города, в его самой высокой точке. Отсюда стекающиеся к площади груны напоминали живую темную воду. Тонкие на периферии ручейки становились все больше и шире, чем ближе подходили к главным улицам, все громче и беспокойнее, кое-где в этом потоке мелькали голубые и синие светляки стражников и магов, указывающие путь. Жители Белого города шли к шести главным площадям, на которых и должны были открыть порталы. Пока не сильно обеспокоенные, но это только затишье. Если буря войдет в силу, здесь начнется хаос. Надо успеть всех убрать до этого момента.