Орисия. Следуя зову (СИ) - Кострова Кристи - Страница 48

Странно, что он решил не трогать его. Не успела я обрадоваться, как он скользнул ко мне. Дэмиор вновь остановил его мечом.

Выпутавшись из кокона одеяла, я села на корточки и подала знак проводнику, дразнящему умертвие. Я понимала: он злит его, чтобы Кроф потерял контроль, но смотреть на это было страшно. Оба двигались быстро, очень быстро. Дэмиор то и дело уворачивался от ударов Крофа, которые тот наносил голыми руками с внушительными когтями. Дрожащими руками я высыпала все содержимое сумки на лежанку и нашла кошелек. Знает ли фандрийка о том, как поймать в ловушку умертвие? Надеюсь. Двух лучей мало, даже трех…

А что если Дэмиор не успеет? Пальцы наконец нащупали искомое — надо решаться, проводник двигается все медленнее, с трудом успевая уклониться от очередного выпада духа.

— Давай, — крикнула я и с силой воткнула серебряную монету в мерзлую землю. В ту же секунду Дэмиор, отскочив, вонзил меч в землю. Умертвие вздрогнуло и зашипело, изгибаясь от боли — его насквозь прошил серебряный луч. Кроф метнулся в сторону, но его остановила Брисса. В глазах на пол-лица плескался страх, но она прижимала что-то к земле. Монета в моей руке задрожала — умертвие пыталось сбросить оковы серебра. Я сжала губы, но моя рука слабела, с трудом удавалось удержать монету на месте. Слишком мало серебра, не получится!

Дух выпрямился и повел рукой. Я почувствовала, как наша с Дэмиором серебряная нить натянулась и задрожала. Она вот-вот лопнет!

Боковым зрением я заметила Олана — мальчишка был бледен, но решителен. Отбежав на пару ярдов влево, он остановился и, утоптав снег, что-то резко воткнул в землю. Кроф взорвался пронзительным визгом — четыре луча ударили его в солнечное сплетение.

— Вы пожалеете! — зашипел он, глядя на меня.

Меня передернуло от отвращения, но я все же дотянулось до пузырька с заговоренной солью, перемешанной с крошками серебра. Откупорив, сыпанула ее прямо в сердце ловушки, в Крофа. Серебро, попав на него, начало плавиться, и от ужасного запаха тошнота подкатила к горлу. Монета в моих руках нагрелась, но я не смела выпустить ее. Серебро проникало все глубже в тело умертвия. Он буквально горел у нас на глазах. Наконец, когда у меня в голове все помутилось от запаха и напряжения, Кроф рухнул на колени и закричал. Я охнула: из ушей пошла кровь, но в ту же секунду все кончилось. Дух лопнул, и от него осталась лишь плоская серебряная бляшка. Я упала прямо на снег, тяжело дыша.

Неужели мы спаслись?

— Повезло, что у тебя оказалась заговоренная соль, — через силу выдохнул Дэмиор, растянувшийся возле меча, так и оставшего торчать в земле.

Я перевела взгляд на Олана. Мальчик приподнял в воздух амулет от крэйтаров и несмело улыбнулся. Ну, хоть на что-то эта безделушка сгодилась!

Глава 18

— Ты уверен, что нам действительно нужно заезжать в эту деревню? — обратилась Брисса к Дэмиору.

День уже клонился к вечеру, и снова пошел снег. Лошади фыркали, но шли бойко — после Риогалла мы не жалели фуража.

Стоянку под стенами города мы покинули, едва рассвело. После визита умертвия уснуть больше не удалось, и мы, наскоро разведя костер, приготовили травяного отвара — завтракать не хотелось. Серебряную бляшку, что осталась от Крофа, передали крестьянам, спавшим поблизости. Они отнесут ее в храм Мафрины, и жрецы упокоят душу.

Весь день мы следовали по тракту. Теперь леса не скрывали горы, и они, увенчанные шапкой снегов, виднелись впереди. Это зрелище завораживало. Пару часов назад мы сошли с дороги и углубились в лес. Он был тих и с радостью встречал меня, но то тут, то там мне чудилось рычание крэйтаров, отчего я нервно вздрагивала.

— Нужно, — ответил Дэмиор. — Здесь мы добудем все оставшееся для перехода. Мы уже почти приехали.

Он не обманул: спустя четверть лиги деревья разошлись и перед нами показалась небольшая деревня. Я облегченно выдохнула. Не хотелось бы ночевать в чаще леса, а до тракта до темноты не добраться.

Встретили нас настороженно. Глядя на недружелюбные лица, я вспоминала то поселение, где погиб мальчик. Женщины, едва завидев нас, прятали детей, а мужчины недобро ухмылялись.

Когда Дэмиор спешился около крепкого домика, окруженного забором, и постучал в дверь, вокруг нас уже собралась целая толпа. Крестьяне ненавязчиво поигрывали топорами, и все внутри скрутилось в тугой узел от страха. Проводник же смотрел невозмутимо, словно не происходило ничего особенного. Спустя пару бесконечных минут во дворе отозвались собаки, вслед за ними раздался мужской голос:

— Тише-тише, окаянные!

Загромыхали замки, и дверь отворилась.

— Дэмиор? — хозяином оказался невысокий расплывшийся мужчина лет пятидесяти.

Толпа вокруг нас поредела: убедившись, что селянин нас знает, крестьяне разошлись.

Мужчина, казалось, искренне обрадовался Дэмиору, но стоило нам поставить лошадей в стойла, как первая радость схлынула — его глаза забегали, а улыбка вдруг стала натянутой.

— Это Арайн, мой давний приятель, — представил проводник, когда мы оказались внутри жарко натопленного дома, — Это Брисса, Орис и Олан. Я веду их через горы.

Арайн округлил глаза:

— Вот уж не думал, что ты еще водишь путников. Особенно девушек, — хозяин мазнул взглядом по животу Бриссы.

Дэмиор, не смущаясь, устроился в роскошном кресле, нелепо смотрящемся в крестьянском доме, и снял куртку, блаженно греясь у печи.

Я последовала его примеру — после долгой дороги тепло казалось невероятно обжигающим.

— Вожу, как видишь. Надеюсь, наш с тобой договор в силе? — приоткрыв глаза, строго глянул Дэмиор.

— Конечно-конечно, — засуетился толстяк и позвал дочь, чтобы та собрала на стол. Я вызвалась помочь, но меня усадили отдыхать.

Ужин был плотным, а Арайн болтал без умолку, рассказывая последние новости, что приходили из города.

— Крэйтары шастают, даже в горах видели их. Совсем житья от них не стало, а маги до нас никак не доберутся! А по весне-то их сколько народится новых!

Дэмиор слушал внимательно, но от стаканчика сансии отказался. От меня не укрылось то, что и сам хозяин от выпивки воздержался.

— Ладно, Арайн, не пугай мне девушек, — переведя взгляд на Бриссу, я увидела, что фандрийка побледнела, да и я, пожалуй, выглядела не лучше.

Хозяин дома неприятно хихикнул, и мне вдруг подумалось, что сам он ни разу не сталкивался с этими зверьми. Тот, кто видел, как умирают его товарищи, не стал бы смеяться.

— Перейдем к делу? Нам нужны припасы.

Арайн расцвел: его лицо разгладилось, и улыбка вновь заняла свое законное место. Не крестьянин, торговец! И чего только лавку в городе не открыл?

— Итак, купим фуража для лошадей, крупы, вяленого мяса, огнива, да только хорошего, масла для факелов…

Следующие полчаса мужчины яростно торговались. Арайн напирал на то, что в горах он припасов не купит, Дэмиор говорил, что вернется в Риогалл, и тот останется без заработка.

Брисса принимала участие в разговоре, выторговывая лишнее одеяло или фунт крупы.

По мере того, как возле проводника росла кучка приобретенного, а в руках Арайна— монеты, настроение торговца улучшалось. Закончив, Дэмиор откинулся на спинку кресла и произнес:

— Кстати, надеюсь, мои магические шатры в порядке? Ведь я внес оплату за них, но не успел воспользоваться.

Торговец, только что улыбавшийся, мгновенно побледнел:

— Они в порядке, но…

Дэмиор вскинул бровь.

Магические шатры? Никогда не слышала о таком, а вот Брисса заметно оживилась.

— Не думал я, что еще придешь, снег лег ведь… Сыновьям отдал на зиму.

Дэмиор скрипнул зубами и нахмурился:

— Все пять?! А ведь я заплатил больше пятнадцати золотых!

Арайн соскочил с места и заломил руки. По тому, как он ревниво поглядывал на кучку серебра, было ясно, что отдавать задаток он не хочет.

— Два шатра у Руни, думаю, он еще не успел уйти.

— Отлично! — кивнул Дэмиор.

Арайн взял себя в руки и деловито сказал: