Орисия. Следуя зову (СИ) - Кострова Кристи - Страница 49

— Руни живет не здесь, у него дом в соседнем селении. Завтра на рассвете оседлаю кобылу — и будут вам шатры.

— А что такое эти шатры? — не выдержала я.

— Ооо, — протянул Арайн. — Это незаменимая в горах вещь! В них вы не замерзнете даже при самом большом морозе.

— Оставишь ночевать? — спросил Дэмиор, впрочем, не сомневаясь в положительном ответе. Похоже, проводник часто бывал здесь.

— Нет, — развел руками хозяин. — Староста взял с каждого обещания, что никто из чужаков в деревне ночевать не будет.

— Но ты знаешь меня без малого пять лет! — нахмурился проводник.

Я поежилась, представив ночевку на улице. Олан и вовсе спал, клубком свернувшись в кресле.

— Я сам переговорю со старостой, — Дэмиор натянул куртку и почти выбежал в темноту вечера.

Мы с Бриссой переглянулись. Арайн виновато посмотрел на нас:

— Двое малышей пропало, у брата старосты и кузнеца. И как раз после визита чужака.

Я отвернулась. Крестьян можно понять: они всего лишь защищают своих детей.

— Вы давно путешествуете с Дэмиором? — с горящим во взгляде любопытством спросил Арайн у Бриссы.

— Всего несколько месяцев, — покраснела фандрийка. Я не сразу поняла причину ее смущения. Неужели Арайн думал, что Брисса беременна от проводника?!

Торговец, едва заметно выдохнув, потер переносицу и сказал, обращаясь к нам обеим:

— Говорят, у Дэмиора проблемы с противоположным полом…

Столь витиеватая формулировка ничего не прояснила, и я вскинула брови:

— О чем вы говорите?

Арайн замялся, но, пожевав губы, все же решился:

— Он долгое время не водил девушек, избегал их. Будьте осторожнее…

Скрип двери прервал его, и хозяин дома тут же замолчал. Как же невовремя! Мне стало стыдно, но к стыду примешивалось сожаление.

Дэмиор мрачно взглянул на нас: на его губах застыла хмурая усмешка, а на черных волосах таяли снежинки. И без слов мы поняли, что ночевать нам придется за забором деревни.

— Оставьте вещи здесь. Можете деньги забрать назад — приезжайте к завтрашнему вечеру за шатрами. С четверть лиги на север стоит дом Харви. Он добрый малый, уверен, он вас примет.

Дэмиор кивнул, молча выбрал из только что купленных товаров кое-какие вещи и поднялся.

Оставлять жарко натопленный дом не хотелось. Только сейчас я поняла, как же мне не хватает обычного человеческого уюта: зажженной печи, аромата хлеба и травяного отвара в любимой чашке… А еще меня разбирала досада. Что хотел рассказать Арайн? Почему у него был такой обеспокоенный взгляд?

Лошади неохотно покидали теплые стойла, полные овса, и смотрели укоряюще. Я погладила свою кобылу по голове.

Деревня уже спала: ставни были плотно закрыты, и через щели не пробивался свет. Собаки, чуя чужих, лаяли вслед, не угрожая, но предостерегая. Я перехватила поводья поудобнее — клонило в сон.

Вдруг сбоку мелькнула серая тень: я встрепенулась, побеспокоив Бриссу, но улица была пуста. А я была готова поклясться, что видела человека. Встряхнув головой, я отогнала сон.

Крепкие ворота были закрыты, но стоило нам подъехать к ним, как из маленькой пристройки вышел вооруженный крестьянин. Он смерил нас подозрительным взглядом и снял железный замок с ворот.

— Будем искать этого Харви или заночуем тут? И чего он в деревне не живет? — спросила Брисса, поежившись от налетевшего ветра.

— Попробуем найти его дом, — хмуро отозвался проводник. — Перед деревней оставаться опасно. Звери могут выйти к людям.

Я кивнула. Надеюсь, он не побоится пустить нас на ночлег.

Спустя полчаса я уже не была так уверена, что мы сумеем найти дом Харви. Стремительно темнело, и факелы, зажженные Дэмиором, едва разгоняли тьму. Снег становился все глубже и приходилось спешиваться, чтобы лошади могли пройти.

Ориентиры Арайна не помогали, и проводник все чаще вскидывал голову, рассчитывая найти стороны света по звездам — однако кроны деревьев плотно смыкались над нашими головами.

— Может, стоит заночевать здесь? — несмело спросила Брисса. Она выбилась из сил и готова была остаться прямо здесь, лишь бы не сходить с места.

Дэмиор закусил губу, хмурясь:

— Мне кажется, осталось совсем немного.

Я разделяла чувства фандрийки, но все же опасалась. Может, я смогу помочь? Лес уже давно с любопытством поглядывал на меня. Кивнув Бриссе, я отдала ей поводья и подошла к ближайшему дереву — могучей сосне, гордо взирающей на нас с высоты.

Открывшись Лесу, я неловко передернула плечами, чувствуя на себе три пары глаз.

"Помоги нам", — я коснулась ствола великана. — "Мы заблудились. Где-то здесь должно быть человеческое жилье".

Подлесок заволновался: ветви пришли в движение, но молодые кусты почтительно молчали.

"Я уж думал, ты не обратишься к нам", — проворчал голос прямо в моей голове — мне не пришлось прислушиваться, чтобы разобрать слова. — "Давно не бывало здесь дриад, не то что когда-то".

Это дерево знавало лучшие времена для всех народов. А ведь война началась после тридцатилетнего Отчуждения, когда нечеловеческие народы стали изгоняться с территории Ривалона. Я по-новому взглянула на своего собеседника. Да это же дерево-сердце! На коре, изрезанной временем и ветрами, словно сверкали глаза, а в роскошной кроне угадывались брови.

Я почтительно поклонилась перед ним.

"Встань. Я помогу, хоть и половина древесной крови в тебе".

Я поднялась, но благодарно склонила голову.

"Жилье человеческое справа от вас. Прошли вы нужную развилку. Мои дети укажут путь тебе и твоим спутникам".

Ветви молодых сосен закачались, и этот жест подхватили другие деревья. Мои друзья принялись озираться по сторонам.

"И будь внимательна. За вами следует стая крэйтаров"

"Что? Они нападут на нас?!" — я нервно сглотнула, поежившись от страха.

"Они следует уже довольно давно" — обронило дерево и вздохнуло, отчего крона пришла в движение.

"Спасибо", — я вновь поклонилась.

"Поторопись" — донеслось в ответ, и я почувствовала его беспокойство.

Прижавшись в знак благодарности на пару секунд к стволу дерева, я обернулась к друзьям.

Олан во все глаза смотрел на меня, но в его взгляде не было страха, лишь живое любопытство. Брисса устало привалилась к лошади, словно ничего особенного сейчас не произошло. Дэмиор смотрел прямо мне в глаза, но его взгляд расшифровать не удавалось. Но отвращения в нем не было, это меня утешило.

Деревья призывно зашелестели, и я очнулась, вспомнив о крэйтарах. Теперь мне казалось, что из-за каждого куста выглядывает монстр. Однако говорить об этом спутникам сейчас я сочла неразумным. Я лишь напугаю Олана и Бриссу.

— Дом недалеко, пойдемте.

Я вышла вперед Дэмиора и свернула направо, с дрожью отыскивая тропу. Дерево-сердце не обмануло: через десяток ярдов пути и после нескольких подсказок мы нашли дом.

Жилище выглядело заброшенным. Из печной трубы не поднимался дым, одна из ставен висела, и ветер то и дело ударял ее о стену дома.

— Не похоже, чтобы тут кто-то жил, — с сомнением протянула Брисса.

— Тогда никто не будет не против, если мы переночуем здесь, — вопреки своим словам Дэмиор поудобнее перехватил рукоять меча в ножнах.

Дверь пронзительно скрипнула, и проводник первым вошел внутрь. Я выглянула из-за его плеча.

Здесь была всего одна небольшая комната. Добротная печь подпирала правую стену, деревянный стол с тремя стульями стоял у окна, затянутого бычьим пузырем. Комната выглядела жилой, но запущенной, словно хозяин в спешке уехал. Возле печи лежала маленькая стопка дров. В углу стояла старая кровать, прикрытая какими-то тряпками. Грязные занавески трепетали от сквозняка, и мы поспешили захлопнуть дверь.

— Будем ночевать здесь, — Дэмиор кивнул. — Нужно поискать свечи и затопить печь.

Брисса облегченно вздохнула, а Олан заразительно зевнул. Я прошла внутрь и окинула взглядом комнату.