Табу для ведьмы (СИ) - Свижакова Раиса - Страница 2

    Через час появилось какое-то беспокойство. Огляделась, вроде все хорошо, но что-то внутри не давало покоя - скребло, ныло, заставляя волноваться. Решила пойти к Сергею. Когда подошла к мужчинам, его не обнаружила. Сомнения заскреблись сильнее. Пошла к домику, где мы жили. Тихо отворила дверь, зашла и услышала разговор двоих. Слышимость плохая, поэтому решила подойти ближе. Как говорят, от любопытства кошка сдохла, а мне еще жить и жить.

    Прошла вперед и стала у входа в нашу спальню. Катя и Сергей уже одевались. От такой наглости и коварства я онемела и, как оказалось, не зря. Катя с раздражением стала высказывать моему мужу, что устала ждать, когда он меня бросит, зачем тогда он ее мурыжит полгода, что у нее недельная задержка, что ей хочется находиться рядом с ним, а не видеть меня с довольной рожей, обнимающей его. Сергей уговаривал еще немного подождать, у него кредит большой, а я ему помогаю выплачивать, осталось три месяца, тогда он расстанется со мной и заберет ее с малышом. Я молча глотала слезы. Нет, мне было больно не из-за измены мужа, хотя очень и очень неприятно. Катя ударила меня по самому больному – по детям. Вследствие перенесенной в детстве и недолеченной во время инфекции развилось бесплодие, как сказали врачи, шансы, что стану матерью были, но ничтожно малы. Вот теперь в голове только стучало, что бывшая подруга носит ребенка уже от бывшего моего мужа, а я не удел, так сказать, кошелек на ножках. Сам Сергей так сказал. Хотела уйти, но ноги меня не держали, поэтому просто села на стул. Опустила голову и задумалась. Следовало принять решение, серьезное решение, которое в корне могло поменять жизни трех человек. Слезы высохли. Внутри глухо, как в танке, в сердце – пустыня Сахара жарким днем, душа смята и разорвана. Отключилась от внешних раздражителей – это мне помогало находить верные решения.

    Очнулась, когда Сергей включил свет в комнате, где я сидела. По их испуганным лицам было понятно, что они не собирались мне так скоро открываться. Я спокойно на них посмотрела и, не говоря ни слова, вышла. Мой вид сразу же привлек внимание Гали и Люды. Последняя подхватила меня под руку и посадила за стол:

- Ань, ты чего такая, плохо? – согласно качнула головой:

- Плохо, Люд, плохо.

- Что болит?

- Сердце.  – Тут испугались и мужчины, подтянулись к нам.

- Может скорую вызвать? Где Сергей?

- А Сергей сейчас с Катей. Мы тут веселились, они в нашей спальне. Зашла случайно и столько нового о себе и их отношении ко мне узнала, что просто закачаешься.

Из домика вышел Сергей, за ним Катя.

- О, вот и они, будущие молодожены. Сереже я нужна как кошелек, ему нужно кредит закрыть. А Кате уже не нужна – мужа увела, забеременела от него, - я спокойным, даже флегматичным голосом передавала услышанное. Обе пары неприязненно уставились Сергея и Катю.

- Вот ты мразь, - сплюнул на землю Петр. – Женщину на подстилку поменял. – Я подняла руку, защищая любовников от скандала:

- Петь, не надо, у каждого своя мера справедливости, стыда, совести и чести. Катя ждет ребенка от Сережи, которого я дать ему не могу. – Тяжело поднялась из-за стола и, чуть шатаясь, пошла в сторону леса. Меня догнали, хотели остановить, но я тихо сказала:

- Я их видеть не могу, хочу побыть наедине с собой, чтобы разобраться и понять, как теперь жить дальше. Идите, дайте мне успокоиться, - они отстали.

    Я медленно побрела в сторону той поляны, на которой еще сегодня утром собирали грибы. То есть, считала, что иду туда, а когда спустя час вышла на берег лесного озера, поняла, что заблудилась. Этот новый толчок моим и так перетянутым нервам не дался. Все, что долго хранила в себе, накапливала, вырвалось наружу рыданиями, словами, угрозами. Боль выплескивалась, как вода из глубоко промерзшей речки во время длительных морозов. Но меньше ее не становилось.

    Она появилась осторожно. Вначале неяркое пятнышко, постепенно разраставшееся и наливавшееся приглушенным светом в полноценное приведение. Откровенно говоря, я думала, что спятила, настолько все было нереально. Это была пожилая женщина, лет примерно дедусиных, но крепкая. Она слушала меня, все, что я говорила. Потом вдруг заговорила:

- Отпусти его, он не твоя судьба, и та женщина еще столько с ним намучается, что трижды проклянет тот день, когда решилась с ним связаться. Ты вот что скажи, хочешь от бесплодия вылечиться? – я, еще не отошедшая от истерики, не поняла смысл ее слов, а когда дошло, закивала, как китайский болванчик. Мозг сразу зацепился за этот вопрос, как уже за обещание, и с жадностью уставилась на нее.  Она же усмехнулась:

- Тогда заключим контракт: я тебя излечиваю от бесплодия, ты отправляешься в мой мир на мое место. – Опешила от этого предложения, но осторожно, чтобы не обидеть призрака, сказала:

- Простите, а как у меня мертвой могут родиться дети? – Старуха с досадой помотала головой:

- Ты не поняла. Я говорю о мире, в котором жила до физической смерти. Там ты проведешь двадцать месяцев, потом, если захочешь, конечно, вернешься обратно. – Упреждая мой вопрос, на что я буду жить, сказала. - Я дам тебе знания травницы и ведуньи, отдам свои гремуар и травник, дом. С голоду не умрешь. Но большую часть работы будешь делать за продукты, не отказывай тем, у кого нет денег, но нужна помощь. За все это ты станешь полноценной женщиной и сможешь рожать крепких и здоровых детей. – Я даже не раздумывала – согласилась. Она повела передо мной руками, и я отключилась.

Глава 3

Очнулась ранним утром в лесу, под деревом. Покрутила головой и подумала, что какая только гадость не присниться. Вздохнула. Надо возвращаться, уже, наверное, ищут. Дед расстроится, как пить дать. Катька ему не понравилась, хоть и ничего не сказал. Все равно буду к нему приезжать, нравится мне у него и с ним. Все равно теперь Сергей к нему долго не приедет. Не прощает такого дедусь.

    Шла по лесу, рассуждала, строила планы на ближайшее будущее. Даже не сомневалась, что меня найдут. Когда же услышала голоса, обрадовалась – нашли. Да, нашли, только не те. Чудовища. Других слов на тот момент описать этих существ не было.

    Это были драуки – полумужчины, полупауки. Они были объединены в отряд под руководством темноволосого мулата-драука. Именно он увидел меня и дал отмашку поймать. Я мчалась в сторону озера, знаю, что пауки воду не любят, но озеро, как назло, все не появлялось, а расстояние между мной и драуками сокращалось, причем стремительно. Выбежала к обрыву, где под ним, в метрах тридцати, плескалась вода. Драуки переговаривались между собой на непонятном языке. Увидев, что я все ближе и ближе подхожу к обрыву, предводитель остановил всю группу и стал медленно приближаться. Мои нервы не выдержали, напряжение от последних событий вылились в почти что истерику, покрытую желчью:

- Стой, где стоишь! Не подходи! – Он остановился и вкрадчиво сказал:

- Зачем убегала? Мы тебя не обидим. – Передразнила:

- Не обижу, - сказал кот мышке, и съел. Я не еда, понял?!

- Да, да, ты не еда, - и сделал два шага вперед.

- Быстро назад! Если вы меня съесть не хотите или скормить кому-нибудь, или принести в жертву, зачем тогда гнались за мной?

- Ты на нашей территории, а мы ее охраняем.

- А я и не нападала, видите же, что нет оружия, тем более, что хочу побыстрее отсюда уйти. И вообще, как тебя зовут?

- Ршшик. Ты не бойся, мы тебя просто проводим. – Скорчила лицо:

- Сама дойду куда надо, спасибо.

- Тебе нельзя просто так ходить по нашей территории.

- Да, что вы! Этот мир, эту почву под ногами, этот воздух, растения и животных создали вы? – Мужчина смутился:

- Нет, конечно. Богиня.

- Тогда какое у вас право указывать, как и где мне ходить? Если бы богиня была бы против, то убила меня сразу же, как только я здесь появилась, а раз хожу, значит, она не против. – Он явно о таком не думал. Но не стал забивать себе этим голову, а льстиво улыбаясь, по шажку приближался ко мне. Я горько вздохнула: