Анатомия Линды. Дилогия (СИ) - Лакина Ирина - Страница 43

— Сэм, говори! Что с ним?

— У Рэя печеночная недостаточность, терминальная стадия.

Эти слова прозвучали, как гром среди ясного неба. У меня в голове не укладывались эти буквы — печеночная недостаточность, терминальная стадия. Боже, но откуда?!

— Что?! Но…но… — я начала заикаться и теребить пальцы на руках.

— Одна из опухолей проросла в печень и вызвала необратимые процессы. Сильвия удалила ее, но у Рэя уже начался цирроз.

Так вот откуда у Рэя этот восковой желтушный цвет кожи! Господи, как я сразу не поняла?!

— Сэм, ты поставил его в очередь на пересадку?

— Я не могу этого сделать. У него есть хроническое заболевание, которое, согласно протоколу, является препятствием для постановки в очередь на пересадку органов. Он не перспективный пациент.

Мой лучший друг только что ударил меня кувалдой по голове. Мои руки затряслись, дыхание сперло, адреналин в крови заставил бешено колотиться сердце.

— Сэм, что ты такое говоришь?

— Линда, я с утра пытаюсь что-то сделать. Ничего не выходит. Комитет блокирует постановку Рэя на очередь. Это выше моих сил.

— И что же нам делать? Мы оставим его умирать?

И вновь это чувство беспомощности против огромной бюрократической машины захлестывает меня с головой. И вновь я хочу мчаться к Белому Дому и барабанить в тяжелые двери, чтобы меня услышали. Разве можно так с людьми?!

— Нам нужно найти донора самостоятельно. Для начала ты сама пройди тесты на совместимость. Позвони его матери, брату. Кто-то из родственников должен подойти.

— Это единственный выход?

— Увы, да.

Я закрыла лицо руками, чтобы замолчать и не сказать Сэму ничего обидного. Проклятья рвались наружу из моего горла, хотя умом я понимала, что мой друг сделал все, что мог.

Мы так часто говорим родным пациентов, что сделали все, что могли, не понимая, какую боль им причиняем, и вот теперь я прохожу через это. Я тот родственник, который слышит «мы сделали все, что смогли». К счастью, я не из тех, кто примет это как данность и опустит руки. Я знала, за кого выхожу замуж, и что меня ждет. Время любви закончилось. Настало время борьбы.

Часть I. Глава 31

Глава 31.

— Повторите! — пробурчала Мэнди, громко жахнув пустой стопкой по барной стойке.

Сегодня был вечер шотов. Миранда была крепким орешком, я же почувствовала, что уже немного пьяна и просто лупилась в стену напротив. Сдав еще днем все необходимые для проверки на совместимость тесты, я намеревалась закрыться в душе и рыдать, пока хватит сил. Но моим планам не суждено было сбыться.

Группа поддержки в лице Мэнди и Итона поджидала меня на выходе из клиники. Надо отдать им должное — они проторчали там не меньше часа, дожидаясь, пока я разберусь со всеми анализами, а двадцатиградусный мороз мало способствовал их выдержке. Таких друзей еще поискать!

— Так что ты там мне рассказывала про Сэма? — пробурчала я, пытаясь прокрутить в памяти слова подруги. Алкоголь плохо повлиял на мою способность запоминать.

— Сэм и Марго поругались на вашей свадьбе.

— Я видел, как они скандалят. — добавил Итон.

— Эта стерва вытерла о Сэма ноги! — Мэнди закипала, и ее требовалось погасить. Я легонько похлопала подругу по плечу.

— Ну-ну, Миранда, потише, а то нас выгонят. Будем допивать свою текилу на улице.

— Нет, ты представляешь?! Сэм сделал ей предложение, а она послала его ко всем чертям!

— Когда сделал предложение? — Я хлопала ресницами, пытаясь уловить смысл ее слов, но сосредоточиться получалось только на пелене перед глазами, от которой я никак не могла избавиться.

— Она заявила Сэму, что он мешает ее карьере и исследованиям, что она современная женщина, а не инкубатор. Мол, она не будет сидеть дома, печь пироги и рожать детей.

— Ого! — я, наконец, въехала в масштаб проблемы. — А что Сэм? Когда мы провожали их, они не выглядели расстроенными…

— Наверное, Сэм не хотел портить тебе отпуск, вот и дурачился. — Предположила Миранда.

— Когда мы летели назад, они постоянно спорили. Я думал, свихнусь, пока до штатов долечу. — Заявил Итон.

— И что, они до сих пор в ссоре?

— Угу. — Кивнула Миранда. — Более того, эта стерва уже крутит новый роман.

Мои брови поползли наверх. Как же ты мог так оплошать, Сэм? Любовь зла — полюбишь и Маргариту Сансет?

— И кто этот несчастный?

— Новый глава ортопедии, Николас Меддок. Скользкий тип. — Миранда поморщилась. — Идеальная парочка — слизняк и стерва.

Не знаю, что бы я делала, если бы не Миранда. Наверное, билась головой о стену в ванной комнате, или запихивала в себя ведро мороженого перед телеком, давясь слезами. Она старалась всячески меня отвлечь от тяжелых мыслей, шутила, болтала без умолку, и просто спасала меня.

Бармен поставил перед нами три стопки со спиртным.

— Две текилы и бренди.

— Спасибо, — буркнула Мэнди.

Мне больше не хотелось пить, и я с сомнениями посматривала на бурую жидкость в стакане. Несмотря на все мои личные проблемы, я все еще оставалась заведующей кардио, и на следующее утро меня ждала моя работы и мои пациенты.

— Я, пожалуй, воздержусь. — Я отодвинула стопку рукой подальше от себя и отрицательно покачала головой.

— Не выдумывай, тебе сегодня нужно выспаться! А трезвая ты не уснешь, тем более в вашем доме, тем более одна.

Миранда вернула отодвинутую стопку на место, заставив меня поморщиться. Она была права. До меня только — только дошло, что мне придется одной ночевать в этом огромном и опустевшем без Рэя доме, который я и домом-то назвать не могу. Я провела там всего неделю, не успев привыкнуть ни к обстановке, ни к атмосфере.

Я бросила на подругу недовольный взгляд, но, все же, залпом выпила текилу. Напиток обжог мне горло, и оставил на языке горькое послевкусие.

— Так-то лучше!

— Угу.

— Ты знаешь, Дерека выпустили под залог… — осторожно, как бы между прочим, выдала Миранда, а у меня волоски на теле встали дыбом. Еще одна прекрасная новость? Да этот день просто полон приятных сюрпризов!

Я попыталась глубоко вдохнуть, но только подавилась воздухом и зашлась в затяжном кашле.

— И где он теперь? — спросила я, откашлявшись.

В эту минуту дверь в баре скрипнула, а колокольчик, подвешенный к ней, огласил пространство своим звоном. Я обернулась и чуть не сползла под стол от ужаса. Дерек Мидлтон, собственной персоной, — нечесаный, небритый, с бородой, в помятых джинсах и куртке нараспашку, шагал к барной стойке, задевая углы столов и стулья. Он явно был пьян.

Я вцепилась в руку подруги, стараясь унять дрожь. Паника сковала меня, зубы стучали, как от дикого холода, спина взмокла, а сердце норовило выскочить из груди.

— Линда, спокойно! Ты не одна — здесь я, и Итон! — подбадривала меня Мэнди, в то время, как этот псих пинал неугодные стулья и покрывал бранью ни в чем не виноватых посетителей бара.

— Вызывайте полицию, — прошипела я бармену, не в силах отвезти взгляда от этого зрелища.

В одно мгновение наши взгляды встретились. Он оскалился, поправил волосы и изменил направление, двигаясь теперь прямо на нас. Чем ближе он подходил, тем явственнее ощущались пары крепкого алкоголя и пота, исходившие от него. Этот человек деградировал, будучи сломленным. Но виной тому был он сам. Я не жалела его. Все, что вызывал во мне Дерек — чувство омерзения.

Его пошатывающее тело добралось до меня, и я отстранилась назад, насколько только это было возможно. Его пятерня потянулась к моему лицу, и только я подумала увернуться, как его цепкие пальцы схватили меня за подбородок.

— Довольна? — промычал он.

Итон вскочил со своего места и резко толкнул его.

— Эй ты, полегче! — он встал между мной и Дереком и начал угрожающе нависать над ним.

Я потрогала свой подбородок. К горлу подкатила тошнота. Этот мудак дотронулся до меня, оставив на моем лице мельчайшие частицы своего эпидермиса. Это было отвратительно.

— Успокойся, сосунок! — протяжно прохрипел Дерек.