Император желает жениться (СИ) - Раннерс Ирина - Страница 69

Рингард слушал свою невесту без особого интереса. Очевидно, уже знал ее историю и, выходит, спасал от неминуемой гибели да еще и обещал достойную жизнь.

— Миров много, — сообщил кэр Иан.

— И мне нечего им предложить, кроме образцового знания придворного этикете, — невесело улыбнулась принцесса.

На том девушка кивнула нам — своим бывшим соперницам, и, отвернувшись, поспешила к арке вслед за стражей. Над ее головой несся колдовской огонек — никак Рин озаботился. Что ж, возможно, они станут хорошей парой. По крайней мере, тому положено неплохое начало в виде уважения и благодарности.

— Мне тоже придется остаться, — вдруг подала голос Видана, — ведь совсем без сил я порог мира не переступлю.

Ни от кого не укрылось, что барон ободряюще сжал ее ладонь, точно обещал позаботиться. Законник устало откинул ладонью волосы со лба и позвал Виду поговорить в стороне. Когда они отошли, около меня встал Рин, протянул руку и стянул с плеч свой плащ:

— Думаю, что он не понадобиться тебе в краях, где никогда не бывает снега, — пояснил мужчина.

Меня немало озадачила затаенная нежность его голоса. Неужели больше не злиться? И о мече, что давно скрылся, но по-прежнему оставался у меня, не вспоминает.

— Мне очень жаль Озму, — тихо проговорила я.

Император тяжело вздохнул:

— Случившееся с ней — моя вина, и сделаю все возможное, дабы это исправить, — пообещал он, а затем тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли, и слегка улыбнулся: — Я правда буду по тебе тосковать.

Нельзя его так покидать! Набравшись смелости, я заговорила:

— На тебя наложили любовные чары, — заверили шепотом, — так случайно получилось…

Рин, вместо того, чтобы рассердиться или хоть озадачиться, просто рассмеялся:

— Я отпрыск императорской фамилии, Варвара, — веско сказал он, — потому с детства заговорен от подобных посягательств.

Я не нашлась, что ответить. Воротилась Вида, обняла по очереди всех подруг и сердечно попрощалась. Законник потер ладони и приказал готовиться, раз уж ни у кого больше возражений не нашлось. Рингард, барон и ясновидица отошли подольше и наблюдали со стороны. Колдун раздал последние указания, и мир Огненной Империи померк, чтобы вскоре и вовсе исчезнуть.

Я трусливо вцепилась в руку Вайоми — так страшно было вновь оказаться в непроглядной черноте межмирских переходов. Но на этот раз межмирье выглядело совершенно иначе: ярко освещенный ровным белым светом извилистый тракт, за пределами которого ничего не рассмотреть. Даже звуки никуда не пропали. Я отчетливо разобрала ошеломленный шепот Нисса: «Вот это силища!». А еще восхищенный вздох шоколадки. Лишь кэр Иан не озирался по сторонам, а сделался напряженным и сосредоточенным. Он глядел себе под ноги отрешенным взглядом, точно видел больше, чем было доступно моему взору. Вскоре маг уверенно двинулся вперед, а мы заспешили следом.

Я и разобрать не смогла, как мы оказались в новом, дышащим запахом раскаленного песка мире. Здесь сгущались сумерки, разгоняемые красными и оранжевыми фонариками. Нас обступили стены высоких домов, сложенных их желтых пористых плит. Вайоми сначала радостно пискнула, но затем погрустнела:

— Выходит, я первая? — обиженно спросила она.

— Твой мир оказался ближе остальных, — безразлично пояснил законник.

Но шоколадка сдаваться не собиралась:

— А возьмите меня с собой, — попросила она, — научите ведьмачить, и я точно Вам пригожусь…

Колдун посмотрел на девушку пристально, изучающе так, точно что-то прикидывал. Я бы точно съежилась вся под этим взглядом, но не будь то Вайоми — она лишь с вызовом глядела в ответ. Не сработало. Мужчина усмехнулся, словно извиняясь, и утешающе предложил:

— Поговорим годков через пять?

Шоколадка тотчас надулась и пробурчала недовольно:

— Да Вы к тому времени женитесь и думать обо мне забудете!

Мага сие заявление явно позабавило, и он вполне искренне засмеялся. Впервые с момента нашего знакомства. А его воздыхательница лишь больше разобиделась:

— Зря смеетесь, — сердито заявила она, — я в таких вещах никогда не ошибаюсь!

На том шоколадка нас покинула, послав на ходу воздушный поцелуй. Как только кудрявая голова скрылась в полумраке улочек, Гретта неподдельно возмутилась:

— И не попрощалась!

Я растеряно пожала плечами и подскочила от неожиданности, когда жаркий вечер без предупреждения снова сменился белоснежным ничто. На этот раз путь оказался неблизким и утомительным. Мне чудилось, что мы не идем, а топчемся на месте. Вокруг не менялось решительно ничего, и лишь кэр Иан все также внимательно вглядывался в тропу. Когда я уже почти осмелилась спросить, долго ли нам еще шагать, нас внезапно оглушил шум оживленного города. Вся компания обнаружила себя стоящими среди дурно пахнущего помоями переулка, а за углом грохотали повозки, бодро впаривали свои товары торговцы, а подавальщицы громогласно зазывали на обед прохожих. Здесь было светло и солнечно — день в самом разгаре.

Рыжуха вдохнула полной грудью, точно уличный смрад был ей милее весенних лугов. А вот Нисс озадачено озирался по сторонам и не спешил разделять восторги своей дамы сердца. Похоже, пришло время расставаться, но мне хотелось отсрочить сей момент.

— Теперь ты снова вернешься к своему промыслу? — печально полюбопытствовала я у подруги.

— Нет, — мотнула головой та, — не везет мне в последнее время, а удача в этом деле позарез нужна…

— И чем займешься? — я и не пыталась скрыть ухмылку.

— Подумываю и впрямь к пекарю в подручные податься, — серьезно отвечала Гретта, — если возьму куда.

— Да я тебе собственную пекарню построю, лишь бы конопатый нос в темные делишки не совела, — на радостях пообещал Нисс.

— А сумеешь? — недоверчиво уточнила рыжуха.

Лицо бывшего контрабандиста расплылось в самодовольно улыбке:

— Не задаром же на Мариаса пару лет горбатился.

Я едва вслух не ойкнула — стоило бы приятелю попридержать язык! Опасливо покосилась на законника, а тот и бровью не повел. Несколько долгих мгновений он сверлил взглядом стремительно бледнеющего парня, прежде чем заговорить:

— Как я понимаю, ты тоже здесь остаешься? — поинтересовался маг у Нисса.

Ответить тот постарался с привычной беспечностью:

— С мамой знакомиться надобно, — отозвался приятель, приобняв старательно кивающую Гретту. — Как только ссадины на лице подлечу.

— Что ж, — принял отповедь колдун, — надеюсь еще встретить вас среди миров… в качестве законопослушных путешественников.

Хоть последние слова и были сказаны с нажимом, стало ясно, что парочка отделалась лишь испугом и строгим предупреждением от законника. Но спровадить его все же хотели поскорей. Счастливая рыжуха стиснула меня в объятьях и горячо прошептала на ухо:

— Помни, подруга, что думать надо головой, а не сердцем или другим не подходящими для того органами, — принялась она наставлять.

— И ты о том не забывай, — хохотнула я в ответ.

Повеселевший Нисс тоже не остался в стороне:

— Мы к тебе еще как-нибудь заглянем, ежели способ найдется, — пообещался он, — и болталка пусть тебе остается, подарком будет. В жизни еще не раз пригодится.

— Чего? — не поняла я.

Парень протянул руку и вытянул из моего уха металлического отливающего серебром слизня, показал со всех сторон, а затем ловко засунул назад, оставив на коже ощущение холодка.

— Болталка, говорю, — пояснил приятель, — позволяет тебе все языки понимать и с любым туземцем беседовать.

Та вот что Нисс проделал, едва мы оказались в Огненной империи! Да с таким переводчиком… Вот родину свою отыщу и с местными там на равных изъясняться буду! Но выразить всю свою благодарность я не успела — комитетчик, недовольный затянувшимся прощанием, позвал в путь.

Шли мы молча. Я печалилась о расставании с любимой подругой, а кэр Иан был слишком сосредоточен, чтобы отвлекаться на разговоры. Из-за поникшего настроения даже вид приземистых беленых домиков с яркими синими ставнями не принес ожидаемой радости. Подумалось равнодушно, что вот так и завершилось мое приключение. И лишь после подивилась, что меня, в отличие от других, законник привет прямо домой. Очутились мы аккурат перед деревянной калиткой, ведущей в небогатый сад поместья моей кормилицы. Странность эту комитетчик объяснил, не дожидаясь расспросов: