Уроки анатомии и любви (СИ) - Хиро Лия - Страница 39

— Эта девка тебя бросила, я знаю! Сколько ты ещё будешь по ней сохнуть? — вспылила она, с вызовом запрокинув подбородок.

— Пока она не вернётся ко мне. А это лишь вопрос времени. — я вышел из кабинета и хлопнул дверью так, что Татьяна за администраторской стойкой испуганно подпрыгнула.

Глава 31

ЛИЗА

Сегодня мама потащила меня по магазинам за подарками к Новому году. Я думала, это поможет мне немного отвлечься, но нет — весь день превратился в сплошное страдание. Да ещё и телефон дома забыла! Но, с другой стороны, оно даже к лучшему, хотя бы Машка не будет приставать с этой дурацкой новогодней вечеринкой однокурсников. Ну на кой она мне сдалась!

— Мам, хватит, пойдём уже домой. Давай отложим половину гирлянд, а? Иначе у нас дома будет второй Лас Вегас! — шёл уже пятый час нашего сумасшедшего шоппинга и мои нервы начинали сдавать.

— Ладно, идём — мама отложила гирлянды обратно на полку. Ну наконец-то!

Забытый на кровати телефон мигал фиолетовым огоньком. Одиннадцать пропущенных от Машки. Пять сообщений: три от Маши и два… от Насти.

Плохо стараешься, девочка! Почему Лука до сих пор уверен, что ты к нему вернёшься? Срочно включай свои малолетние мозги и сделай так, чтобы он окончательно поверил!

Для самых тупых, объсняю: Твоих разговоров мало, мне нужно, чтобы он собственными глазами увидел тебя с другим! Для этого: находишь парня, фотографируешься с ним поинтимней и — в соц сеть! Если не сделаешь, могу прислать друга, он более доходчиво объяснит. Глядишь, ещё чему-нибудь научит…

И следущее:

Надеюсь, не нужно напоминать про фотографии? Малолетняя дура! У тебя 3 дня!

Вот тебе и поворот! Я обречённо уставилась в зеркало, сображая, что делать и решение пришло само собой. Я открыла сообщения от Маши:

Лиза, срочно перезвони!

Сегодня крайняк нужно решить идёшь или нет, чтобы забронировать количество мест.

Ауууу! Ты чего трубку не берёшь!?

Тяжело вздохнув, я набираю ответ:

Машуль, прости, я телефон дома забыла. Я пойду. Бронируйте.

Вот и всё! Боже, я словно в рабстве у этой рыжей сучки!

ЛУКА

Оттягивать открытие клиники в Казани и дальше было уже неприлично. Я так к этому стремился, упорно работал, прилагал титанические усилия, идя к своей цели. И что теперь? Стоя здесь, посреди своего нового филиала, в кругу друзей, коллег, партнёров и журналистов, я пытался понять, что я теперь чувствую. Абсолютно ничего… Я не ощущал ни удовлетворения, ни радости, ни гордости. С уходом Лизы для меня всё померкло. Я был запрет в тупике. В холодном и тёмном тупике.

В толпе мелькнули ярко-рыжие волосы. Только не это! Её я уже не выдержу!

Мне хотелось что-нибудь разбить, сломать, уничтожить: перевернуть стол, и пусть бутылки с элитным шампанским разлетятся в крошки о мраморный пол. Хотелось проломить кулаком новые дизайнерские двери. Крушить и ломать — вот что мне было нужно! Представив, как будут рады журналисты такому неординарному приёму в честь открытия клиники, я криво усмехнулся. И пока в моих мыслях творился весь этот хаос, внешне я оставался радушным хозяином новой клиники пластической хирургии, улыбаясь всем и каждому.

Рыжая подошла поздороваться, нацепив свою, как ей казалось, соблазнительную улыбку. Что ж, придётся быть радушным со всеми гостями.

Спустя три мучительных часа я уже мчался по вечерней трассе в сторону Самары, чувствуя острую, непонятную мне необходимость во что бы то ни стало вернуться домой именно сегодня.

ЛИЗА

— Маша! Доплачивать таксисту будешь сама! — я перебрала уже все доводы, чтобы ускорить сборы сестры. Ну сколько можно рисовать стрелки? — Всё, я еду без тебя!

— Подожди-подожди! Ещё минуточку! Чёрт! — из ванной донеслись звонкие звуки, падающих на пол многочисленных тюбиков и карандашей. — Лиза, блин! Я тени рассыпала! Хватит под руку говорить! — огрызнулась сестра.

Я обречённо закатила глаза, понимая, что минуточка, скорее всего, превратиться, как в десять. И это, как минимум.

Стоя в Машиной комнате, перед огромным шкафом, я мучила зеркало своей "неземной" красотой. Чёрное, кожаное платье отлично вписывалось в мой жестокий сценарий этого вечера, а цвет невероятным образом отражал настроение. Я была на грани нервного срыва, угасала, умирала с каждой минутой, проведённой вдали от Луки. И сегодня вечером я должна была нанести последний удар в его сердце.

— Всё! Я готова! — сестра выпорхнула из ванной, как всегда, в идеальной боевой готовности. Неожиданно быстро.

— Точно можно обуваться? — съязвила я, всё ещё ожидая, что она может опять что-то придумать и сборы затянутся на неопределённое время.

— Точно! Лиз, ну не будь занудой! Давай, погнали! — и Маша активно замахала ладонью по направлению к выходу, словно не она, а я затянула сборы.

Бар на набережной светился разноцветными, праздничным огнями и выглядел вполне приличным заведением.

— Крутой, да? — Маша расцвела от визуального удовольствия. — Федосеев настоял на нём. Месяц назад открылся. Говорит, внутри вообще супер, и цены не ломят. Но это, наверное, пока, по началу. — сестра схватила меня за руку и потащила к массивной двери из тёмного дерева — Ну идём уже, Лиз! И так опоздали!

Ребята приветствовали нас неразборчивым гулом голосов. А тут, и правда, очень круто — думала я, рассматривая отделанные камнем и деревом стены, одна из которых была усеена небольшими квадратиками рамок одинакового размера с изображениями известных людей: Сальвадор Дали, Элвис Пресли, молодой Антонио Бандерас, Челентано и даже Брежнев в неформальной обстановке с дымящейся сигаретой в руке. Занятненько… Надо будет потом всех рассмотреть.

Несколько однокурсников нетерпеливо ёрзали, подзывая нас. Обведя взглядом сидящих за огромным столом, я поняла, что ещё не все пришли. Не удивительно, — на улице началась ужасная метель и движение на дорогах стало чуть живым. Зато эти сучки — Янка с Катькой, тут как тут. Ничего не могу с собой поделать — они действуют на меня, как красная тряпка на быка, особенно эта стерва Янка. Сразу после них, к своему облегчению, я заметила, что место рядом с Андреем пустует. Это намного облегчит мне задачу. Что ж, вперёд, Лиза! Топтать остатки надежды в сердце любимого!

— Кристина, принесите ещё один Космополитен, пожалуйста! — обратилась я к официантке, когда задуманное дело было сделано и карусель из снимков, в обнимку с Андреем красовалась в моём инстаграме.

— Лиз, ты почему ничего не ешь? Давай закусывай, иначе сшибёт! — забеспокоилась Маша.

— Всё нормально, Машуль, это последний и потом домой.

— Какой "домой"? Веселье ещё даже не начиналось! — возмутилась сестра. — Я тебя никуда не отпущу! Ксюш, пойдём покурим — тут же обратилась она к однокурснице.

— Ма-аш! — запротестовала я. — У кого-то лишние лёгкие?

— Ой, да ладно, Лиз! Ты же знаешь, я только когда пью курю! Пойдём, постоишь с нами, подышишь, аппетит нагуляешь. — и потянула меня за рукав.

Я нехотя поплелась за девчонками. В баре, действительно, душно, свежий воздух не помешает.

Когда я вышла из бара, девчонки уже стояли с двумя парнями постарше, сидевшими в баре напротив нас, и заливисто хихикали, протягивая тонкие сигареты.

Решив отойти подальше от сигаретного дыма, я пошла по протоптанной в только что выпавшем, пушистом слое снега тропинке, направляясь в сторону небольшого леса. Ноги утопали в мягкой, белой вязи, которая небольшими, ледяными комочками заскакивала в низкие ботинки. Дойдя до края высокого обрыва, я без особого энтузиазма смотрела на красоту, простирающуюся внизу: слева длинная полоса набережной сияла яркими, жёлтыми огнями, а впереди широкая Волга, окутанная свежим снежным ковром, местами дырявом, обнажающим ярко-синюю ледяную твердь. Напротив, на острове, сквозь морозный воздух виднелись разноцветные огни туристических баз отдыха. Прежде, у меня захватило бы дух от такого вида, но сейчас мне было всё равно, на всё было плевать.