Уроки анатомии и любви (СИ) - Хиро Лия - Страница 9

Я отвернулся, чтобы не показывать раздражения, исказившего моё лицо и увидел, как на соседской терассе скучковалась группа парней и девчонок, задумчиво потягивающих кто воду, кто пиво. Быстрый взгляд на свои SUUNTO Spartan** — 12:09. Пора! Больше не могу терпеть! Резко вскочив на ноги, я быстрым шагом направился к калитке.

*Pablo Moriego — ди джей, музыкант, создавший новое направление интеллектуальной музыки, похожей на Techno, Tech House, Deep House, Neotrance.

**SUUNTO Spartan — спортивные часы, со множеством функций. Признаны самыми стильными спортивными часами в мире.

Глава 8

ЛИЗА

Мы проспали до двух часов дня, и, если бы не вмешавшаяся в нами сладкие грёза мама, не знаю, сколько бы это ещё продолжалось. Мы расшатывались долго и без особого энтузиазма, но когда приехали в "Космопорт", настроение в разы улучшилось. Особенно у Маши, — её, как обычно, понесло: сестра, как торнадо, носилась от магазина к магазину, металась от полки к полке предлагая мне и маме, прикладывая, трогая, хватая и примеряя все, что плохо лежит и весит.

Мама, как и договорились, купила мне крутецкие кроссовки, рюкзак и настояла на новеньких темно-синих джинсах, красном свитшоте и теплом пиджаке на осень. И, когда несколько часов спустя, мы уставшие, с гудящими ногами, уселись в уютной кофейне, мама положила передо мной небольшую белую коробочку с надписью PANDORA. Я, уже догадываясь что там, с замиранием сердца открыла её. Браслет, о котором я мечтала, лежал передо мной на чёрном шершавом бархате коробочки, поблескивая безупречным чёткими гранями.

— Спасибо, спасибо, спасибо, мама! — набросились я на неё с объятиями. Я понимала, что мама, наверное, целых полгода копила деньги, чтобы осилить как этот подарок, как и саму вечеринку. Она изначально не принимала моих предложений просто отменить дома тортиком и чаем, не хотела слушать отговорки, твердя, что восемнадцать лет — особенная дата.

По дороге домой, ко мне вновь вернулись настойчивые, будоражащие кровь мысли о моём сексуальном пылком брюнете. Да, о моём! Пусть он не свободен, но в моём сердце, куда он с каждой минутой все сильней и сильней пускал свои корни, он только мой, и никто его оттуда не заберет. И боюсь, что никогда…

Я сидела в машине, а в мыслях была там, на кухне в доме у друзей, рядом со страстным мужчиной, будто материализовавшемся из моих представлений о мужской красоте. Я вертела в руках рекламную брошюрку из Пандоры, гласящую:

Браслет "Сердце на замок". Что может быть символичнее замка в виде сердца? Носите этот браслет и радуйтесь известному только вам сердечному секрету…

Как символично!

ЛУКА

— Лука! Мы уезжаем! — резкий голос друга, донёсшийся с нижнего этажа, привёл меня в чувство и заставил дернуться, как от холодной воды. Я натянул первую попавшуюся футболку и нехотя направился к лестнице.

— Может тоже поедешь? — Настя с надеждой посмотрела на меня, нервно заправив выбившиеся огненные пряди за уши. Она внимательно изучала моё лицо, словно пытаясь прочитать мысли и надеясь узнать причину, по которой я вдруг решил остаться.

— Нет. Приеду через пару дней. Хочу порыбачить — ответил я, желая поскорее остаться один на один со своими невесёлыми мыслями.

А причина моих душевных терзаний заключались в том, что Лиза уехала. Просто так, среди ночи взяла и уехала, оставив только бешеное, просто жгучее неудовлетворенное желание обладать ей. Я крепко сжал челюсти, чтобы не выругаться от досады.

— Мы с Настей запекли рыбу, оставили тебе в холодильнике — смотри, не протуши, — забеспокоилась, уже сидящая в машине Рита. Прям, как заботливая мама, не могла не оставить наставлений.

— Давай братуха, не скучай! — Антон подбадривающе похлопал меня по плечу и, кажется, озабоченный моим понурым видом, сел в машину и медленно вырулил на асфальтированную дорогу.

Как только они уехали, я в раздумьях, чем себя занять, зарылся руками в волосы, и, спустя минуту, резко скинув шорты, нырнул в бассейн. Не знаю, сколько я плавал, пытаясь таким образом остудить похотливые мысли и разгоряченную плоть. И, даже почувствовав, как налились и потяжелели мышцы, игнорируя боль, я продолжал двигаться сквозь голубую прохладную гладь.

Весь остаток вечера я провел в шезлонге у бассейна, пытаясь вникнуть в чтение профессиональной литературы, но ничего не выходило. Мысленно, я постоянно уносился к сладкой, юной малышке, мечтая снова ощутить вкус её пухлых губ и бархатистость загоревшей кожи. Надежда, что Лиза вернётся, не покидала меня. И, в предвкушении продолжения вчерашних событий на кухне, я без конца обводил глазами соседскую лужайку, в задумчивости всматривался в дом и прислушивался, не едет ли машина.

Я сетовал на полуторамесячное воздержание, которое не могло не сказаться на моём либидо, и мой, уставший от аскетичной жизни член, настойчиво и упорно требовал женского тела! А эта трепетная, жаркая брюнетка ещё больше распаляла мой огонь! Я сразу запал на её торчащие сиськи и небольшие розовые соски. Уже от одного их вида я сходил с ума, оставалось только гадать, что могло произойти, зайди я дальше.

Я вновь унёсся к событиям вчерашнего вечера: вот она стоит на игровом коврике, широко расставив ноги и наклонившись раком, её обтянутая белой тканью круглая попка так близко от моего вздымающегося члена… Я еле сдерживался, чтобы не схватить эту дерзкую задницу и не прижать к своему распухшему пенису…

А когда она наклонилась передо мной, невольно демонстрируя белый кружевной бюстгальтер в вырезе комбинезона, и её приоткрытые губы были в такой близости от моего стояка, я чуть не сорвался. Чёрт, её губы! Интересно, она хорошо сосёт? Может и нет, учитывая ещё такой юный возраст. Но я бы научил, отложил бы все дела, продлил отпуск, бросил бы к чёрту всё и хорошенько занялся её сексуальным образованием.

Летая в обрывках воспоминаний и несбывшихся фантазий, я не заметил, как небо потемнело и начал накрапывать холодный, унылый дождь.

Надеюсь, завтра погода наладится и я, наконец, смогу нормально порыбачить.

Забежав в дом, я стянул с полки ноутбук и открыл папку с моими любимыми саундтреками. Знакомые звуки "Be The One" из " Три дня на побег" заполнили просторную гостиную. И все-таки, сколько себя помню, я всегда был неисправимым меломаном.

Следующий день сулил быть солнечным и теплым. Проснувшись, я быстро собрался, предвкушая отличную рыбалку. Но, оказавшись посередине Волги со спиннингом в руке, никак не мог понять причину, гложащего меня ощущения тревоги и апатии. Всё вокруг, вдруг, показалось скучным и раздражающим. И даже моя одинокая, пустая яхта, как будто насмехалась надо мной, всем своим видом крича о том, что так и не осуществилось вчера.

Добравшись домой, я первым делом взглянул на соседний дом в надежде увидеть её. Ну или хотя бы Егора. Черт! За последние сутки я так часто поворачивал голову в направлении соседского дома, что это уже стало моим рефлексом.

Но к вечеру, я, всё-таки, успокоился, понимая, что рано или поздно Егор всё равно приедет, и я раздобуду её номер.

Через два дня меня разбудил надрывающийся телефон. Не посмотрев, кто звонит, я просто поднёс трубку к уху и промычал: М-м-м?..

— Талянский, ты чем там занимаешься вообще? — недовольный голос Антона отозвался гулом в больной с похмелья башке. И все же я вчера нехило нажрался: прыгнул в машину и поехал в ближайший супермаркет за бухлом, а ещё купил Parliament и выкурил пол пачки! Блядь! Я уже шесть лет не курил, а тут за каких-то четыре-пять часов убил больше десятка сигарет.

— Ты чего молчишь? Надеюсь не забыл, что завтра мы летим в Грецию?

— Не забыл, Антох… летите без меня. Передайте деду, я через месяц прилечу — ещё сонно прохрипел я.

— Ты чего, ополоумел? Билеты уже не сдать.

— Ну и не сдавай, Антох! У вас же с Риткой так и не было медового месяца. Пусть это будет моим подарком!