Ученик бури (СИ) - Стальная Вероника - Страница 62

Думай, думай, думай… Следует выбираться, но как? Я до боли прикусила губу, пытаясь очистить голову от посторонних мыслей, и вновь почувствовать Кайрина, но там, где всегда был он, зияла пустота.

Не оставляй меня одну…

Повозка дернулась и остановилась.

— Приехали, малец, кончай притворяться и развешивать уши.

Кто-то из похитителей дернул меня, поднимая на ноги, и выволок на улицу. Зябкий вечерний воздух колол тело мелкими иголками.

— Шагай, — грубый тычок в спину должен был придать ускорения, но я чуть не упала, запутавшись в ногах.

— Послушайте, — я обернулась на голос бандита, и прохрипела, стараясь чтобы слова звучало уверенно, — сколько бы вам не заплатили, мои друзья смогут предложить больше.

— Больше?! — в ответ расхохотались, — Слыхали? Место на плахе что ли? Оно для нас и так, считай, завсегда отыщется.

— Обещаю, что гарантирую вам неприкосновенность, если откажетесь от выполнения заказа. В противном случае никакой побег из города не поможет, если я пострадаю, вас даже из-под земли выкопают.

Острие лезвия царапнуло шею, красноречиво намекая, что неумелые попытки шантажа похитителям не понравились. Я облизала потрескавшиеся губы, ощущая, как железо холодит кожу рядом с сонной артерией. Одно неосторожное движение и можно прощаться с жизнью.

Наемник подошел вплотную и встал позади. От мужчины разило опасностью почти так же сильно, как запахом пота и дешевого алкоголя; захотелось отодвинуться, но я знала, что он на это и рассчитывал.

— Угрожать вздумал?

— Нет… — Прошептала на одном дыхании. — Но и вам заплатили не за убийство, так что отодвиньте железку.

— Угадал, малец, тебя приказано доставить живым, но… — бандит многозначительно ухмыльнулся, скопировав мою интонацию, — никто не говорил в каком состоянии. Так что заткнись, пока я не вырезал твой поганый язык.

Нож медленно убрали от горла и велели пошевеливаться, что было достаточно трудно в связи с отсутствием зрения. Я ступала максимально осторожно, практически шаркая ногами по земле, опасаясь невзначай угодить в какую-нибудь яму или споткнуться о камень.

Мешок с меня снимать так и не пожелали, хотя я была уверена, что и без него в жизни не определила бы свое местоположение. Опираясь лишь на осязание и слух, удалось понять, что меня вели по каменному гроту или шахте, но где она могла находиться в пределах Дарнаса — неизвестно. Дорога медленно, но уверенно уходила вниз, а эхо шагов гулом отражалось от стен, нагоняя неприятные ассоциации со змеиной норой.

После справочников и легенд империи, которые мне подсовывал Кайрин, теория, что где-то поблизости вполне могло обитать нечто похожее на огромную гадюку, способную заживо сожрать человека, казалась не такой уж невероятной.

Помню, как листала потрепанные страницы огромной энциклопедии, изучая обитателей местной флоры и фауны, и постоянно переспрашивала у учителя значение непонятных слов. Благо, книга была с наглядными иллюстрациями, так что я быстро вовлеклась в процесс, не заметив, как за окном погас последний луч солнца, а масляная лампа, отбрасывающая на стол танцующие блики, стала чадить ещё больше. В такой атмосфере чудовища, схематически нарисованные тушью на пожелтевшей от времени бумаге, казались чем-то из разряда несбыточных страшных сказок. Я разглядывала их со спокойным интересом исследователя, но даже представить не могла вживую. Тем более, что напротив многих видов стояли пометки, которые добавляли ощущение нереальности: "вымерли", "истреблены".

Сейчас ситуация изменилась, в молчаливой тиши пещер каждый шорох воспринимался как знак приближения неминуемой гибели. Мне казалось, будто за нами что-то движется… Воображение быстро выудило из памяти и облачило в плоть образ валиары — огромного змееподобного чудовища, обитающего под землей. Длинное тело, покрытое толстой зеленоватой чешуёй, могло достигать двадцати метров в длину, а в обхвате многократно превосходить срез векового дуба.

Сосредоточившись на своих страхах, легко поверить, что это плотные костяные пластины на её шкуре трутся о камень, издавая противный шелест, и, если обернуться, можно нос к носу встретиться с черными провалами пустых глазниц.

Пресекая на корню все фантазии, я принялась считать количество шагов, мысленно повторяя направление, в котором меня вели.

Сто двадцать пять — налево, восемьдесят один — направо, триста сорок четыре — направо… То, что это бесполезное занятие, я поняла после того, как мы свернули пятнадцатый раз по счету. Даже если мне подвернется возможность бежать, вспомнить точную последовательность и воспроизвести её в обратном порядке я не смогу, такое только на страницах детективных романов хорошо работает.

Дальше я прекратила попытки отследить дорогу, полностью погрузившись в себя. Из пучины самобичевания и угрызений совести вывели голоса похитителей, к которым прибавились новые. Один показался подозрительно знакомым, но я уже почти перестала что-либо соображать и лишь обреченно слушала как бандиты торгуются с заказчиком, пытаясь набить стоимость за потерянного товарища.

— Довольно. Двенадцать золотых и проваливайте на все четыре стороны. — Раздраженно бросили им в ответ, и с меня наконец сорвали мешок.

Зрение мутилось, да и голова шла кругом, но в свете тускло горящих факелов, я разглядела перед собой хозяина борделя. Окруженный ещё несколькими наемниками, он взирал на моих похитителей с плохо скрываемым пренебрежением, но, нужно отдать им должное, бандитов это не смущало. Поймав на лету кошель с деньгами, главный взвесил содержимое на руке, потом заглянул внутрь и довольно осклабился.

— Пацан ваш.

— Вы знаете где выход, — сквозь зубы прошипел Иршад джан, после чего моментально сменил гнев на милость, — а ты, юный принц, погостишь пока у меня. Надеюсь, поездка не доставила тебе неудобств.

Не почувствовать иронию мог разве что слепо-глухо-немой. От удивления у меня отнялся язык, так что несколько секунд я провела в полнейшем ступоре.

— Спасибо, все было чудесно, обожаю, когда банда немытых головорезов отлавливает в переулке, бьет по голове и увозит в неизвестном направлении. Однако боюсь разочаровать, но вы явно что-то перепутали, оказав мне такую честь. Я не принц.

Хорошо, что к тому времени как я вновь обрела способность говорить, "немытые головорезы" уже скрылись из поля зрения, тихо растворившись во мраке подземелья, будто их и не было вовсе. Я осталась один на один с мужчиной и его людьми, которые не считали нужным вмешиваться в разговор. Охрана?

— Я прекрасно знаю кто ты такой, Бес, — от ноток самодовольства, проскользнувших в его голосе, меня перекосило, — во дворце и у стен есть уши. Можешь не притворяться, что это не тебя на празднике император собирается признать своим сыном. Принц, не принц? Без разницы, он плодит новых отпрысков как щенят. Развяжите ему руки, все равно он отсюда не сбежит.

— Вы так уверены? — Потерев затекшие запястья, веревку на которых быстро срезал безмолвный охранник, я исподлобья взглянула на мужчину. Черт, сумку с фотоаппаратом с меня сняли уже давно, единственный кинжал, который я прятала в голенище ботинка нашли и забрали.

— Ты же умный мальчик, верно? Тогда поймешь, что единственный выход отсюда — сговорчивость твоего наставника. Знаешь, что это за место? Давным-давно здесь были рудники по добыче адамантина. Сейчас камень уже не в ходу, но раньше он имел хороший спрос. Из него делали украшения, его ограняли, но после череды смертей горожан и эпидемии среди рабов, которые здесь работали, поняли, что минерал ядовит. Добычу быстро остановили, основной вход в шахты завалили камнями и вскоре забыли о её существовании. Однако целый подземный лабиринт на окраине Дарнаса сохранился до сих пор, и выбраться из него, не зная дороги, у тебя не получится, а задерживаться здесь на долго я бы не советовал…

— Что с учителем? — Сжав кулаки, в ответ на напыщенную речь я смогла задать лишь один единственный вопрос.