Универ Вредной магии (СИ) - Шин Миара - Страница 38

Спать было как-то стремно.

Но, поворочавшись немного, я вскоре провалилась в сновидение.

И вдруг понесло меня куда-то, понесло, а потом остановило, и послышался тихий и от этого совершенно жуткий голос декана чертового факультета:

«Слушай внимательно, Тиаранг. Слушай и запоминай — одной руки у тебя уже нет. Выберешь сам, какой — правой или левой. Отвечать сейчас не нужно, при встрече ответишь».

А затем меня понесло обратно, и я услышала, как шуршит в углу метла, устраиваясь поудобнее, и на этот раз я заснула совершенно спокойно, а главное, в своей собственной кровати.

— Пора вставать, пора вставать, пора вставать! — орал кто-то противным голосом обкурившегося сатира. Но даже не открывая глаз, я уже знала кто — карта.

— Ладно, — хриплым ото сна голосом сказала я, сдаваясь, — давай уже инструктаж.

Карта оценила мою готовность идти на уступки и бодро отчиталась:

— Злое утро! Для начала зарядка. После завтрака лекция у профессора Злобнер «Диверсионная магия» и практические занятия. Затем у тебя общий сбор старост, после сбор в чертовом общежитии. В пять лекция у профессора Скелетона, предмет «Общая некромантия». Пора вставать.

— Зла-а-а-а, — зевнула я.

И встала.

И поняла, что мне вчера снился невероятный сон про то, что Владлен Азаэрович угрожал лорду Тиарангу. Сон был признан бредовым последствием моей в высшей степени бредовой затеи с призванием временного мужа к порядку. Ну его, этот порядок, если честно, я к декану чертового факультета ни ногой больше!

Позевывая и потягиваясь, я встала и подошла к окну.

Передо мной раскинулось потрясающее вредноуниверситетское утро — феи строятся, навы отжимаются, эльфы с мечами упражняются, гномы на гору ползут, дриады танцуют. Красотень, одним словом. И все при деле, все полезными вещами занимаются, прямо душа ведьминская, к порядку склонная, не нарадуется…

А хотя… ну его, этот порядок. Вчера уже доразбиралась порядку ради, вспомнить стыдно.

Дальше я действовала, как самая заправская ведьма: шорты, майка, кроссовки, волосы резинкой стянуть и гордо крикнуть:

— Метла!

Моя предательница тут же оказалась в руке, и мы вылетели в распахнувшееся окно. Вообще, хорошо, что оно само распахнулось, а то я уже испугалась, что придется потом осколки стекла убирать.

И вот не успели отлететь, как карта вдруг не своим голосом:

— Стой, Григорьева, к тебе Владлен Азаэрович, приказали задержаться.

Застыв, мы с метлой разом содрогнулись, а потом я ей сказала:

— Ты ничего не слышала. Летим.

И мы полетели. Нам, между прочим, после вчерашнего страшно было!

Да, я сбежала. Имею право, между прочим, я вообще на брак непонятно с кем не подписывалась. А Азаэрыч страшный, действительно страшный. Причем не когда рычит или орет, как на фею, а когда говорит тихо, четко и спокойно. Не знаю почему, но вот очень страшно становится.

Так что мы долетели до горы, махнули приветственно Мору, уже приступившему к тренировкам ведьм, и полетели до инструктора Смертовой, которая ждала меня, почему-то улыбаясь.

— Зла, — поздоровалась я, спрыгивая с метлы.

Боевая фея кивнула, а затем поинтересовалась:

— Что, Григорьева, влипла?

На это мы с метлой переглянулись, и я спросила:

— В смысле?

Инструктор Смертова показательно тяжело вздохнула и произнесла:

— Ну ты же у нас Григорьева.

— Ну я, — ответила осторожно.

— Угу, — кивнула фея, — обернись.

Обернулась. И едва не села прямо на землю. Потому что над всем университетом сияла надпись:

«Григорьева, живо ко мне!».

На все это я могла сказать только одно:

— А может, я не единственная Григорьева в универе, может, это вообще кого-то другого вызывают.

Усмехнувшись, инструктор убила мою надежду насмешливым:

— Вообще-то единственная.

— Да, а вы что, всех студентов по фамилиям знаете?

Выгнув бровь, боевая фея кивнула.

— И новичков? — продолжала настаивать на своем я.

Тут уж инструктор Смертова была вынуждена признать, что:

— Если только сегодня утром в нашем университете появилась новая Григорьева, что было бы странно…

— Вот! — торжествующе воскликнула я. — Вот ее Владлен Азаэрович и вызывает!

На это боевая фея с сомнением протянула:

— Григорьева, я, конечно, тоже женщина, но даже мне твоя логика не особо понятна.

— Вы упускаете теорию вероятности появления в университете новой студентки с… — начала я.

— Ну разве что если теория вероятности, — хмыкнула Смертова. — Давай в строй.

И я встала в строй. Сегодня нас тут присутствовало всего трое — красивой темноволосой ведьмочки, за которой боевой фей Мор увивался, почему-то не было видно, но кроме меня это никого не заинтересовало. А меня очень интересовало, и потому я спросила:

— Инструктор Смертова, а почему нас всего трое?

Толстушка слева и худышка справа бросили на меня по тяжелому взгляду и вновь уставились на боевую фею. Та мягко опустилась на траву и тут же стала двухметровой атлеткой с недоброй ухмылкой и издевательским прищуром глаз.

— Так завтра, Григорьева, ты у меня вообще одна останешься, — сообщила мне Смертова.

— А… почему? — удивилась я.

— Зачет не сдашь, — сообщили мне.

— Это почему не сдам?

Между прочим, у нас с метлой почти наступило полное взаимопонимание, да и летаю я уже гораздо лучше, следовательно, все шансы у меня были!

Боевая фея пожала мускулистыми плечами и сообщила:

— А потому что, Григорьева, на сегодня для тебя нормативы отменяются.

И посмотрела куда-то за мою спину.

Я тоже оглянулась — ко мне натужно летела карта. Моя, кстати. Я пошла ей навстречу, подхватила и услышала надсадное:

— Григорьева. ху-у-у… к Владлену Азаэровичу, немедленно. ух. насилу догнала.

Я растерянно оглянулась на Смертову, инструктор хмыкнула и ехидно так:

— Представляешь, иногда теория вероятности не срабатывает.

— Жизнь сурова, — согласилась я.

— Мой тебе совет, Григорьева, лети куда сказано, — улыбнулась боевая фея.

Насупившись, я молча и выразительно взяла и села на землю. Лететь куда-либо я вообще не собиралась. К тому же Азаэрович страшный. И мне за вчерашнее стыдно, кстати.

— Лети, Григорьева, с Владленом шутки плохи, — уже сурово сказала Смертова.

Метла с ней была полностью согласна, но мнение метлы я в расчет не брала, потому что она подлая предательница. И вообще мне никоим образом встречаться с деканом чертового факультета сейчас не хотелось…

Но под внимательным взглядом Смертовой я поднялась, вытряхнула шорты, карту в карман нагрудный засунула, на метлу забралась и скомандовала:

— В чертовое общежитие!

— Владлен Азаэрович в твоей комнате ожидает, — сообщила осторожно карта.

— А я сказала — в чертовое общежитие!

Метла взлетела.

И мы понеслись над Университетом вредной магии, разглядывая ведьм, выполняющих летные пируэты на своих метлах, ёжек, летающих в ступах вместе с котами, м-м-м. навов, тренирующихся на крыше своего общежития, феечек, в данный момент старательно качающих пресс.

Глава 11

Тучку!

Внезапно нарисовавшуюся на моем пути, серую такую, кучевую, в которую мы с метлой и влетели, не успев свернуть.

А вылетели в кабинете ректора!

И все бы ничего, но кроме доброго и хорошего лорда Вреднума, сидящего за своим столом и кивнувшего мне при появлении, тут также обнаружилась Мара Ядовитовна в умопомрачительно стильном черном платье с белым воротничком и манжетами и туфельках на таком каблуке, что я моментально завистливо прикусила губы. Но даже это мелочи — тут был ОН!

Вот самый что ни на есть он — суровый, злой и вообще жутковатый Владлен Азаэрович.

И мы с метлой как-то разом посмотрели в окно… Окно было красивое, большое, с витражными разноцветными стеклышками, так что его даже немного жаль стало. И не то чтобы мы хотели разбить столь замечательное окошечко, просто когда жить захочешь, и не то разобьешь, и.