Ведьма философских наук (СИ) - Зюман Анна - Страница 19

— О! — оборачиваясь, воскликнула Клардина. — Ветер, а мы тебя искали.

— Да я вроде как не пряталась, — присела я на услужливо освобожденный Заразой и предложенный мне пенек. — Вижу, вы тут с моей метлой развлекаетесь.

— Ой! — тут же рассмеялись семикурсницы. — Она такая потешная.

— У Ларики, — уже знакомая мне рыжая ведьма кивнула на несколько полноватую блондинку, — тоже метла-фамильяр. Но она как-то поспокойнее будет. Да и выглядит, — ведьмочки тут же разразились безудержным смехом, — пообычнее.

— Ну, — протянула я, глянув на тут же насупившуюся Заразу, — вы мою Заразу зря не обижайте. Пенечки, на которых мы сейчас сидим, к вашему сведению, она привела. И я сомневаюсь, что вас они будут слушаться лучше, чем ее.

После моих слов Зараза демонстративно выпрямилась и… вот же действительно зараза, щелкнула пальцами. Дружный подпрыг пеньков ознаменовался новой порцией смеха и попытками ведьм вернуться в сидячее положение. С первого раза получилось не у всех, что способствовало новой волне смеха.

— Ладно, метелочка, — прокашлялась сидящая рядом с Клардиной темноволосая ведьма, — извини. Ты правда замечательная. Просто смешная очень, как и твоя хозяйка.

Ну, все понятно. У девочек первая стадия опьянения, когда все вокруг замечательное, прекрасное и, главное, очень веселое.

— А ты что, правда своего фамильяра Заразой назвала? — обратилась ко мне владелица метлы-фамильяра.

— Да я о том, что она мой фамильяр, от вас только что первый раз услышала.

Ведьмы удивленно на меня уставились, затем переглянулись и снова заржали как лошади.

У-у-у, да я видимо ошиблась, тут не только глинтвейном обошлось, уж слишком все веселые.

— Не обижайся, — снова хлопнула меня по плечу Клардина, — просто ты правда очень смешная. И я рада, что братец именно на тебя глаз положил.

— Эм-м, — протянула я удивленно.

Вот ни разу ничего не поняла.

— Да объясни ты ей толком, — толкнула Клардину в бок девица, которая извинялась перед Заразой. — Не видишь, что ли — девчонка ничего не понимает.

— Ладно, — по-дружески приобняла меня за плечи сестра Кларвина. — Наша семья довольно богата и влиятельна. И Вин привык, что девушки на него пачками вешаются. Он и без того парень видный, а уж как узнают, из какого он рода, так вообще прохода не дают. В общем, избаловали его. Он в академию из дома как герой ехал, думал, перед ним все растекаться будут, а тут ты.

— И что? — не поняла я.

— Как что? — опять рассмеялась Клардина. — Думаешь, я не вижу, что плевать тебе и на моего братца и того боевика с третьего курса?

— И тебя это устраивает?

— Более чем, — довольно кивнула Клардина. — Мне по бабушкиной линии пророческий дар перешел. Так что я много чего вижу и знаю, что лучше тебя моего нерадивого братца думать своей головой никто научить не сможет.

Еще одна пророчица на мою голову!

Я, конечно, знаю, что мозги вправляю на раз, но неужели сестрице не жалко братца?

И все же после столь туманных намеков дальше сидеть с семикурсницами мне расхотелось, и я, прикрывшись тем, что мне нужно найти Эйсму, отправилась дальше.

Следующие две группки оказались бытовиками и целителями, развлекающимися обычными, хоть и на новый магический лад, студенческими байками. А вот в третьей я как раз нашла того, кого искала.

В центре круга из боевиков на пару с каким-то громилой кружила Эйсма. Глядя на их довольные и предвкушающие улыбки, я даже не сразу поняла, что их странные, словно чего-то ожидающие движения — бой.

— Ну что же ты, — ухмыльнулась Эйсма громиле, — нападай.

— Да как-то не привык я женщин бить, — не менее широко ухмыльнулся тот в ответ.

— Ну да, ну да. Ведь намного сподручней исподтишка пакость какую-нибудь сделать. А то ударишь, а там, глядишь, в ответ сдачи получишь.

Эйсма сделала пробный выпад и тут же снова вернулась назад. Даже я поняла, что это было не больше, чем поддразнивание противника. Боевик был гораздо больше Эйсмы и наверняка опытнее, но моя подруга выглядела уверенной, и я не стала вмешиваться. Все же было не похоже, что ей готовы намеренно причинить вред. Скорее, это было своеобразным заигрыванием. Хотя не помешало бы узнать прелюдию сего действа. Мало ли, что там орчанка со своей прямолинейностью натворить успела.

Один из затылков показался мне подозрительно знакомым, и я тут же направилась к нему. Втиснуться между двух здоровенных парней было не так-то просто, но, имея за плечами опыт езды в переполненных маршрутках, я быстренько прикинулась ужиком и, наплевав на возмущения, ввинтилась в плотный строй тел.

— А что тут происходит? — обратилась я к обладателю знакомого затылка, которым оказался старшекурсник боевиков, пришедший одним из первых и ставший свидетелем прибытия живых пенечков.

— А, ведьмочка, и ты тут, — улыбнулся он мне. — Присаживайся.

Я осмотрелась, но свободных пенечков не нашла.

— Так на коленки присаживайся, — хохотнул другой незнакомый мне боевик, сидящий по другую сторону от меня.

— Я ж сяду, — усмехнулась я, продумывая, как бы проучить наглецов. Парни-то думают, они все такие неотразимые, безумно привлекательные и сногсшибательные, а я всего лишь наивная ведьма-первокурсница.

Зараза, протиснувшаяся следом за мной, собралась было повторить фокус с прыжками пеньков, но я вовремя перехватила ее руку-ветку. Еще не время.

— Вот только боюсь, что ваши коленки меня не выдержат, — продолжила я.

— Это еще почему? — расплылись в довольных улыбках парни.

— Так я ж не одна сяду. Я сюда с подругой пришла, и ей будет обидно, если я буду сидеть, а она нет.

— Ну, — довольно протянули боевики, — для подруги такой очаровательной девушки мы коленки обязательно найдем.

— Эх, — печально вздохнула я. — Вы, мужчины, только обещать горазды, а как до дела дойдет, так и третий этаж для вас не высота.

Один из боевиков, видимо, уже знавший о любовно-прыгательном триллере, подавился воздухом и закашлялся, зато второй оказался предельно наивен и, выпятив грудь, заявил.

— Да клянусь тебе, что сам, лично, усажу твою подругу на свои собственные коленки, еще и на руках три дня носить буду.

Зараза щелкнула пальцами, и голубое свечение, на миг охватившее боевика, вихрем унеслось в небо.

Это она что, клятву с него взяла?

Мы втроем уставились на метлу, но та лишь пожала плечами.

— Э-э, — растерянно протянул боевик, — а подруга у нас кто?

— Эйсма, — широко улыбнулась я, а заметив, что боевик слегка расслабился, добавила: — Вон она, как раз вашему другу руку заламывает.

Эйсма к этому времени действительно уже сидела верхом на своем сопернике и, держа обе его руки в захвате, что-то шептала тому на ухо. А так опрометчиво поклявшийся маг схватился за голову.

Довольная своей проказой, я никак не ожидала, что меня ухватят за талию и усадят-таки на коленки.

— Лихо ты его, — усмехнулся боевик. — Как зовут-то тебя хоть, гроза бравых парней?

— Ветер, — уже привычно представилась я, — а тебя?

— Надо же, а я тебя немного другой представлял, — рассмеялся боевик. — Я Стейн.

Что значит, представлял другой? Да я в этом мире всего второй день! Это что же, получается, не успела я тут обжиться, а обо мне уже слухи ходят?

— И какой же ты меня представлял?

— Вообще-то, мы думали, что Ветер — это она, — указав на Эйсму и чуть ли не плача, ответил за Стейна парень, которому я навязала орчанку.

— О! — воскликнула я. — Откуда взялись такие выводы?

— Так Ланделин весь вечер лед ко лбу прикладывал, а когда его спросили, что случилось, сказал, что от Восточного Ветра нежданный привет получил, а затем клял какую-то орчанку, которые нормальных ведьм портят.

Ох, ничего себе, оказывается, я Ланделину вестничка прислала. А ректора тогда как приложило?

Пока я сидела на чужих коленках и от осознания своей непутевости хлопала глазами, Эйсма закончила скручивать в рогалик боевика и подошла к нам. Не теряя момент, я соскочила с коленей и поспешила подруге навстречу.