Абигайль, или Романтическая катастрофа (СИ) - Полянская Екатерина Владимировна - Страница 62

Но прямо сейчас — безразлично. Только немного неприятно от того, что эта мерзавка висит на моем Тэрне…

— Перевожу, — вклинился Дотт. — Вам судьбой предназначено быть вместе. Или что-то вроде того. Ведьмы верят во всю эту чушь.

— Не просто предназначено! — безумного блеска в темных глазах стало больше. — Только вместе вы могли быть счастливы. А я сделала все, чтобы этого не случилось!

Она хищно облизнулась. Смотрела по-прежнему только на меня.

— Сначала мне показалось веселым забрать его себе. Но жить с ним невыносимо скучно. Тогда я решила уйти, но так, чтобы вы точно не могли быть вместе. В идеале его должны были казнить за мое убийство… или моя мамочка бы уничтожила. Но все пошло не по плану и пришлось на ходу импровизировать.

— Так Горгонья не знала?

Слабость снова накрыла с головой. Исключительно упрямство помогало мне держаться на ногах. И еще косяк, в который намертво вцепились пальцы.

— Нет, конечно. — Ранта совершенно по-детски затрясла головой. — От нее я тоже сбежала. Туда не ходи, этого не делай, магией не пользуйся. Надоело!

Совершенно очевидно, что она безумна.

Хотя бы у нас одна чокнутая, а не две.

Во всем можно найти что-то хорошее, если долго искать.

— Хватит разговоров, — отрезал Тэрн. — Идем.

От того, что ее волокут к двери, Ранта в восторг не пришла и слабо задергалась, но Тэрн не обращал внимания. Я впервые видела его таким жестким и холодным. Поведение ситуации полностью соответствовало, так что и не осуждала.

Дотт тронул меня за руку. Мол, отойди с дороги.

Позволять Ранте приблизиться ко мне я и сама не хотела, но…

— Абигайль, все в порядке? — Маг показался мне обеспокоенным, а если уж он беспокоится за ведьму — дело плохо.

Я неуверенно кивнула и разжала пальцы.

Небо и земля тут же поменялись местами. Несколько раз. Мне показалось, что я падаю, но так ли это на самом деле, узнать уже не получилось — меня поглотила темнота…

Странно, но в который уже раз после ужасов накануне просыпаться было легко и приятно. По крайней мере, я чувствовала себя бодрой и отдохнувшей, и уж точно у меня ничего не болело.

Глаза открывать не спешила.

Прислушалась к себе, потом к окружающему миру.

Последний ответил знакомыми голосами.

— Мы должны ей сказать, — настаивал Тэрн.

Остальные, судя по всему, пытались его в чем-то переубедить.

— Совсем не обязательно.

— Лучше не стоит.

— Это только все осложнит.

— Абигайль все равно узнает, — предельно тихо возразил Тэрн, — и получится только хуже.

Мыша пискнула свое веское слово, но что именно оно значило, никто, конечно, не понял.

— Просто ты и так отличился, не рассказав про первую невесту, и теперь страхуешься, — не удержалась от колкости Эли.

— Да не было никакой невесты! — забывшись, Тэрн повысил голос, и на него тут же зашикали. — Родители что-то там придумали себе. Мы бы никогда не поженились. Но девушка из-за этих бредней погибла. Я просто не хотел впутывать сюда ещё и Абигайль.

Объяснение… приемлемое.

— Не надо ничего говорить. — Даже Лайон участвовал, что… пугало, если честно. — Неизвестно, как теперь будет. Может, она и не поймет ничего.

— Насчет понять, не знаю, но не заметить изменения будет трудно. — Дотт тоже был тут как тут.

Расслабленность смыло волной паники.

Я резко села.

Да, видимо, в себя принято приходить как-то не так, потому что лица у всех вытянулись.

— Моя магия пропала, да? — Голос предательски дрогнул.

Почему все так смотрят?

Все совсем плохо?

— Напротив. — Тэрн улыбнулся и пересел на кровать рядом со мной. Успокаивающе сжал плечи. Подтянул одеяло, чтобы всяким там было не на что пялиться. — Она усилилась.

— Как это? — Мои глаза изумленно расширились.

— Ловушка повредила не саму силу, а то, что блокировало большую ее часть.

Ничего не понимаю.

Решительно ничего.

— А почему вы не хотели мне говорить?

Друзья запереглядывались.

Мы находились в замке. В покоях Тэрна, если быть точной. В мою-то комнатку в городе ни за что бы не поместилось столько народа. Сам хозяин, который ревниво заслонил меня от чужих взглядов, хоть я и была одета в его рубашку, а она не оставляла открытыми даже ключиц. Дотт — видимо, он все-таки на нашей стороне. Эли с Мышей — ну, эти от меня никуда. Что здесь делали Лайон, Мелин, Лис, Виолетта и даже целительницы, предположить не берусь, но как же приятно. Я не ожидала, что столько людей будут беспокоиться за меня. Хотелось разреветься и всех обнять, и они оценят порыв, только потом шуточками замучают.

— Сокровище, только не нервничай, — начало в исполнении Тэрна мне совсем не понравилось.

— После того как проявился дар, ты заболела, так? — Эли говорила более конструктивно, но все равно непонятно.

— Простудилась сильно, — растерянно подтвердила я. — Две недели с температурой провалялась.

— И у тебя на правом боку осталось три пятнышка, вместе образующих треугольник, — утвердительно дополнила Эли.

— Родинки у всех есть, — пожала плечами я.

Интуиция настороженно вскинулась.

— Так выглядят следы от применения зелья, меняющего дар. — Дотт даже фотографию на экране своего планшета продемонстрировал. Пятнышки точь-в-точь как у меня. — Его трудно достать, но возможно.

Твою ж метлу!

Я почувствовала, как глаза не то что расширяются, на лоб лезут!

Не может быть!

То есть, может и даже есть, но…

— Я решила поступать на боевого мага, — прошептала чуть слышно.

— А папа был против, — догадалась Эли.

— Восхищаюсь его изобретательностью, — забыв о солидарности, высказался Дотт. — Добыть это зелье почти невозможно.

Всхлип вырвался, кажется, из самых глубин души, а в следующую секунду я уже рыдала на груди у Тэрна. Как он мог?! Почему любимые люди постоянно обманывают? Все ведь могло сложиться совсем по-другому! Мыша взлетела на плечо к Тэрну и обняла нас обоих крыльями. Еще и розового тумана напустила, чтобы всякие там не видели, как ее ведьма плачет. Потому что у ведьмы, подозреваю, нос покраснел и распух, волосы спутались и вообще… Только когда полчаса спустя в комнате появилась домовая с цветочным чаем и большим пирогом, фамильяра ее подпустила.

Когда я немного оклемалась, выяснилось, что если магические изменения со мной и произошли, они незначительны. Резерв восстановился и не сказать, чтобы сильно увеличился. Сложные для ведьмы моей направленности чары я уже какое-то время творить могла. Значит, дело вовсе не в ловушке Ранты. Возможно, часть моей силы вернуло то первое соприкосновение с Тэрном, когда я лечила его. Или мое собственное упрямство, заставляющее раз за разом браться за почти непосильные задачи. Кто теперь узнает, да оно и не важно.

Судьба Ранту все же поймала. Дотт сдал ее Сайвену. Ради такого случая его даже развязали. Одновременно Летта позвонила Горгонье, но к тому времени, как та добралась, ее дочь уже была способна лишь смотреть в одну точку и пускать пузыри. Неслыханная снисходительность со стороны одного из тех, кого простые смертные когда-то прозвали драконами: он ее не убил. Правда, и жизнью такое существование назвать было уже нельзя, но это детали. Притворство, кстати, исключено: проверяли и грейфы, и независимая магическая комиссия, и даже Дотт.

Неприятности их семьи на этом не закончились. О сокрытии преступления и истории с запечатыванием стало известно, и в Академии Боевой Магии теперь новый ректор. Горгонья же с мужем вынуждены паковать чемоданы и перебираться в одну из дальних провинций. По слухам, там все время льет дождь и даже порталы срабатывают хорошо если раз в месяц. Там их ждет новая работа и постоянный надзор.

Вот и все.

В смысле, все справедливо.

…Прошедшие дни я не просто валялась в замке, попивая цветочный чай. Нет, я бы не отказалась. Но свадьбы сами себя не подготовят, как и документы по отработанному распределению. В итоге Дотт безропотно переносил меня то в Лельшем, то в столицу, то ещё куда-нибудь. К вечеру он обычно был выжат, как лимон, но ко мне вроде бы относиться стал чуточку лучше.