Милый, единственный, инопланетный (СИ) - Монакова Юлия - Страница 59

Значит, Тимка был с ней не совсем честен, раз умолчал о своём браке. А может, он просто не планировал ничего, кроме лёгкого флирта или, быть может, даже секса? Короткий южный роман с подругой школьных лет — Лиза уедет и никто ни о чём не узнает…

Первым трусливым порывом было сбежать. Собрать вещи, отдать хозяйке ключи и — если повезёт — вернуть хотя бы половину денег за проживание, уплаченных вперёд. А затем взять Илью и рвануть на вокзал.

Но… Лиза видела, как изменился сын всего за несколько дней! Каким он стал свободным, раскованным, практически счастливым. Ему полезны морской воздух и вода. Срывать его с места и тащить домой, в пыльную загазованную Москву, только потому, что его мать сошла с ума? Эгоистично и глупо. Остаться в Крыму, но сменить адрес, чтобы Берендеев не смог их найти? Вряд ли она так легко подыщет свободное и недорогое жильё в разгар сезона.

Да, ей необходимо было откровенно поговорить с Тимкой, осталось только выбрать время. В конце концов Лиза решила, что встретится с ним завтра утром вместо сеанса массажа. Жаль было, конечно, бросать только начатое, Илье действительно стало значительно лучше после одного-единственного раза, а полный курс вообще сделал бы из него другого человека. Но нет, нет… она так не могла. Лучше уж найти другого специалиста.

Несмотря на то, что Лиза давно избавилась от розовых очков, против воли ею снова и снова овладевала глупенькая надежда: а может, это всё-таки ошибка? Вдруг у Тимки нет никакой жены? Может, он даже сам распускает эти слухи, чтобы особо любвеобильные клиентки не строили ему глазки… Ну а почему нет?

Она лежала на кровати, прислушиваясь к ровному дыханию спящего Ильи. Время перевалило за половину двенадцатого, но, несмотря на предыдущую бессонную ночь, сна у Лизы не было ни в одном глазу…

И вдруг раздался короткий и осторожный стук в окно.

81

Лиза сразу же поняла, кто был незваным ночным гостем, и сердце пустилось вскачь. Быстро встав с кровати, она на цыпочках подбежала к окну и приоткрыла раму.

— Лиза? — раздался негромкий Тимкин голос. — Можешь выйти ненадолго? Надо поговорить…

— Сейчас, — шепнула она, уже нашаривая одной ногой пляжный шлёпанец. Губы пересохли от волнения, ладони вспотели, и всё-таки где-то в глубине души взметнулась радость — от того, что он пришёл, от самого звука его голоса…

Лиза осторожно приоткрыла дверь и выскользнула на свежий воздух, тут же почувствовав, как крепкие сильные ладони обхватывают её плечи.

— Что случилось, Лизюкова, чёрт побери? — вопросил он с недоумением. — У тебя весь день телефон выключен… Я и писал, и звонил… У тебя всё в порядке? А где Илья, как он?

Лиза почти не видела в ночи его лица и сейчас благодарила бога за эту кромешную тьму, иначе Берендеев рассмотрел бы её несчастные глаза.

— Скажи, а как твоя супруга относится к тому, что ты шляешься по ночам с другими женщинами по ресторанам и целуешься с ними под окнами?

Он отпустил её. С шумом выдохнул. Горько усмехнулся.

— Доложили уже…

Сердце сжалось. Так значит, это правда. Всё правда…

— Ну, во-первых, — начал он, — я не шляюсь с другими женщинами. Ты единственная, кого я пригласил поужинать и… кого поцеловал. Во-вторых… и это касается жены…

— Ну давай, скажи, что это не то, о чём я подумала! — злые слёзы уже подступали к глазам, и фраза прозвучала ехидно. — И что всё не так, как мне кажется. Что всё неоднозначно…

— Лиз… это действительно не то, чем кажется. Всё и правда неоднозначно, как бы тупо это ни звучало!

— Но ты женат?

— Я женат. Но…

Лиза истерически расхохоталась:

— Но с женой у вас нет никаких отношений, и ваш брак давно изжил себя, став простой формальностью?

Он отступил на шаг, беззащитный под её напором.

— Да, так и есть…

— Кто бы сомневался, — язвительно протянула она. — Скажи ещё, что она больна и ты не можешь от неё уйти, потому что тебя держит чувство долга…

— Можешь мне не верить, но это правда так! — почти закричал он.

— Господи, как глупо, — выдохнула Лиза разочарованно. — Я думала, ты умнее и придумаешь отмазку поубедительнее. Ты же пользуешься классическим шаблоном женатых мужчин, которые оправдывают свои походы налево…

— Ты мне всё-таки не веришь, — констатировал Берендеев.

— Извини, но — нет. Не верю и не хочу верить.

— Позволь мне хотя бы объяснить…

— Объяснить что? — перебила она.

— Что я к тебе чувствую, — сказал он тихо.

— Зачем, Тимка? Зачем… — голос предательски дрогнул и сорвался. — Ты даже не представляешь, как мне больно сейчас.

— Лизка… Глупая, бестолковая Лизюкова… думаешь, мне не больно? — его ладони снова легли ей на плечи, и она не нашла в себе сил отстраниться. Впрочем, он и не делал больше ничего недопустимого — просто приобнял. — Я же тебя столько лет любил. С тех самых пор, как мы познакомились.

Лиза задохнулась от этого откровения.

— Любил? Ты любил меня?!

— Сначала в школе и потом ещё несколько лет после выпуска…

— Почему ты никогда не говорил мне об этом?

— Ты бы не услышала, — он невесело усмехнулся. — А если бы и услышала — не поверила и не поняла бы… Тогда я был тебе не нужен. По крайней мере, не нужен как парень. Именно поэтому я и оставался просто другом. Это же лучше, чем ничего.

Лиза не выдержала, уткнулась лбом ему в грудь и наконец расплакалась.

— Идиот… ну какой же ты идиот… ведь если бы я знала раньше… если бы ты сказал мне… может, со мной не случилось бы всего того дерьма… и этого нелепого брака…

— Ты развелась с Тошиным? — спросил он глухо. Лиза кивнула.

— Конечно… давным-давно…

— Я не знал. Чёрт, я ничего не знал, потому что боялся искать о тебе любую информацию, мне просто очень хотелось… вылечиться от этой своей любви, понимаешь?

Он погладил её по волосам. Лиза отстранилась и взглянула ему в лицо, пытаясь рассмотреть в темноте его выражение.

— Вылечился?

— Я честно думал, что меня отпустило… а вот увидел тебя вчера — и как с катушек слетел. Даже не предполагал, что меня опять так резко накроет. Лиз, ты — самое лучшее, что было в моей жизни.

Она снова захлебнулась слезами.

— А… твоя жена?

— Мы учились вместе в институте. Она была мне хорошим другом — правда, так и не смогла стать лучшим другом… каким была для меня ты. Но мне казалось, что брак с ней — отличный способ окончательно тебя забыть и распрощаться с детскими иллюзиями.

— Она больна?

— Да, уже давно и, к сожалению, без надежды на восстановление. Если использовать медицинскую терминологию, то…

— Не надо, — Лиза закрыла ему губы ладонью. — Не надо подробностей. Не хочу чувствовать себя ещё больше виноватой перед ней.

Его пальцы до боли стиснули её плечи.

— Ты ни в чём не виновата, Лизка! Прекрати! Я просто дурак. Я действительно запутался и не знаю, что мне сейчас следует делать… но я не хочу, просто не могу тебя опять потерять, понимаешь? За эти единственные сутки я был счастлив так, как не был никогда в жизни…

— Ты не можешь оставить свою жену, — негромко и твёрдо напомнила Лиза. — Я знаю, что ты не подлец и не предатель. А значит… значит, это очень хорошо, что у нас не успело зайти слишком далеко. Нам просто не следует больше общаться, вот и всё. Тебя опять отпустит. И я… я тоже смогу всё забыть. Благо тут и забывать пока не так много придётся, — она усмехнулась, чувствуя всю неуместность своего смешка и горечь слёз на губах.

— Думаешь, это выход? — отвернувшись, спросил он.

— У тебя есть другие варианты?

Тимка промолчал.

— И вот ещё что… — давая понять, что разговор близится к логическому завершению, Лиза сделала шаг назад, увеличивая дистанцию между ними. — Может быть, ты порекомендуешь Илье какого-нибудь другого специалиста по массажу? Извини, но мы больше не сможем к тебе приходить.

— Глупости… да что за глупости ты несёшь, Лизюкова! — он почему-то страшно разозлился. — При чём тут наши отношения и твой сын? Я сказал, что сделаю для него всё, что смогу, и я намереваюсь выполнить своё обещание.