Цветочек для двух альф (СИ) - Ребехар Реста - Страница 18

Игорь Сергеевич давно уехал. Он не собирался задерживаться, как только увидел, как мы проводим время. Проклятый волк всё знал, понимал и предвидел. Он специально подсунул меня сюда! Но сейчас не стоило об этом думать, иначе я вообще не смогу заснуть до самого утра.

Через полчаса смогла задремать, но уже совсем скоро меня разбудил грохот. Это был гром. Следом за ним сверкнула молния, а после неё вторая, ослепительно яркая. Она полыхнула так, что я на миг потеряла способность видеть. За ней снова громыхнуло, от звука чуть ли не закладывало уши.

Хотя окно в мою спальню было закрыто, я снова дрожала. На этот раз от страха. Всегда боялась грозы. В детстве, услышав гром, я всегда прибегала в кровать к маме и папе. Потом, после смерти мамы, когда я жила с отцом, лишь съеживалась, крепко обнимала подушку и пряталась под одеяло с головой. И, конечно, закрывала все окна и не спала до рассвета.

Здесь, на втором этаже, да еще в горах, казалось, что я совсем близко к этой жуткой грозовой туче. В горах было так высоко, что молнии, как мне чудилось, готовы были вот-вот ударить прямо в меня.

Встала, покрепче запахнула халат, сунула ноги в тапочки и побежала вниз, на кухню. Пересижу лучше там, будет спокойнее. Будет хоть какая-то иллюзия защищённости.

Но мои надежды пошли прахом.

Гроза громыхала всё оглушительнее. Молнии ярко сверкали. На лестнице и в гостиной раскаты было слышно не так сильно, но стоило подойти к кухне, как я услышала их совсем рядом. А затем, распахнув дверь, увидела, что окно кухни открыто настежь.

Порывы сильнейшего ветра разбрасывали дождевые капли по всему помещению. Молнии полыхали. От грома закладывало уши. А посреди всей этой вакханалии у подоконника стоял Вячеслав. В руке его была полная бутылка виски.

— Линочка, протянул он. — Вот тебя-то мне и не хватало. Что, наша кошечка боится грозы?

— Простите, я уже ухожу, — пропищала, шарахаясь назад. Нет, я лучше вернусь в комнату и как-нибудь постараюсь успокоиться. Даже не знаю, что пугает больше — гроза, которую придется переждать на втором этаже, или это распахнутое окно и к тому же не совсем адекватный оборотень. Хотя когда он бывал адекватным?

Но тут Вячеслав отставил бутылку. Она громыхнуло по столу, и гром с улицы отозвался эхом. Мужчина же одним прыжком оказался возле меня.

Он сгреб меня и прижал к себе. Сильная рука схватила мою голову за подбородок, заставляя посмотреть прямо в горящие волчьи глаза.

— Нет, милая, ты никуда не уйдёшь. Нам пора закончить то, что мы начали.

Его дыхание ничем не пахло. Он точно не был пьян. А потом все мысли выбило из моей головы, когда его губы прижались к моим, и целый вихрь эмоций захлестнул все тело.

Меня охватил дикий ужас. Я наедине с этим волком, и на этот раз ничто меня не спасет! А за окном бушует такая гроза… А главное, я даже не смогу и не захочу сопротивляться!

Он ощутил мой страх. Его руки вдруг стали ласковыми. Теперь он уже не стискивал меня, а бережно прижимал к себе и гладил. Одна рука дернула завязки халата, и ткань упала на влажный пол. Холодный ветер коснулся разгоряченной кожи. Я вскрикнула и постаралась отстраниться.

Вячеслав прекрасно понимал, какие чувства владеют мной. Его руки с бешеной страстью заскользили по моему телу. Язык ворвался в мой рот. Я больше не чувствовала в себе силы противостоять нарастающему желанию, которое рвало на части изнутри. Приоткрыла губы и подалась ему навстречу.

Нет, я не хотела делать ему авансов. Я сама ещё не разобралась в себе и лишь тянулась к удовольствию. Но оборотню было достаточно. Он подхватил меня под ягодицы, притиснул пылающим потаенным местечком между ног к твердому бугру, который приподнимал ткань его брюк, и, не прерывая поцелуй, понес вверх по лестнице.

Глава 3.2

В его спальне мы оказались как-то слишком быстро. Или, может, я уже не соображала? В любом случае, мой рассудок уже был затуманен. Что бы там я понимала — только чувствовала, как Вячеслав впивается в мою шею страстными поцелуями, оставляя алый след, за который, наверное, завтра мне будет стыдно.

Но не сейчас. Мысли расплывались, концентрируясь только на том, как бы удержаться и не упасть. Волк тем временем проявлял свою сущность. Со всей властью, которая только может быть в его руках, он схватил халат за воротник и разорвал его на две части, яростно пробираясь к груди.

— Можно было и не… — хотела уже сказать, но оборотень не позволил — мужчина резко прикусил набухший сосок. Я вскрикнула, ощущая, как волна наслаждения захлестнула меня с новой силой. Было плевать даже на то, что дверь не закрыта и вот-вот нагрянет Мирослав.

Плевать. Плевать на всё, кроме того, что один из близнецов припал к моей груди, покрывая поцелуями каждый сантиметр. Голова кружилась от обжигающе терпкого запаха мужчины, который был готов…

Мысли спутались, ведь в следующий же момент он повалил меня на кровать, властно накрывая своим телом.

— Ну, что, кошечка, теперь не сбежишь, — его хищная ухмылка должна была устрашать меня, но я только улыбнулась сквозь пелену вожделения.

— Как будто я собиралась, — улыбнулась ему, теряя последние капли рассудка. Распаленный мужчина тем временем резко разорвал ночную рубашку, яростно принимаясь целовать мой плоский животик.

Всё внутри закручивалось в пружину, концентрируясь где-то в паху. Казалось, меня зажгли будто спичку, и я была готова вот-вот сгореть от желания. Горячие руки бродили по телу, наконец коснулись трусиков и, с улыбкой на лице, оборотень сорвал и их тоже.

Я взвизгнула, но тут же откинулась на кровати, чувствуя, как умелые пальцы раздвигают мои складочки. Стало стыдно, хотела сдвинуть ноги, но животная хватка мужчины мне этого не позволила.

— Посмотрим, насколько сильно ты меня хочешь, — снова эта надменная улыбка, которая почему-то сейчас безумно заводила. Его голодный взгляд устремился на меня, руки сжали ноги так, чтобы я точно не сбежала, а язык принялся исследовать клитор. Пелена возбуждения снова накатывала на меня так сильно, что я не удержалась, громко вскрикнула. На секунду смачный шлепок отпустившей ногу руки меня отрезвил, но вскоре я откинула голову — новая волна неги. Захотелось кричать, выкрикивать только его имя. Тело стало горячим, пальцы сами собой сошлись на волосах

Вячеслава. Неужели это я такая пошлая? Порочная?

К чёрту — мне об этом думать не хотелось, только окунаться в этот океан порока снова и снова, чувствовать, как горячие руки уносят меня всё дальше и дальше от реального мира.

Сладкий плен продолжался не так долго, и, как только губы в прощальном поцелуе коснулись лона, я почувствовала то, как его пальцы входят в меня.

— Вячеслав! — выкрикнула его имя громко, даже не ожидала подобного. Мной двигало только ярчайшее, вспыхивающее внутри желание покориться ему, этим вечером выполнять всё то, о чём он говорит.

И что делает.

Тело затопило жаром, его ласки казались мне сладкой мукой. Я дрожала от удовольствия, чувствовала каждое его движение, стискивая зубы в те моменты, когда он двигался слишком далеко.

Освободиться из плена удовольствия удалось лишь на секунду, когда близнец отпрянул. Я чувствовала его учащённое дыхание, смотрела на то, как сильными накаченными руками он снимает джинсы и боксеры. По сути, оголённый полностью мужчина мог бы меня напугать, но нет — вид набухшего огромного члена меня только возбудил ещё сильнее. Я не знала почему — возможно, обжигающее наслаждение было слишком сильным и опомниться я смогла только когда он снова властно прижал меня к кровати, головкой касаясь половых губ.

— Я… У меня до тебя никого не было, — я несмело качнула бёдрами, немного прикрывая лоно. Как же стыдно-то! Я хранила себя долгое время, но произносить это было как-то непривычно.

Вместо ответа, он прислонил указательный палец к моим губам и стал входить медленно, думая, что это мне поможет привыкнуть, но нет — я сжала губы и закрыла глаза, надеясь, что это поможет.