Дженни ниоткуда: Ночные призраки (СИ) - Ветрова Полина - Страница 64

— Дядя! Что ты здесь делаешь? Почему тебя не было дома? Я уже полгорода обегала в поисках!

Квестин сперва напрягся и развернулся, перехватывая трость, потом узнал Дженни и шагнул навстречу. К несчастью, он наступил на лужу, в которой все еще не растаял лед, поскользнулся — точно, как Дженни часом раньше. Она успела подхватить «дядю».

Вместе они доскользили к самым дверям «Улыбки Вилены». И вовремя! Дверь распахнулась, раздался голос Морко Гучиха:

— Куда? Если барышня просит остаться, ты должен…

Потом гоблин спиной вперед вылетел из освещенного проема и оказался в объятиях Квестина и Дженни. От этого толчка они снова отъехали по льду от входа в заведение. А оттуда вывалился Эрик, за ним Ирви, которая вцепилась в его рукав и громко рыдала:

— Не уходи! Не уходи!

Повязки на лице Эрика уже не было. Он прикрывал половину улыбки рукой и бормотал:

— Я не хочу, но он зовет. Морнольк зовет. Я правда не хочу, нет… но он зовет, тянет… Я не могу, не могу…

Он сделал еще шаг, увлекая за собой Ирви. Дженни разглядела позади них удивленное лицо Клементины, растерянную Дангу, а еще дальше — других тружениц заведения. Это значит, они все глядят на рыдания Ирви, на Эрика с неестественной ухмылкой в пол-лица… глядят и поражаются, какой сегодня необычный день.

И тут в младшей Сервейс, похоже, проснулся солдат эверонской пехоты. Она уперлась и рванула Эрика с порога обратно, рявкнув:

— Чтоб тебя Мегрис драл! А ну, назад! Никуда ты не пойдешь!

Потом голос сорвался, и она закончила совсем уж жалобно:

— Эрик, я тоже не могу! Не могу без тебя! Ведь я тебя ждала, только тебя ждала всю жизнь…

Ирви снова дернула изо всех сил, и страшный убийца Черная Рука, который разделался с Крысиным Волком и только что шутя отшвырнул здоровенного гоблина, не устоял. Он попятился, они оба чуть не свалились, и Ирви оказалась в объятиях Эрика.

— Ну, я же не смогу быть тем, кого ты ждала, — растерянно промямлил он. — Пойми, во мне лишь половина души, ты не будешь счастлива со мной.

— Да провались ты в дырку Вилены со своими глупостями, — прорыдала Ирви, тиская грязную рубаху на боках Эрика. — Во мне два человека, две души, нам обоим хватит.

— Молодой человек, — строго произнесла Клементина. — Если моя сестра сказала, что ты не уйдешь, значит, так и будет. Это мое заведение, и здесь все делается так, как я скажу. Ирви заслужила свое счастье. Этим счастьем оказался ты, значит, она получит тебя.

Эрик еще вяло дергался, но Ирви взвыла, роняя крупные слезы — и победа осталась за ней.

— Веспер с вами, я предупредил. По крайней мере, конец моей службе у Морнолька, больше не буду таскать для него воду на чердак, — сказал он. — Мне нужен острый нож. Очень острый. И еще хорошо бы кипяток, промыть лезвие.

Дженни удовлетворенно кивнула и ткнула в бок Морко Гучиха:

— Слышал? Ему нужен острый нож. Валяй, твой выход.

Все засуетились, Морко, звякнув сюртуком, вытащил клинок, Квестин хлопал глазами и просил, чтобы ему хоть что-то объяснили, но на эту просьбу, конечно, никто внимания не обратил.

Ирви утащила Эрика к себе, посадила перед зеркалом. Дженни была с ними, больше никого.

Про кипяток, разумеется, все забыли, но Дженни налила воды в миску и, сунув туда кончики пальцев, быстренько добилась пара и пузырьков. Все волновались, никто не глядел, как там образовался кипяток. Она, промыв лезвие, вручила нож брату. Эрик приник к зеркалу и медленно провел острием по левой щеке вокруг своей жуткой ухмылки. Потекла кровь, в ране показалось что-то черное. Эрик, не поморщившись, потянул это нечто и стал выдирать из себя.

— Не смотрите, — спокойным тоном попросил он, — это скоро кончится.

Ирви зажмурилась, но Дженни не могла заставить себя отвернуться. Эрик тянул и тянул, под пальцами раздавался жутковатый хруст и треск. Мало-помалу он выдрал нечто черное, извивающееся, больше похожее на живое существо, чем на волос. За время пребывания в теле человека Волос Гианзы успел пустить побеги, и то, что оказалось в руке Эрика, было похоже на многоножку. И, что хуже всего, оно извивалось и трепетало.

Брат с минуту держал Волос перед глазами, как будто хотел получше рассмотреть и запомнить. Потом швырнул на пол и припечатал башмаком. Капли крови стекали по щеке, падали вокруг этого башмака, усеивали пол.

— Вот и все, — сказал он. — Больше не зовет, ничего не ощущаю.

Потом выронил нож и упал.

— Это дня на три, слабость и беспамятство, — авторитетно объяснила Дженни заплаканной подруге. — Потом получишь свое счастье в лучшем виде. Наше агентство выполнило заказ, тайный воздыхатель пойман. Дальше все в твоих руках.

Дженни аккуратно закрыла дверь, оставив Эрика в объятиях рыдающей Ирви, спустилась в зал. И оказалась в центре всеобщего внимания. Все взгляды скрестились на ней. Вооруженные девицы, Клементина, Квестин и Морко ждали ее слов.

— Порядок, — бодро объявила она. — Во всяком случае, сбежать он больше не пытается.

Было бы интересно поглядеть, как пытается сбежать потерявший сознание человек.

Под перешептывание девушек, лязг оружия в их руках и шорох платьев она проследовала к «дяде». Потом они втроем с гоблином отошли в угол, чтобы никто не подслушал.

— Я надеюсь, Морко тебе все рассказал? Потому что я не в состоянии повторять эту историю еще раз. А что было у нас на Горшечной?

— В том-то и дело, что ничего! Толпа бесновалась в других кварталах, хотя кое-кто из соседей присоединился к бунту. А у нас было довольно тихо. Джек Джек вооружил свою банду арбалетами и прикрыл окна сколоченными из досок щитами, оставив узкие щели. Может, в этом и была причина того, что погромщики обходили Горшечную стороной. Вы не появлялись, и я решил, что в такой час могу понадобиться Клементине.

Бедный «дядюшка», ему было необходимо, чтобы кто-то нуждался в его помощи. Сперва он служил городу, потом решил, что позаботится о Дженни. А тут вдруг — раз, и никому, оказывается, не нужна защита пожилого, но крепкого, детектива.

- …Вы пропали, но миссис Сервейс-то никуда не должна была деться из своего заведения. Пока пробирался по городу, несколько раз видел, как громят лавки и мастерские гномов, причем кое-кто из погромщиков оказался с Горшечной улицы. У нас не решились буянить, но присоединились к толпе. Странно, до сих пор я считал, что рядом с нами живут исключительно положительные и рассудительные люди.

— Ничего странного, они же читают газеты. Значит, склонны к безумию. Но оставим философию. Я существенно продвинулась в расследовании, завтра решительный день, и мне понадобится помощь. Морко Гучих, ты со мной?

Она коротко пересказала предположения Ингвара относительно замысла Истригсов. Гоблин с «дядей» только таращились и качали головами, слишком много всего сразу она выложила.

— Так вот, я собираюсь сорвать планы Сертиаса, — заключила Дженни. — Для этого понадобится рискнуть.

— За весь день я потерял только два ножа, — гоблин тряхнул полой сюртука, и там звякнуло. Это он намекал, что взял с собой гораздо больше двух. — Так что я не прочь расстаться еще с несколькими, лишь бы нашлось, куда их пристроить. Ну, то есть воткнуть. А то, получается, зря таскал на себе столько железа.

— Погодите, но я тоже должен участвовать в деле, — поспешно вставил «дядя». Бедняга. Опять никто не просил его помощи!

— Ваши ребра, мистер Квестин, они нескоро срастутся, — напомнил Морко, — боюсь, вам лучше бы подождать здесь. И прошу, присмотрите за Дангой, она нуждается в защите.

— Данга?

— Вон она, идет к двери, — указал Морко. — Она славная девушка, но очень уж легкомысленная. Ваша рассудительность, это именно то, что поможет ей пережить завтрашний день. Вы уж приглядите здесь.

Гоблинша с топором на плече как раз в этот миг пнула жалобно скрипнувшую дверь и вышла, направляясь на свой пост у входа. Выглядела она очень грозно и, честно говоря, вряд ли нуждалась в присмотре.