Сто оттенков страсти (СИ) - Майер Кристина - Страница 5

— Весело? — процедил он сквозь плотно сжатые зубы.

«Уже нет…»

— Мне позволителен только определенный вид поведенческих реакций? — подогреваемая весельем, продолжала его злить. Держаться, не улыбаться! Изо всех сил старалась выдержать серьезное выражение лица. — Так ты обозначь, как мне себя вести? В какие часы позволительно грустить, в какие рыдать, а в какие биться головой о стену, чтобы доставить тебе максимальное удовольствие.

— Хочешь доставить мне максимальное удовольствие? — плавно, словно патока, потек его голос.

«Он только это услышал?!»

«А ты, Никита́, думай, прежде чем рот открывать!» — снова вмешался голос разума.

Ругай себя не ругай: слово не воробей — вылетит, не поймаешь. Нужно как-то выкручиваться… Вот же извращенец!

— Твоя падкость до низменных удовольствий меня совершенно не интересует, — как можно пренебрежительней ответила я.

— Низменных? — прищурив глаза, он внимательно меня рассматривал, словно увидел перед собой какое-то чудо-природы. Как назло мы в это время застряли на светофоре. — Ты что, фригидная? Или тебя нормально не трахали?

«Что значит — нормально не трахали?!»

— Вижу, тебя частенько трахали, — от возмущения мой голос стал выше и тоньше, — головой о стену! С треском и шумом!

— Если бы ты могла пробудить во мне сексуальный интерес, — процедил он, недобро ухмыляясь, — я бы тебе показал, кто кого и как трахает! Вместо треска и шума ты бы орала и стонала!

— Твой интерес — последнее, что мне от тебя нужно! Даже твоя помощь по возвращению племянницы уже не требуется, воспользуюсь запасным планом. Дай только уехать, и ты о нас больше не услышишь.

— Что за запасной вариант? — свел он недовольно брови.

— Не твое дело, — огрызнулась, словно обиженный ребенок.

— Надо было думать, прежде чем врываться в мой кабинет! То, что я о вас больше не услышу, даже не сомневаюсь. Но вопрос я намерен решить лично. Хочу убедиться, что в этот раз смогу его уладить навсегда.

От его тона холод прошелся по позвоночнику, а пальцы на ногах поджались от страха.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Он же сейчас не об убийстве говорит?»

Взглянула опасливо на Алмазова, не знаю, что я хотела понять, но мои страхи его внешний вид не рассеял. Как вообще выглядят убийцы? Кто станет утверждать, что такие красавчики не способны на преступление? Что-то все меньше и меньше я верила словам Оксаны. Она-то на него смотрела сквозь розовые очки!

Оставшийся путь мы проделали в относительной тишине. Несколько раз звонил его мобильник, но Алмазов, взглянув на дисплей, сбрасывал звонок.

Примерно через полчаса мы въехали на охраняемую территорию жилого комплекса.

— Выходи из машины и вещи свои не забудь забрать, — пристально глядя на меня, произнес он. — И без фокусов давай!

Забирать рюкзак я не спешила. Открыв заднюю дверь огромной машины, незаметно оглядела местность и будку охраны.

— Даже не думай, они тебе не помогут, — насмехаясь, произнес он за спиной. Наклонился через меня и достал рюкзак. — Идем, — захлопнув дверь, взял за локоть и потащил за собой.

Элитная квартира, в которую мы поднялись, находилась на седьмом этаже.

«Жилье новое и холостяцкое». - обведя взглядом дорогущий ремонт, подумала я.

— Разувайся и следуй за мной. Покажу тебе спальню. — не дожидаясь меня, он скинул туфли и углубился внутрь квартиры.

Минимализм во всем, и это не только о дизайне интерьера. Вешалка в прихожей была пуста, словно ей никогда не пользовались. В доме не увидела ни одной картины, статуэтки, даже паркетные полы были без ковров, а если зимой отопление в доме отключат?

Из мебели пока заметила только большой кожаный диван в гостиной и почти на всю стену телевизор. Хорошо, что хоть занавеси на окнах имеются, а то чувствовала бы себя как в аквариуме.

Зато света в квартире было много! Огромные окна, всевозможные люстры, светильники, подсветка на потолке…

В одну комнату дверь была закрыта, а вот в другой, попавшейся мне на пути, совсем отсутствовала мебель.

Алмазов стоял возле дальней двери и ждал, когда я подойду.

— Будешь спать здесь, — входя в единственную обставленную комнату, недовольно проговорил мой похититель. — Я пока переберусь на диван.

— Ты собираешься жить вместе со мной?! — опешила я от заявления Алмазова.

Судя по его выражению лица, он был моим вопросом обескуражен не меньше.

— С чего ты взяла, что я собираюсь с тобой жить? Это всего на два дня, послезавтра мы летим в Ставрополь.

— Летим?! В Ставрополь?! — глубоко во мне начиналась зарождаться паника. Я ужасно боюсь высоты! — Я поеду поездом!

— У меня нет времени колесить по стране, — равнодушно произнес Алмазов, а я не стала спорить. Не осталось сил на эмоции, очень устала в последние дни.

— Вечером обо всем поговорим, сейчас у меня много дел, — отвернулся он к шкафу, встроенному в стену, достал чистые сухие вещи и прошел мимо меня в комнатку напротив.

«Душевая». - отметила для себя. Я бы тоже не отказалась погреться под теплыми струями воды.

«Мне что, тут все время стоять? Ждать, когда он выйдет?»

Сесть было некуда. Светлое чистое покрывало пачкать не хотелось. Вытащив из рюкзака шнур и телефон, нашла розетку и поставила мобильный на зарядку.

Алмазов вышел из ванной комнаты. Мужской парфюм коснулся обоняния… Я же почувствовала себя в этот момент замарашкой. Выглядел он так, словно только что побывал у модного стилиста.

«Вот такие вот экземпляры и портят жизнь порядочным девочкам! Глаза бы мои на него не смотрели!»

Сделав шаг, он неожиданно остановился. Мне не нравилось, что я на него таращусь, резко опустила глаза в пол и принялась считать до десяти, чтобы унять непонятно откуда взявшееся волнение. Алмазов вошел в спальню и встал напротив, но я упорно делала вид, что разглядываю глянцевый паркет.

Тепло чужих пальцев неожиданно обожгло подбородок. Подняв мое лицо, Алмазов вынудил смотреть ему в глаза. Он буквально навис надо мной. Под пристальным опасным взглядом казалась, что я становлюсь меньше ростом.

— Я не ошибусь, если предположу, что наша ненависть взаимна? В наших интересах разойтись мирно. Один проступок, и я перестану быть благородным. Поняла? — в голосе Алмазова звучала угроза. В этот момент я почувствовала вибрации его гнева, разумнее всего было согласно кивнуть.

Больше ничего не сказав, он убрал пальцы от моего лица и направился по коридору к входной двери.

— Можно мне воспользоваться кухней? — выбежав за ним, прокричала в закрывающуюся дверь. Ответом мне стал щелчок поворачиваемого ключа в замке.

«Отвратительный тип! Почему именно он должен был стать отцом Лизы?!»

Деспот ушел, можно было уже не стесняться: опустившись на голый пол, принялась перебирать вещи в рюкзаке.

Деловой костюм и блузку стоило постирать. Собиралась в этом наряде сегодня отправиться на встречу, но один непорядочный водитель окатил меня из лужи, пришлось переодеваться в то, что еще оставалось чистым.



Отыскав нижнее белье, отложила его в сторону. Вытряхнув все содержимое, убедилась — переодеться мне не во что.

«Извини, Алмазов, вынуждена позаимствовать у тебя футболку» — поднимаясь на ноги, подумала я.

Открыв шкаф, прошлась взглядом по полкам и еще раз убедилась, что это жилье холостяка! Ну, или как в случае Алмазова, квартира, в которую он водит своих любовниц, а жена ждет его дома с пирожками и борщом.

Выбор пал на светло-серую футболку. Развернув вещь, осталась довольна — длина мне до колен. Собрав свой пыльный гардероб, отправилась на поиски стиральной машины…

Стирать пришлось на руках — порошка в доме не нашлось!

Найдя на балконе сушилку для белья, развесила свои нехитрые пожитки, нижнее белье спрятала в середине. Отжать на руках вещи сил не хватило, придется потом несколько часов подтирать лужи.