Потаенные страхи (СИ) - Хворостянова Варя - Страница 31

— Ну… кхм… Понимаешь, здесь нет четких границ. Кому-то достаточно нескольких месяцев, а кому-то и пары лет не хватит.

— А в ее случае что можешь сказать?

— В случае с ней… Динамика есть, и положительная. В сравнении с тем, какой Майя сюда прилетела, дело движется. Обмороки случаются уже гораздо реже, головные боли тоже беспокоят ее меньше. А вспыльчивость или яркое проявление каких-либо эмоций… Что ж… Можно провести курс лечения у психиатра. С профессором они уже не раз беседовали, так что проблем быть не должно.

— И что, поможет?

— Если честно, я не думаю. Пройдет время и она сама справится. Антидепрессанты лишь загонят все ее чувства вовнутрь. А Майе, наоборот, необходимо давать выход эмоциям. Тем более, в вашей профессии излишняя эмоциональность только на руку.

— Излишне эмоциональные слишком быстро сгорают… Хорошо, что мне делать с такими ее внезапными приступами?

— Старайся успокоить ее. Раз ты с ней, то и иди с ней до конца, через все трудности. Будь ей надежной опорой.

— Я понял. Спасибо, Алан… — секундная пауза. — Слушай, а ты не хочешь выпить сегодня вечером?

— А мириться ты разве не пойдешь?

— Пойду, но только не сегодня. Ей есть о чем подумать без меня. Ну, так что? Если нет, то я закроюсь в номере, напьюсь до чертиков и начну буянить.

— Черт с тобой. Давай через бар и ко мне в номер.

— Договорились!

Вечером, как и договаривались, двое молодых мужчин запаслись выпивкой в баре и закрылись в номере Хаггарда. В течение дня Андрей не пересекался с Майей.

Он безумно волновался о любимой, но не хотел попадаться сегодня на глаза. Решил, что девушке нужно было дать немного времени, чтобы осмыслить утренний разговор. Как по поводу операции, так и по поводу отношений. Пусть сама решит, что для нее будет лучше.

— И ты это все осилишь? — спросил светловолосый, скептически поглядывая то на бутылки, то на актера.

— Да как пойдет. Так, на всякий случай. Вдруг кого позвать захочешь?

— Только не Мейсон! Умоляю! Эта ведьма кого угодно перепьет!

— Ха-ха! Даже грозный и неприступный Алан Хаггард кого-то опасается. Причем женщину.

— Это сам дьявол в теле женщины! Неугомонная, безбашенная, любого мужчину заткнуть сумеет.

— Ну, об этом я уже знаю, — улыбаясь, сказал Андрей.

За час эти двое осушили одну бутылку виски и ополовинили вторую.

— Скажи честно, за каким чертом ты закрылся у меня в номере?

— Честно?

— Угу…

— Чтобы проснуться утром и быть уверенным, что ничего не натворил ночью.

— Идиот… — подытожил Хаггард. — Бежал бы скорее к своей принцессе, пока не напился.

— Я себе не доверяю.

— Оу… Похвально… Значит, близки вы еще не были? Жаль… Обстановка более чем располагает…

— Тут ты, конечно, прав. Но… Я не трону ее, пока она не будет готова. Хочу… чтобы… Чтобы все было… правильно, что ли…

— Я бы… Я бы на твоем месте… не выпускал ее из объятий… Кто знает… сколько вам отпущено быть вместе…

— Мне очень жаль, старик… — актер мягко похлопал мужчину по плечу. — Я понимаю твое горе, пусть и не так сильно. Но горечь утраты познать мне уже довелось… Я знаю, что ты держишь все в себе. В общем, если захочешь выговориться, я всегда к твоим услугам. Прилечу из любой точки земного шара.

— Спасибо, дружище…

— Я… слышал, что позавчера была годовщина… Ты как?

— Хуже мне не будет, если ты об этом. Я давно умер, вместе с ними… Они… приходили ко мне. Я узнал, как зовут мою доченьку. Эмма… Линда назвала ее так, как мне и хотелось, представляешь? Энди, она такая красивая, — состояние Алана выдала только слеза, скатившаяся по щеке.

— Я уверен, они всегда рядом с тобой и оберегают тебя.

— Да, Эмма сказала то же самое.

Еще час, и в ход пошла бутылка бренди.

— Спорим, ты не сможешь изобразить… моего управляющего, например?

— Алан, я даже и спорить не буду. Я же актер, а не шут балаганный…

— Про… проигра-ал…

— Хорошо, проиграл, доволен?

— Не-а… Вот тебе подзатыльник… — светловолосый мужчина попытался отвесить актеру добротный подзатыльник, но промахнулся, и ладонь скосила по макушке. — Вот-так… Хе-хе… Знаешь, а ты о-о-очень изменился с нашей последней… встречи. Раньше ледышка бесчувственная была вместо тебя. А теперь… передо мной… сидит живой человек… Он чувствует, волнуется, радуется, злится и соп-переживает. Я очень рад таким… изм… изменениям.

— Я тоже рад этим переменам, дружище. Спасибо.

ГЛАВА 9

Их посиделки закончились с рассветом. Горин уложил уставшего друга спать и вышел на балкон. Утренняя прохлада немного освежала.

Получилось…

Алан смог выговориться, поделиться своей невыносимой болью. Актер принял часть на себя, хоть и малую. Он надеялся, что, пусть немного, но его другу стало легче. И Андрей был бы рад этому. Почему-то на душе стало очень грустно и тоскливо. Брюнет взял со столика пачку сигарет и зажигалку.

Смог бы он так? Нет, не смог бы. Определенно последовал бы за любимой. Он не сможет жить в мире, в котором Майи не будет существовать…

Глубоко затянувшись, выпустил сизое облачко. Закрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям. По телу разлилась теплая волна удовольствия. Как давно он держал сигарету в последний раз?

Перед глазами всплыл образ девушки с огненными волосами. Он понял, что готов терпеть все перепады ее настроения. Все причуды, все капризы — все, что угодно. Исполнит любое ее желание, малейшую прихоть…

Оставив Хаггарда мирно спать, молодой человек вышел из номера. Было слишком рано, но работники центра уже сновали туда-сюда. Актер предупредил, что хозяин отдыхает и тревожить его не нужно. Прогулявшись немного, брюнет отправился к себе. Ему жутко хотелось спать. Четырех часов вполне хватит, чтобы восстановить силы. Наконец, оказавшись в своей спальне, мужчина остановился в двух шагах от кровати. Нежно улыбнулся.

В его постели спала Майя. Красный опухший нос без труда дал понять, что она плакала.

“Как она пробралась сюда? Я же запер двери… Ах да… Я снова забыл про балкон.”

Брюнет тихонько лег рядом. Чуткий сон девушки мгновенно прервался. Она распахнула глаза. Несколько секунд оба удивленно смотрели друг на друга. Рыжая протянула руку и коснулась мужского лица, чтобы проверить, не приснилось ли. Убедившись, что это не сон, она с облегчением выдохнула.

— Ты чего? — спросил молодой человек.

Актриса резко села, но не рассчитала и поплатилась головокружением. Андрей моментально подорвался и, готовясь ловить любимую, сел, выставив руки. Поймав равновесие, девушка уставилась на Горина.

— Где ты был так долго? — спросила шепотом.

— В каком смы…

— Я чуть с ума не сошла от беспокойства! Весь день тебя искала! — слезы побежали по щекам. Парень растерялся. Он даже не подумал о том, что Майя могла его искать.

— Я… Я не думал, что ты будешь меня искать. Ты просила оставить тебя в покое…

— Дурак! — девушка бросилась на шею любимому. — Я не хотела… Не хотела обидеть тебя. Не хотела кричать на тебя! Я не знаю, что тогда на меня нашло! Будто в голове что-то щелкнуло! Прости! Прости, я не хотела! Не хочу без тебя! Не смогу!

Актер заключил ее в свои объятия.

— Тише… — шепнул он нежно на ухо. — Я и забыл уже об этом. Ну куда я денусь? Я так долго ждал тебя… Ты разве не помнишь? Я же говорил, что без тебя дышать не смогу… Кричи на меня, сколько угодно. Делай со мной все, что захочешь… Я весь твой… Без остатка твой… — его мягкий голос постепенно стихал и к последней фразе перешел на шепот.

Рыжеволосая немного отстранилась, чтобы заглянуть в глаза. Она сравнивала их с бликами северного сияния и изумрудными искорками.

Взгляды их встретились. Дыхание в унисон на миг прекратилось… Губы соединились… Робко. Нежно. Актриса почувствовала слабый привкус табака с тонкой пряной ноткой. Нет, он не был неприятен, как раз наоборот. Андрей плавно перешел к щеке. Медленно. Поцеловал висок, лоб, веко, другое, кончик носа, снова щеку. Провел губами по ушной раковине, нарочито усилив дыхание. Это снова сработало. Ее слабое место. Девушка задрожала.