Мой рыцарь, мой герой - Тенчли Глория - Страница 7

Здесь-то ее и настигли кошмары, появившиеся словно зловещие призраки и обрушившие на нее все страхи, которые девушка отгоняла от себя в темнице. Видения, пробравшиеся в открытые ворота сознания, были столь яркими, ужасающими и реальными, что Маргарет даже сквозь сон услышала, как кричит.

- Перестань сейчас же, - приказал мужской голос.

Рефлекторным движением наполнив легкие воздухом и открыв рот для нового крика, девушка метнулась на другую сторону кровати. Возникший было вопль внезапно оборвался-чья-то широкая ладонь зажала ей рот. Подстегнутая ужасом, она собрала последние усилия, вцепившись в железные пальцы зубами, пытаясь кусаться и царапаться.

- Успокойся, Маргарет.

Голос-низкий, твердый и угрожающий-привел ее в чувство. Мэгги сразу осознала, где находится. Вспомнила, что этот человек вызволил ее из тьмы и кошмара, вымыл, успокоил и несколько раз давал воды, когда она просыпалась от жажды.

Девушка притихла. И с чувством легкого смущения отметила перемену в тоне, когда мужчина повторил:

- Успокойся, Маргарет. Ты в безопасности, тебе больше никто не причинит вреда.

Она покорно кивнула, рука, зажимавшая ей рот, расслабилась и соскользнула туда, где на шее бился пульс.

- Бедная малышка.

Это простое замечание вырвало ее из пугающего мира воспоминаний.

- Извините, - прошептала она. - Это только сон.

Дрлгое ли путешествие у него на руках лишило ее чувствительности, а может, полное безразличие к ее наготе под душем, но Мэгги совершенно утратила бдительность и поддалась простому желанию утешиться, прижалась к этому сильному мужчине. Как только руки его сомкнулись плотнее, ее нервное возбуждение ослабло и уступило место почти полному спокойствию. Она прижалась щекой к его обнаженной груди, и немного жесткие волоски, щекотавшие ей кожу, пробудили в ней приятные чувства.

Мужчина пошевелился, но лишь затем, чтобы включить небольшой светильник возле кровати. Свет, человеческое тепло и чувство надежности проникали сквозь все оборонительные заслоны и успокаивали ее точно так же, как голос, мягко шептавший ей в ухо.

- Ты в безопасности, - повторил он. - Тебе никто не причинит зла.

Маргарет вспомнила отца, когда-то державшего ее в объятиях и говорившего те же слова. Как он оказался далек от истины! И девушка понимала, что человек, так сладко обнимавший ее сейчас, не мог гарантировать выполнение своих обещаний, но в этот момент она позволила себе ему поверить. Усталость и согревающее душу чувство обретенной защиты и укрытия опять нагнали на нее дремоту.

- Извините, я доставляю вам столько хлопот, - промямлила девушка.

- Пару раз можно простить. Спи. Если кошмары повторятся, говори себе, что ты победила, что ты триумфатор. Но иногда они даже полезны, хотя пугают до смерти. Только так мозг может разобраться в том, что произошло.

- Мне известно, что произошло, - недовольно пробурчала она. Ее пугала сама возможность повторения этих кошмарных снов.

- На уровне факта - да. Но бьюсь об заклад, в душе ты продолжаешь гадать, как могли люди пойти на такую жестокость, причинить тебе подобные страдания.

- Деньги. Вот что обычно ими движет. Многие на все готовы ради денег.

- Ты слишком юна. Тебе еще рано превращаться в циника.

- Мне восемнадцать.

Мужчина коротко рассмеялся.

- А мне двадцать пять. Если я все еще считаюсь юным, то как же определить твой возраст, принцесса?

- Ребенок, - обиделась Мэгги, высвобождаясь из его рук.

Замечание незнакомца заставило осознать, что рядом не отец, а совершенно посторонний человек, и достаточно пугающий. Ибо под ощущением безопасности, внушаемым его сильным телом, угадывались другие чувства глубокие, непонятные, объединявшиеся в едва уловимое, но дикое влечение, зовущее ее сладким голосом мифологической сирены.

Она отстранилась от него, завернувшись в пуховое одеяло, и отвернула лицо.

- Почему вы меня так называете?

- Принцесса? А кто же ты? Настоящая принцесса в восемнадцать карат, со всеми полагающимися принцессе атрибутами, кроме титула. Но брат вполне может купить тебе и титул, если ты только не будешь привередничать в отношении его происхождения.

В этот момент матрас рядом с ней прогнулся, и, к своему изумлению, она почувствовала, как с нее стягивают одеяло. Потрясенная, девушка буквально подскочила в постели.

- Что, черт возьми, вы делаете? - завопила она, уставившись на мужчину округлившимися глазами, когда он повернулся взглянуть на нее.

- Устраиваюсь поудобнее, - насмешливо ответил он, почти игриво сверкнув глазами. - Ты не можешь заграбастать себе все одеяло. Это некрасиво.

- Вы не...

Мужчина оборвал ее с неожиданной резкостью.

- Маргарет, тебе абсолютно нечего бояться. Я здесь сплю. - Он сделал ударение на последнем слове. - И только.

- Но что... почему тогда?..

- Хотя я уверен, что за нами в этом доме никто не наблюдает, лучше исходить из того, что слежка все же установлена. Возможный наблюдатель не должен догадаться, что здесь живут два человека. Поэтому будем действовать как одно лицо. Спим вместе, по дому передвигаемся вместе. Когда ты в ванной, я нахожусь за дверью, но не зажигаю света. Я буду следовать за тобой как тень, принцесса, стану ближе, чем любовник, но не прикасаясь к тебе. - Когда Мэгги достаточно собралась с мыслями, чтобы возразить, он не дал ей и слова сказать, закончив тираду на такой властной ноте, что она сразу утихомирилась. - Это законы дома, нашего с тобой быта. Не нарушай их, принцесса. Они сберегут твоему брату кругленькую сумму, а нас обоих избавят от лишних хлопот.

Хотя логика мужчины была абсолютно ясна и безупречна, природная женская осторожность отвергала ее. Постоянная близость, на которой он настаивал, породит в ней колоссальное напряжение. Мэгги задрожала, несмотря на теплое пуховое одеяло.

- Нет! Я буду очень осторожна...

- Я не оставляю тебе права вето. У тебя нет выбора, поэтому ты избежишь ненужного стресса, если просто примешь правила игры.

Голос оставался холодным, почти безразличным, но Маргарет различила едва сдерживаемое раздражение наряду с непререкаемой решимостью.