Как приручить рыцаря: инструкция для дракона (СИ) - Каминская Лана - Страница 15

Назбу уставился на Тарра, а Тарр недовольно поморщился.

– Опять ты.

Продетый в шлевки брюк Лаарг разинул пасть, выпуская хвост, и пропищал:

– Помериться силой между собой всегда успеете. Не лучше ли сейчас объединиться и устранить того, кто вам мешает?

– Лаарг? – удивился изумрудный принц.

– Так уж вышло…

– А он дело говорит, – Назбу посмотрел на Тарра. – Вдвоём длинного нейтрализовать легче будет.

– Конечно, я дело говорю, – закивал головой змей.

Тарр отпрянул от дверей и зашагал из стороны в сторону, думая. Затем сунул нос в одну из кабинок, довольно ухмыльнулся и спросил:

– Ну, и как будем его устранять?

– Способов много, – протянул Лаарг. – Длинного можно напоить, усыпить, оглушить… Эй, ваше чернейшество, что вы делаете?!

Назбу только и смог, что обернуться на визг змея, но было уже поздно – колючий туалетный ёршик обрушился прямо на голову изумрудного принца.

– Каков слабак, а! – хмыкнул Тарр, опуская руку с ёршиком и затаскивая осевшее на пол тело в одну из кабинок.

– Я вообще-то предлагал оглушить длинного… – пискнул Лаарг и кончиком хвоста недоумённо почесал голову.

Толпу раздвинуть Тарру труда не составило: повёл плечами, громко хрюкнул носом – и народ сам расступился, чтобы некто вида совсем непрезентабельного и со взглядом всё подряд вынюхивающего ненароком не запачкал меха и дорогие костюмы.

– Тьфу, – про себя ругался Тарр и пёр напролом в ту сторону, где шуршало золотистого цвета платье и таким же золотом сверкал швейцарский механизм. – Разве это пиршество?

Смоляной дракон покосился в сторону фаршированных зеленью улиток.

– Клопа им принесли, а они и рады. Где бараньи головы, где поросячьи уши, где бочки, по которым топором рубить надо, чтобы вино захлестало?

Обогнув компанию из трёх важного вида мужчин – все с иголочки одеты, хоть и без галстуков, но гладко выбриты и в начищенной до блеска обуви – Тарр ещё раз чертыхнулся и смачно плюнул на пол. Попал на один из начищенных носов и поспешил надавить на дорогой ботинок кроссовкой, чтобы плевок размазать.

– Простите, – безбородый вежливо обратился к Тарру.

– Простите, – передразнил его дракон.

Но безбородый почему-то не разозлился, а, напротив, скорчил вежливую мину и продолжил извиняться:

– Тесновато тут сегодня...

– Потому клопами и кормят, – брякнул Тарр. – От свиного сала бока разопрёт, ещё теснее станет.

– Клопами?

К Тарру подскочили двое: один со странной чёрной штуковиной, которую он приставлял к глазу; другой с палкой с серебристым металлическим набалдашником на конце. Трость благородного лорда? Непохоже. Но должен же быть у крепости хозяин! С тучей титулов, регалий и, конечно же, с тростью! Этот? Но этот совсем тощий... Хотя... какая кормёжка, таков и хозяин.

– Говорите, в еде нашли клопа? – жадные до сенсаций журналисты облепили Тарра, словно мухи забытую на столе котлету из сочного фарша.

– Да там всё в них, – Тарр махнул рукой в сторону официантов, снующих туда-сюда с подносами, уставленными блюдами с улитками.

– Записываешь? – один из журналистов нырнул носом в блокнотик коллеги, и тот довольно кивнул.

Тарр на месте долго не стоял. Подпрыгнул пару раз, глаза успели выцепить в толпе золотистое платье, а дальше – чуть ли не по головам, расталкивая собравшихся локтями, без стеснения отдавливая ноги и наступая на подолы длинных платьев. Время шло, соперник мог в любой момент очнуться.

До худенькой руки оставалось только дотянуться, чтобы сцапать, но дорогу преградил высокий, напыщенный и на правую ногу хромой бородач. С виски в одной руке, он вырос из ниоткуда прямо перед Тарром. Подать вправо или влево не получилось, и чёрному дракону ничего не оставалось, как удариться о препятствие, задав тому одно единственное верное направление. Бородач качнулся, рука дрогнула, виски перехлестнул через край пузатого бокала и булькнул прямо на дорогие часы Марка, подкрашивая золотой циферблат сладким янтарём. Жанна охнула, Марк выругался, бородач принялся рассыпаться в извинениях и шарить взглядом по сторонам в поисках салфеток. Тарр ловко подался влево, в случайно открывшийся коридор между пиджаком в клетку и меховой накидкой, и, сделав вид, что ни к чему непричастен, вырос перед Жанной.

– А, Шон, и ты тут, – Марк протянул дракону бокал с недопитым виски и принял от бородача наконец раздобытые салфетки.

– Рукав всё равно мокрый, – покачала головой Жанна, проведя ладонью по ткани.

Марк махнул рукой, щёлкнул браслетом часов и снял их.

– Ничего им не сделается, – успокаивала Жанна.

– Не знаю, – процедил Марк. – Чёрт, свет тут совсем плохой. Сейчас вернусь.

Но, собравшись уже протиснуться через толпу к тем самым заветным дверям, из которых только что вернулся Тарр, вдруг остановился, поманил к себе Тарра и бросил:

– Я на минуту. Раздобудь пока у бара пару бокалов шампанского.

А после немного помедлил, нырнул рукой во внутренний карман пиджака и вытащил чёрную бархатную коробочку, безумно напоминавшую ту, в которой Табета Сизая хранила нюхательные соли.

– Хочу сделать Жанне предложение. – Марк щёлкнул «табакеркой», но вместо терпких для ноздрей гранул в ней оказалось кольцо. – Эта женщина будет сегодня моей. Навсегда.

Тарр недоуменно уставился на кусок металла с бриллиантом.

– То есть, вот так просто сунешь ей кольцо, и рыца... и она твоя?

– Именно.

Последняя фраза была произнесена с такой долей самоуверенности, что даже Тарр присвистнул. Про себя.

– В общем, давай, – Марк хлопнул дракона по плечу, – дуй за бокалами, а я быстро.

И Спенсер протиснулся между пахнущим рыбой седым старикашкой и взъерошенным пареньком, чьи руки и шея были все в татуировках.

Длинный на корню рушил планы. Тарр завертел головой, то провожая взглядом теряющегося в толпе Марка, то пытаясь не упустить из вида положенного ему по договору рыцаря. В голове всё кипело и бурлило, один план появлялся и тут же спотыкался о то или иное препятствие, за ним следовал другой план, но ничего дельного в голове не задерживалось. Время шло, и длинный должен был вот-вот вернуться.

– Чего стоишь, как обугленный пень на нашем болоте? – Лаарг приподнял голову и зашипел. – И этого захотел щёткой огреть? Не дело против длинного без чётко продуманных действий воевать. Не кипятись и поспешай медленно. Тебе было сказано чего-то там раздобыть. Так раздобудь.

– Первый раз слышу, чтобы верёвка на подштанниках тактическим гением была, – съязвил дракон.

– Куда уж мне до тебя, – проворчал Лаарг.

– Что он там просил раздобыть? Пару... Что-то на «б»... Бо... бу...

– Бульон?

– Кажется, было что-то другое.

– Бульон-бульон. Ты видел, они ещё ничего толком не ели. Пора бы уже подкрепиться. Значит, бульон.

– И где я его найду?

– Где-где... В котле. Где ещё бульону булькать?

– А ты умён, – хмыкнул Тарр, провожая взглядом очередного напыщенного «страуса» в белом, прошествовавшего из кухни к гостям. Одной рукой он элегантно нёс тяжёлый поднос, на котором в несколько рядов стояли маленькие корзиночки из теста, заполненные чем-то зелёным.

Тарр снова презрительно усмехнулся. Очередная порция кузнечиков на один зуб. Немудрено, что рыцари все хиленькие. Едят, как лилипуты. Ничего... Своего ещё есть время откормить.

– За «страусом» только что закрылись двери на кухню, – продолжал Лаарг, – и я успел разглядеть через щелку никем не охраняемый чан. Из него тянет курицей. Точно бульон.

– Погоди со своим бульоном, – сквозь зубы процедил Тарр. – У меня родился план похитрее.

– Ваше чернейшество, только не щётка! – воскликнул Лаарг.

– Захлопни пасть и смотри. На арене Тарр Чернокрылый. И это девица будет моей раньше, чем её заполучит длинный.

К Жанне чёрный дракон не подошёл – подлетел. Будь у него сейчас крылья, расправил бы. Будь острые клыки, разинул бы пасть, чтобы сразить наповал. Но ничего этого не было, кроме верного способа навсегда заполучить желаемое. Такого странного способа, принятого в этом чудаковатом и диком мире. Но зато лёгкого и удобного. И Тарр рванул с пальца фамильную реликвию – кольцо с изумрудом – и, сунув его под нос девушке, прорычал: