Как приручить рыцаря: инструкция для дракона (СИ) - Каминская Лана - Страница 14

– Олимпийский призёр. Пропусти-ка. Попробую счастья... Да не води камерой по сторонам. Следи только за ним.

– Главная звезда, что ли? – проворчал фотограф, недовольный тем, что упустил возможность заснять двух длинноногих моделей, только что впорхнувших через раскрытые двери и уже затерявшихся среди гостей.

– Проверено временем: там, где Спенсер, всегда что-то происходит. Если повезёт, завтра первая колонка будет огонь!

– А с ним кто?

– Одна из его подопечных. Пока звездой не стала, но Спенсер своего добьётся.

– А этот? В штанах, вздутых на коленях?

Коллега пожал плечами.

– А кто его знает? Пришёл с ними. Охранник?

– Выглядит странно для охранника.

– Может, её приятель? Смотри-ка, глаз с девчонки не сводит. Прямо сверлит и не дышит. Да пропусти же... Такой шанс!

Фотограф, наконец, подвинулся, пропуская коллегу к звезде спорта.

– Бен Сарни, – воскликнул репортёр, протягивая в приветствии руку. – Колонка светской хроники на «Sport Elite».

– Я не даю интервью, – сухо бросил Марк, делая глоток виски из бокала. Крупные кубики льда ударились друг о друга, крепкая янтарная жидкость смочила губы и согрела горло.

– Всего пару слов… Как вам новое заведение?

Марк вскинул левую руку и бросил взгляд на швейцарские TAG Heuer, точные до самой малой доли секунды.

– Открытие назначено на девять. Вот после девяти и спросите.

– А вашей спутнице?

Назойливый журналист повернулся к Жанне.

– Интерьер подобран со вкусом, – Жанна очаровательно улыбалась, позируя перед камерами, – но сердце любого ресторана – это, конечно же, кухня. Уверена, шеф-повар сегодня превзойдёт себя.

– И я уверен, – буркнул Марк, допивая виски и протягивая руку за новым. – Эй, Шон! – окрикнул он дракона, топтавшегося за спиной Жанны, – Выпьем?

И протянул второй бокал с крепким алкоголем изумрудному принцу.

Пахло пряностями. На вид было лавой. На вкус… Назбу залил в горло всё и проглотил вместе со льдом. На глаза в тот же миг выступили слёзы. Внутри словно чиркнули огнивом – зажгло и закипело, и начало бурлить, словно просыпался вулкан и грозил вот-вот засыпать всех пеплом. Назбу дрогнул. Столь скорое разоблачение в его планы не входило. Срочно нужна была вода.

Стиснув зубы и поджав губы, чтобы ни через одну щелочку ненароком не вырвался сизый дым и не привлёк к себе внимание, принц ринулся туда, где, по его мнению, должен был гарантированно открываться чёрный ход.

Через толпу пришлось в буквальном смысле слова продираться. Что за мир?! Что за нравы?! Дикие! Никто дракону дорогу не уступит. Совсем не как в Ниртании, где всё чинно и благородно, и, завидев прущего напролом чешуйчатого, с пути отскакивали сразу в сторону, и неважно, что в той стороне: овраг, болото или даже терновник. Вот это воспитание! Вот это традиции! Вот это уважение!

Нашёлся всё же кто-то сочувствующий, махнул рукой в нужную сторону. Дверь одним пинком от себя – и задачка похлеще. Целых пять дверей на выбор, и чёрным ходом даже не пахнет. Зато пахнет свежестью, и шумит небольшой водопад.

Недолго думая, Назбу коснулся рукой двери, что была прямо посередине, и... о, чудо! Вот оно спасение! Белоснежное корыто, наполовину наполненное прохладной водицей, не затхлой и даже не облюбованной мухами. Только как пить? Будь он на четырёх лапах, лакать было бы удобно. Но недалёкие людишки четыре лапы не признают, а вместо столь удобного языка утоляют жажду при помощи каких-то напёрстков. Разве из таких напьёшься? Тьфу.

Но сколько ни ворчи, сколько к белому корыту ни присматривайся, огонь внутри разгорается всё больше и больше, а в голову никакого дельного способа, как спастись, не идёт. Лакать, так лакать. И Назбу опустился на колени перед унитазом.

– Тьфу ты, болван! Нашёл, что пить.

Над изумрудным драконом нависла большая тень и грубо выругалась.

– Папаня говорит, у меня башка пустая, а он просто по твоей ни разу не стучал.

Цепкие пальцы схватили Назбу за ткань футболки так, что та затрещала по швам, и оттащили подальше от корыта. Назбу повернул голову в сторону и изумлённо охнул. Над ним высилась его идеальная копия, и даже одежда была точь-в-точь такая же. Вот только глаза были чёрного, как безлунная ночь, цвета, и ухмылка знакомая – вредная и задиристая. Тарр!

– Ох, ты ж…

– Я тоже в шоке, – последовал ответ.

Тарр повернул какой-то рычажок, и из изогнутой серебряной трубки полилась холодная вода.

– Пей.

И даже голос был один-в-один, разве только с небольшой хрипотцой, что немудрено – поживи-ка столько лет среди копоти и сажи.

– До чего же мерзкая у этой ведьмы магия, – изумрудный дракон припал ртом к струе из-под крана и сделал несколько жадных глотков.

– Всех по одному шаблону стругает, – согласился Тарр. – Смотрю вот на твою рожу, и плеваться хочется.

Пожар в горле был потушен, футболка основательно намокла, и шов на плече всё-таки разошёлся.

– Ты-то откуда про её умения узнал? – прохрипел Назбу, выпрямляясь и исподлобья поглядывая в сторону соперника.

Тарр прищурился.

– С Табетой я раньше тебя договорился. Так что включи благородного принца и сойди с дистанции.

– Да мне плевать, – Назбу и сам не ожидал, что может дать отпор в таком тоне. – На договоре я свой крестик ставил? Ставил. В воронку нырял? Нырял. Человечка, что мне отписан, отыскал? Отыскал. А ты где был? – Дракон огляделся и с сарказмом в голосе добавил, понимая, что к чему: – По отхожим местам сновал?

Тарр нахмурился.

– Но рыцарь ещё не твой… – каждое слово произносилось настолько отчётливо и звонко, словно по наковальне ударяли молотом. – Носом чую, не твой.

– Не мой и не твой. Ведьма обоих вокруг носа обвела. Мало того, что бабу подсунула, так её и заполучить оказалось не так просто.

– Бабу? – Лицо Тарра вытянулось от удивления. – Баба не может быть рыцарем.

– Сам смотри.

Оба прильнули к странным, наполовину из стекла, дверям, через квадратные окошки в которых можно было легко рассмотреть, что происходит по то сторону в главном зале ресторана, но совершенно невозможно было заглянуть в уборные, находясь с другой стороны.

– Ну, – Тарр столь сильно дышал, что стекло быстро запотело, – где наш с тыкалкой?

– Наша, – поправил Назбу. – Длинного видишь?

– С мячом?

– Да с каким мечом? Не носят тут мечи. Дикий мир. Золото у каждого второго в ушах и на пальцах, а мечей нет.

– Не с мечом, болван, а с мячом.

– От болвана слышу. Не туда смотришь. На два часа. Ещё.

– Это уже будет два пятнадцать.

– Увидел?

– Тот, который пьёт жидкую лаву?

– Он самый. Баба рядом.

Тарр зашарил взглядом вокруг потягивающего виски Марка и вздрогнул. Сколько ни летал дракон над просторами Ниртании, сколько ни кружил над Чёрным утёсом, сколько молний ни било в его хвост, ни одна не заставила сердце стучать столь же быстро, как сейчас. Даже от испуга.

Рядом с длинным стояла девушка. Ничего особенного, лишь чуть вздернутый нос и острые плечи, но Тарр заволновался сильнее, чем в свой первый полёт, и недовольно закусил нижнюю губу, стоило длинному качнуться в направлении девчонки.

Вот длинный положил руку на тоненькую талию – рукав пиджака чуть задрался, и дорогие швейцарские часы блеснули золотом. Длинный чуть наклонился к девушке и что-то зашептал ей на ухо. Видимо, не оскорблял, иначе она не покраснела и не потупила бы смущённо взгляд, а сразу вызвала бы на бой. Если она действительно рыцарь. А рыцарь ли?

– Так, значит, баба, – довольно протянул Тарр. – С бабой должно быть проще. Странно, что ты до сих пор в пролёте. Ну, ты, конечно, не я. Я бы вмиг управился.

– Только приблизься к ней, – пошёл в атаку Назбу.

– И что ты сделаешь?

– Башку твою размозжу и скажу, что так и было.

Оба уже готовились сцепиться друг с другом, как вдруг тоненький голосок, донёсшийся с пояса смоляного дракона, охладил пыл соперников.

– Тише вы там, тише.