Мои калифорнийские ночи (СИ) - Джолос Анна - Страница 42

Наши с Роуз взгляды встречаются, и по ужасу, отчётливо блеснувшему в её глазах, я внезапно понимаю — телефона у неё нет…

*Рокки Бальбоа — боксёр, главный герой серии фильмов «Рокки»

Глава 24

Дженнифер

Роуз лезет в карман куртки, и я успеваю заметить панику на её лице.

— Пока, ребята, — прощается с нами Кид.

Наши с Роуз взгляды встречаются, и по ужасу, отчётливо блеснувшему в её глазах, я внезапно понимаю — телефона у неё нет…

Машина отъезжает, а я всё ещё надеюсь, что Роуз обязательно отыщет свой допотопный телефон в недрах джинсовой куртки.

— Эй, любитель пернатых, — зову я Исайю, увлечённо тискающего перепуганную насмерть квочку.

Вы только подумайте, что пережила эта несчастная птица: посреди ночи две ненормальные девицы ворвались в курятник, нарушив тишину и покой в царстве пернатых. Схватили, потащили в неизвестном направлении, сунули в мерседес и привезли на побережье к неадекватной и не совсем трезвой молодёжи.

Смотрю на блондина, прижимающего курицу к рубашке Бриони и начинаю хохотать в голос.

— Исайя, ты такой дурачок! — взъерошиваю его белоснежные космы и наклоняюсь к новоиспечённому питомцу.

— Слушай, Дженнифер, она реально мне нравится! И это взаимно, видишь? — он демонстративно чешет птице макушку, и она, кажется, сейчас помрёт на месте. От счастья ли? Вопрос спорный.

— У неё, определённо, стресс. Поехали, запустим к кому-нибудь на ферму, — я начинаю идти в ту сторону, где мы припарковали его машину.

— Смит, ты не поняла, я хочу оставить малышку себе.

Я останавливаюсь как вкопанная и резко разворачиваюсь. Мне послышалось что ли?

— У меня никогда не было животных дома, — подозрительно печально изрекает Исайя. — Пусть Дороти живёт со мной.

— Чего? — сгибаюсь от смеха пополам. — До ро ти?

Ричи издаёт смешок и начинает её сюсюкать.

— Исайя, ты меня пугаешь. И, кстати, почему Дороти? — мне реально стало интересно.

— Как Дороти Гейл из страны Оз*. Бедняга моя, сиротинушка, — приговаривает этот беспечный дурачок. — Ты же знаешь, Дженнифер, мы в ответе за тех, кого приручили. Теперь судьба этой девочки в моих руках.

Птица ни с того ни с сего начинает громко кудахтать, и Ричи едва не роняет её на асфальт от неожиданности.

— Осторожнее! Ты чуть не сделал её инвалидом! Вершитель судеб! — ворчу я, едва сдерживая смех, потому что звуки, которые она издаёт привлекают внимание всех вокруг. — Поехали уже, чокнутый.

— Да она наоборот, радуется! Будет жить, так сказать, в золотой клетке.

Я подкатываю глаза и пытаюсь понять, всерьёз он это говорит, или всё ещё находится под воздействием того растения, что скурил.

— Открывай нам заднюю дверь, — командует друг с чертовски важным выражением лица.

Хихикаю, перехватывая брелок из его рук.

— Я поеду за рулём, — ставлю его в известность.

— Смит.

Поздно, я уже припечатываю пятую точку на комфортабельное водительское сиденье. Ричи обречённо вздыхает, но молчит.

— Садись вместе с ней сюда, толкаю дверь пассажира.

— О, спасибо! — кривляется он.

— Поехали! — радостно жму на газ, выдвигаясь в сторону проспекта.

— Потише, Смит! Загонишь нас с Дороти в могилу раньше времени.

Я весело поджимаю педальку. Мне так нравится эта машина, что я готова терпеть его язвительные комментарии хоть всю дорогу. Это того стоит.

— Опустим крышу, — издеваюсь я и нажимаю на кнопочку, пока мы стоим на долгом светофоре.

Хочу, чтобы люди это заценили. Не каждый день увидишь курицу на руках у мажора в тачке, ценник которой неприлично произносить вслух.

— Какого чёрта ты творишь, Дженнифер?! — Ричи недовольно косится на опускающуюся крышу.

— Наслаждаюсь запахом океана и лёгким бризом! — заявляю я.

— Ты пугаешь её! — возмущается он, когда курица снова подаёт голос. Видимо, пришла в себя и решила восполнить пробелы тишины.

— Это просто театр абсурда! — во весь голос смеюсь я, глядя на блондина, что сидит по соседству.

Более нелепой ситуации и представить сложно. Так мы и едем. Втроём: весёлая я, обеспокоенный Ричи и обалдевшая курица.

На перекрёстке рядом останавливаются какие-то ребята на лексусе. Присматриваются и начинают хохотать.

— Это что там за Скрудж Макдак*? — спрашивает басистым голосом брюнет.

— Скрудж Макдак был уткой, придурок! — ворчливо подмечает Исайя. — Одноклеточные, утку от курицы отличить не могут.

Мы снова мчимся по центральной улице.

— Подними крышу, Смит, иначе она не доживёт до моего дома! — серьёзно просит Ричи, озабоченный судьбой курицы.

— Ладно-ладно, — торможу в дорожном кармане и послушно выполняю его требование.

— Исайя, что за выходка с Тэми? — пользуясь моментом, спрашиваю я.

Только сейчас вспоминаю, что он вытворил. Выбрал действие, заданием которого было поставить любому из присутствующих синяк. Этот кретин не придумал ничего лучше, чем заделать засос на шее ошалевшей от такого поступка Тэми Фостер. Естественно, после случившегося девчонка умчалась со всех ног, красная как варёный рак.

— Да ладно, тебе, Дженнифер! — усмехается он. — Стояла рядом, вот и попала в поле моего зрения.

— Тэми — очень впечатлительная! — я качаю головой. — Не надо было этого делать. Ты же знаешь, что нравишься ей.

— Так тем интереснее, — забавляется он. — Обожаю, когда она краснеет.

— Идиот, как хочешь извиняйся теперь, но, чтобы она тебя простила, понял? — кошусь на блондина, маниакально поглаживающего Дороти.

— Понял.

— И полегче с ней, раздавишь! — предупреждаю я, глядя на то, как птица выпучивает глаза.

— Ветеринара завтра приглашу. Пусть осмотрит на предмет болезней.

Мне кажется, что Ричи реально решил поиграть в ответственного хозяина. Надолго ли его хватит? И переживёт ли это несчастная курица? Квочка итак уже не в восторге, потому что едва дышит и снова молчит, не понимая, что вообще происходит.

Мы сворачиваем на Вест Коуст и спустя пару минут подъезжаем к моему временному дому. Я осторожно паркуюсь у тротуара.

— Исайя, мне показалось, что Роуз напугана. Шарила по карманам и словно не могла найти телефон, — обеспокоенно выкладываю ему я, когда глушу машину.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Потеряла что ли? — поворачиваясь ко мне, спрашивает он.

— Если так, то плохи дела… Найдут, начнут выяснять, кому принадлежит.

— И что? Всё равно ничего не докажут. Может, его у неё украли накануне.

— Твоя правда, — задумчиво говорю я и вылезаю из машины. Он тут же выходит вслед за мной. — Просто ты же знаешь, Онил, она небось уже в красках представила, как её в наручниках выводят из дома и сажают в обезьянник к бомжам.

— Давай подождём, думаю она как-нибудь просигнализирует, нашла телефон или нет, — пожимает плечами он.

Да он — прямо провидец! Словно в подтверждение его слов экран айфона, наспех засунутого в карман, начинает оживать.

— Телефон, Ричи! — обращаю его внимание на беззвучно мигающий аппарат. Он достаёт гаджет из кармана брюк.

— Картер? Роуз? — замолкает на какое-то время. — Сейчас я проверю, погоди, не клади трубку.

Исайя суетится у машины, открывая по очереди все двери. Квочка испуганно шарахается по салону. Парень заглядывает под сиденья, проверяет каждый уголок, и я всё отчётливее понимаю, что мобильник Онил остался там, на ферме.

— Телефона нет, — озвучивает он в трубку неутешительный вердикт. — Давай, да, я понял. Держите нас в курсе.

— Что там у них? — взволнованно спрашиваю я.

В конце улицы едет какой-то кретин, и у него громыхает музыка.

— Роуз и Картер возвращаются на ферму. Поехали искать телефон.

— А если там полиция? — ужасаюсь я. — Перкинс ведь как раз собирался их вызвать.