Антология советского детектива-36. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Пахомов Николай Анатольевич - Страница 406

— Профессор Ниязов оказался прав: на кладбище был третий, опытный преступник. Он и задушил Розу. В Рюмкине и Сычове он был уверен — давно прибрал их к рукам. Настолько, что они не выдали его даже под угрозой высшей меры наказания. Тут еще придется поработать следствию. Очевидно, главарь знает такие «грехи» Рюмкина и Сычова, что им все равно, за какой из этих «грехов» расплачиваться..

— Но как удалось так быстро распутать этот узел? — Мостовой все еще не мог избавиться от удивления. Он торопливо достал сигарету, и Тахиров в знак уважения чиркнул спичками, дал прикурить.

— С твоей легкой руки. Ты сдвинул с мертвой точки это уже почти закрытое дело. А дальше оно начало обрастать новыми доказательствами, уликами, вопросами, на которые надо было обязательно найти ответ. Очень важный толчок сделал профессор Ниязов. Он меня убедил окончательно. Но самое полезное, пожалуй, сообщила Лида. В тот первомайский вечер Рюмкин и Сычов были в кафе. Лида обслуживала столик, который они заняли. Потому что старший продавец «Гастронома» всегда именно у Лиды заранее заказывал столик.

— Тот самый, из винного отдела «Гастронома»?

— Да. Вор и развратник. Он познакомился с Умаровой в автобусе и все пытался назначить ей свидание. Девочка, чтобы отвязался, сказала ему, что едет к своему парню. Бандит шел за ней следом. У входа на кладбище увидел Рюмкина и Сычова и незаметно дал им знак, чтобы шли за ним. Словом, долго рассказывать, важнее, что преступник уже задержан.

— А Рыжков?

— Рыжков будет освобожден. Он невиновен. Он не встречался с Умаровой в тот вечер. И когда Роза получила категорическую записку своего друга, она вышла во двор и поговорила с ним. Роза попросила назначить место встречи у входа в парк. Рыжков согласился. Он на полчаса опоздал на свидание. Почему? Нелепость, случайность; до встречи оставалось еще время, он пристроился на диване с книгой и, проспал. Роза напрасно прождала его у входа и решила, что он все-таки пошел к дальнему холму…

— Эта случайность стоила ей жизни… — тихо сказал Мостовой.

— Не надо упрощать, — сурово ответил Тахиров. — Не слепой случай стал причиной гибели девочки, а бандиты, которые вскоре предстанут перед судом. Я нашел свидетелей, которые видели этого насильника на дальних аллеях парка. Профессор Ниязов оказался прав.

— Почему же Рыжков так упорно оговаривал себя?

— Он считал, что его детская забава с «испытанием чувств» привела к трагедии. Получил сильнейший психологический шок. Решил, что после всего этого жить не стоит.

Дело было закончено. И Олег сказал:

— Завтра я улетаю…

— Так и не узнав, кто тебе давал взятку?

После паузы следователь объяснил:

— Взятку тебе пытался подложить старый «приятель» Лиды, тот, который ее в тюрьму отправил якобы за растрату, директор «Гастронома». Когда он увидел официантку с тобой, узнал, что ты журналист, решил, что Лида из мести написала письмо в редакцию и ты приехал, чтобы вывести его на чистую воду. Однажды ты пошел в «Гастроном» за сигаретами. Помнишь? Директор убедился — неспроста. И наконец, ты с помощью Равиля развил вокруг этого магазина целое следствие — установили дежурства комсомольских патрулей, направили туда общественных контролеров. Мы не мешали — дело нужное, навели все-таки комсомольцы порядок с торговлей спиртным. А директор окончательно перепугался и решил во что бы то ни стало скомпрометировать тебя. Бандит, убивший Розу, был его ближайшим помощником во всех темных дедах. Его кличка «Старший». Драка в парке, анонимка, записка с угрозами — это все дело рук шайки расхитителей. Конечно, если бы они знали, что находятся в поле зрения ОБХСС, то не стали бы размениваться на такие «мелочи». Ребята из ОБХСС давно подозревали, что в этом магазине неладно, но не за что было ухватиться, уж очень ловко пройдохи работали, в случае опасности подставляли вместо себя таких новеньких и зеленых, какими были в свое время Лида и эта Таня. Но ни они, ни мы не предполагали, что дело обернется таким образом. Хотя, в общем, подтвердилась старая истина: одно преступление влечет за собой другое…

— Так бывает не всегда.

— Так бывает, если вовремя не остановить преступление.

ЖУРНАЛИСТ

— Подожди, — сказал Олег Тахирову, когда они вошли в здание аэровокзала, — Мне надо послать телеграмму.

— Ты прилетишь раньше, — заметил Тахиров.

— Все равно. А вдруг она успеет встретить?

— Жду.

Олег быстренько набросал на бланке: «Вылетаю к тебе. Рейс №…» Он подумал, что пройдет несколько часов и будет встреча с Алкой. А потом отпуск, тоже с Алкой. И еще вся жизнь.

Тахиров ждал его не один. Рядом с там стоял отец Рыжкова.

— Он обязательно хотел встретиться с тобой, — шепнул Олегу Тахиров. — Я не стал возражать.

— Вы вернули мне сына, — сказал Рыжков-старший Тахирову и Мостовому. — Такое не забывается…

Олег вспомнил, как месяц назад он прилетал в этот город. Было очень рано, солнце наполовину выглянуло из-за горизонта, его никто не встречал. Вот и окончилась командировка…

А. П. Кузнецов

Без права называть себя

Июль 1943 года.

Из партизанского отряда вышли трое — Елисеев, Балыкин, Романенко. Задание — пустить под откос вражеский эшелон или заминировать и порвать полотно железной дороги в районе Кокоревка — Холмечи, заодно прощупать, не пытаются ли немцы восстановить железнодорожный мост через Неруссу, взорванный отступающими частями Красной Армии. Оккупанты не раз пробовали ввести его в строй, но партизаны срывали их планы. Так и оставалась перерезанной дорога Брянск — Хутор Михайловский, действовала лишь ветка Навля — Холмечи. Но и на этом небольшом участке, хоть и была выставлена сильная охрана, не прекращались диверсии.

В отряд возвратились двое. Командиру Егору Булкину доложили: задание выполнить не удалось — Елисеев оказался предателем. Балыкин и Романенко прикрывали его, когда тот выполз на полотно, чтобы заложить мину. И вдруг он метнулся за насыпь. Балыкин и Романенко насторожились: что его спугнуло? Если появилась опасность, то почему бросился прочь, от товарищей? До них дошло не сразу: Елисеев бежал к врагу.

Это сообщение было подобно грому среди ясного неба. Елисеев был смелым партизаном, хорошим комсомольцем. Сначала его избрали комсоргом группы, а затем — секретарем комсомольской организации отряда. Недавно назначили командиром роты. Только что принят кандидатом в члены ВКП(б). Это о нем газета «Партизанская правда» рассказывала: «Закалился в боях с ненавистным врагом молодой коммунист Андрей Прокофьевич Е. Только в бою за населенный пункт Ш. он истребил 5 гитлеровцев. Андрей избран секретарем комсомольской организации, воспитывает молодежь в духе любви и беззаветной преданности Родине… прививает жгучую, неукротимую ненависть к врагу»[41].

…Ловко, выходит, маскировал свое нутро.

К вечеру Елисеев вышел к деревне Гавриловка, где размещался батальон «РОА» (так называемой русской освободительной армии, которую пытался сколотить из предателей обер-бургомистр Локотского военного округа Каминский). Елисеев огляделся — постов вроде не видно. Неторопливо перебрался через ручей. Не спеша пошел дальше. Как будто никого. Землянки да бурьян — избы сожжены. Втянул в себя воздух — пахло костром и припаленной картошкой. Значит, здесь есть люди. Он знает, куда и к кому идет. Обратной дороги нет.