Нечаянно беременна, или Не ходите, девки, в тёмную подсобку - Летова Мария - Страница 10

– Да-а-а, – всхлипывала Маша.

– Что произошло? Нет, сначала скажи: ты сходила в подсобку? А то я всё ждала-ждала, когда ты мне позвонишь, даже сама пару раз набирала, но ты не ответила на вызов.

– Да, я видела от тебя пропущенные, – быстро проговорила Маша, появляясь перед камерой; у неё были заплаканные глаза и опухший красный нос. – И да, я схо-ди-ла, – по слогам проговорила она. – Олесь, я такая порочная женщина! В общем, я снова это сделала.

– Господи! – Олеся в ужасе припала к экрану. – Машка, ты меня пугаешь! Что сделала-то?

– Э-то! – многозначительно произнесла Маша и безутешно зарыдала. – И снова в подсо-о-обке, – повторяла она между всхлипываниями. – Но в этот раз горел свет, и мы видели друг друга, – затараторила она в своё оправдание.

– Капец! – У Олеси вытянулось лицо. – Этот маньяк что, снова там сидел?

– Почему сидел? – возмутилась Маша, громко высмаркиваясь в туалетную бумагу и отбрасывая использованный клочок в сторону; за её спиной вся кровать была устлана такими же мокрыми клочками, словно она уже целый рулон извела. – Мы туда с ним вместе пришли, ы-ы-ы, – она повалилась на подушки.

– Мама дорогая! – Олеся не шевелилась, и тут до неё, наконец, дошёл смысл сказанного. – Как вместе? А где ты его встретила? А как узнала? А ну-ка, вертайся назад! Давай-давай! И рассказывай всё с самого начала, а то я уже и не знаю, что думать.

Маша села перед камерой, тяжело вздохнула и принялась рассказывать о событиях сегодняшнего вечера. Олеся сначала сидела с открытым ртом и молчала, а затем вскочила и принялась ходить по комнате.

– … а когда всё закончилось, – продолжала Маша на одной ноте, – мы какое-то время просто ошеломлённо смотрели в глаза друг другу и ничего не говорили. – Вытерла рукавом халата слёзы со щёк. – Это просто сумасшествие какое-то, Олесь! Я не знаю, почему я так поступила. Я плохая, да?!

– Так, – Олеся вернулась к своему ноутбуку. – А что было дальше?

– А дальше? – Маша замолчала, не зная, рассказывать или нет, что случилось после, но ведь подруга так просто не отстанет теперь; жутко покраснела и тихо произнесла: – А потом он спросил, как меня зовут.

У Олеси челюсть отвисла, а брови поползли на лоб от удивления.

– То есть сначала сделал это, а потом только поинтересовался, как тебя зовут? – на всякий случай решила она уточнить.

– Да! – Маша готова была сквозь землю провалиться. – Как-то не до того было в тот момент.

– Да что с вами такое? Нет! Что с тобой такое? Он-то, ясное дело, кобелина ещё тот. Но ты?! Ты! Куда делась та Мария Власова, которую я знала, – здравомыслящая женщина, отличница, активистка, умница, скромница?

Маша сидела перед ноутбуком и не знала, что ответить подруге. Вся эта ситуация смахивала на плохо написанный сценарий к дешёвому сериалу.

– Маш, ты меня слышишь?

– Слышу! Но у меня нет ответа на твой вопрос.

– Всё с тобой ясно! – Олеся махнула рукой. – Хотя бы предохранялись в этот раз? – Маша посмотрела на неё исподлобья и виновато покачала головой. – Да, блин! Так ведь нельзя! – заорала подруга. – Ма-ри-я!

– Вот потому и говорю, что я очень порочная женщина.

– Слушай, только не начинай снова лить слёзы, а, – попросила Олеся. – Лучше расскажи, чем всё это закончилось.

– Мы вышли из здания. По одному. Он вызвал такси и отвёз меня домой. Проводил до самого подъезда. Долго держал за руку, а потом сказал: «Значит, Маха!», поцеловал в лоб и уехал. – Маша встрепенулась: – Как ты думаешь, что бы это значило?

– Понятия не имею! – честно созналась Олеся. – А что он сказал о твоей задержке?

– Заявил, что сначала сделаем тест, чтобы уж наверняка убедиться, а потом будем думать, что делать дальше. Как считаешь, чего от него ждать?

– Да не знаю я, чего ждать, Маш! – Олеся запустила пятерню себе в волосы. – А он что-нибудь говорил типа такого: «Это не мой ребёнок!» и «Не смей никому рассказывать об этом!»

– Нет, не говорил! – уверенно ответила Маша.

– Слушай, а может, он вовсе и не такой уж подонок, как говорят о нём женщины в вашей компании?

– Может, и не такой. Не разобрала! Мало времени было. – Маша покраснела, понимая, как это ужасно прозвучало. И вдруг вспомнила, как он её таскал за собой, водружал на стол и без конца командовал. – Знаю только одно: он очень неуправляемый, Олесь. Никого не слышит, кроме себя.

– Слушай, а ты серьгу-то бабушкину нашла? – спросила вдруг Олеся, вспоминая о причине, по которой подруге пришлось возвращаться в подсобку. Маша ошарашенно уставилась на неё. – Дайте-ка подумать, что бы мог означать этот взгляд? – Олеся подозрительно прищурилась: – Ты что, забыла посмотреть её там?

– Ну, не то чтобы уж совсем забыла. – Маша невинно похлопала ресницами. – Я успела просмотреть аж три полотенца. И заверяю тебя, сделала это самым тщательным образом.

Олеся сползла куда-то вниз и теперь смеялась в голос.

– Ну ведь не смешно! – обиженно произнесла Маша, подпирая ладонью подбородок.

– Очень даже смешно, – сдавленно раздалось с экрана.

– Что мне делать, Олесь? – тихо спросила Маша, и столько боли прозвучало в её голосе, что Олеся вернулась к ноутбуку и серьёзно посмотрела на подругу. – Как мне быть с Валерой? С Артёмом? С ребёнком? – Испуганно вскинула брови: – А как я буду смотреть Артёму в глаза, если мы вдруг нечаянно встретимся в здании?

– Проблемы следует решать по мере их поступления! – философски выдала Олеся. – В среду сделаешь тест и тогда уже будешь принимать решения. А пока, – строго посмотрела на подругу, – умоляю тебя, не ходи ты больше в ту заколдованную подсобку! Её вообще надо опечатать и никого туда не пускать! И ещё большими буквами, желательно чем-нибудь красным, написать прямо на дверях: «Не ходите, девки, в тёмную подсобку!»

– А как же серёжка? – спросила Маша.

– Всё потом. Сначала тест. Вы хоть в этот раз там бардака не устроили?

– Не устроили, – как-то неуверенно проговорила Маша, одновременно вспоминая, что они не вернули стопку полотенец обратно на полку и… Она в ужасе замерла! Артём из подсобки уходил в одной рубашке, а ведь она точно помнила, что туда он пришёл в пиджаке, у которого по пройме был оторван рукав. – Не знаю! Не помню!

– Ой, всё! Не могу больше, отключаюсь. – Олеся махнула рукой. – Завтра к тебе приеду, куда-нибудь сходим вместе, поболтаем. А сейчас пошли спать, у меня сегодня был тяжёлый день.

Маша хотела сказать, что у неё тоже, но промолчала.

– Сладких снов тебе! – тихо пожелала она и закрыла ноутбук.

Глава 11. Артём

Артём сел за руль своего «Порше Кайена», бросил кейс с документами на соседнее кресло и какое-то время сидел, глядя перед собой.

Хотя смотреть было не на что: его машина стояла на стоянке строительной компании «Витер-Контракт». Сюда сегодня он приехал по просьбе отца, чтобы лично переговорить с гендиректором и мажоритарным владельцем Сергеем Малютиным. Тот в своё время купил на аукционе участок под застройку, намереваясь построить целый жилой район с домами переменной этажности.

Однако до выхода на стройку дело так и не дошло. И сейчас владелец продавал эту землю компании «Орт-Фекс» и продавал довольно дорого.

И все бы ничего, но оказалось, что у почти сорока гектаров был ещё один владелец – ООО «Строй-Белозёр». Делиться с ними не хотелось, да и брать в партнёры кого бы то ни было старший Фролов не собирался.

Именно об этом Артём и приезжал поговорить с Малютиным. О том, что участок должен быть в единоличной собственности, и только тогда «Орт-Фекс» выкупит его. Правда, несмотря на горячий и долгий спор, они так ни о чём и не договорились.

– Да, отца это не обрадует, – тихо проговорил Артём, поворачивая ключ зажигания; мотор мягко заурчал, машина выехала со стоянки и плавно покатила по направлению к перекрёстку.

А через мгновение белый автомобиль уже летел по автостраде. У Артёма сегодня было ещё одно важное дело: найти свою Маху в девятиэтажном здании. И это будет та ещё задачка! Потому что имя-то он у неё спросил, а вот узнать фамилию и отдел, где она работает, не сподобился. Ну что тут скажешь? Ступил!