Нечаянно беременна, или Не ходите, девки, в тёмную подсобку - Летова Мария - Страница 9

«Может, схватить стул и ударить его? – С сомнением покосилась на кожаный компьютерный стул. – Вряд ли у меня получится его сразу поднять на достаточную высоту. – Осторожно осмотрела столешницу, на которой сидела; на ней лежала короткая линейка и два сломанных деревянных карандаша, и нигде не было видно ножниц. – Может, тогда закричать? Услышит охрана и прибежит! – И сама себя отругала последними словами. – Тогда уж точно невозможно будет избежать огласки! Сейчас-то они нас не видели, мы постоянно были возле служебного выхода и зашли в первый кабинет на этаже. – Похвалила себя за осторожность: – Меня-то уж точно нигде на камерах не видно. – Бросила взгляд на мужчину: – А вот его наверняка камера засняла на шестом этаже, где он как привидение шатался».

– Так! – Артём решительно подошёл к девушке. – Через четыре дня ты делаешь тест, говорю сразу, я хочу присутствовать, – твёрдо заявил он. У Маши вытянулось лицо, а глаза стали на пол лица. – Я должен точно знать, и тогда уже будем по результатам принимать решение. – Схватил пигалицу и спустил со стола. – А пока пошли, я провожу тебя домой. – И потащил за собой.

– Подожди, – упиралась Маша, стараясь хоть немного притормозить этот танк под названием «Артемий Юрьевич». – Остановись! – Маша попыталась оторвать стальные пальца от своей руки. – Да отпусти же ты! – забылась она, переходя на «ты», размахнулась и хотела уже ударить его по спине, но испуганно отдёрнула руку, замечая следы пыли на пиджаке и оторванный в пройме рукав. Тогда она попыталась по одному отогнуть его пальцы, но мужчина лишь хмыкнул, продолжая двигаться к служебному выходу, открыл дверь и потащил упирающуюся жертву по лестнице вниз. – Пожа-а-алуйста, – заголосила Маша. – У меня ещё есть дело здесь!

Артём остановился и с интересом покосился на неё:

– Что ещё за дело?

– Мне необходимо вернуться в подсобку! – выпалила Маша, боясь, что он снова её не дослушает. – Очень нужно! Я сегодня специально пришла сюда.

– И ты тоже? – Артём ошеломлённо посмотрел на неё. – Разве такое возможно? – Он вспомнил, что его привело сегодня к этой подсобке.

– Да, – созналась Маша, не особо понимая, о чём у неё спрашивают. – Для меня это очень важно!

Он раздумывал лишь мгновение.

– Хорошо. Пошли.

И они дружно зашагали наверх, правда, Артём так и не отпустил её руку; а ещё ни у одного из них не возникло мысли воспользоваться лифтом. Маша украдкой бросала на Артёма взгляды, размышляя, зачем он всё же сегодня пришёл туда и стоял в пустом коридоре – один, в полумраке. Но спросить об этом она бы ни за что не решилась. И вообще, всё это так странно было: то, что случилось тогда, как встретились сегодня, и что происходило сейчас.

Они поднялись на шестой этаж и остановились возле подсобки бабы Нюры.

– Ну что, пошли? – почему-то шёпотом произнёс Артём, толкая дверь.

Они вошли в подсобку и сразу же закрыли за собой дверь, оказавшись в полной темноте. Маша так сильно распереживалась, что едва дышала, а сердце норовило выпрыгнуть наружу; нервно провела руками по ткани облегающей юбки.

– Поищи, пожалуйста, с той стороны выключатель, с этой его нет, – попросила она и сама не узнала своего голоса.

Зажёгся яркий свет, ослепив их на короткое время, а потом они принялись с любопытством осматривать маленькое помещение, где всё это произошло. Оба неловко молчали. На миг встретились взглядами и тут же смущённо отвели глаза.

Маша прижала ладони к пылающим щекам, от волнения часто-часто задышала. Здесь всё вспоминалось особенно ярко и живо. Она попыталась дотянуться до верхней полки, где находились те самые полотенца, даже отсюда было видно, что они лежат в беспорядке, как их туда они и забросили в тот день.

– Пожалуйста, помоги мне, сними их, – попросила она, показывая рукой на полку и стараясь не смотреть на Артёма, ощущая каждой клеточкой своего тела напряжение, возникшее между ними.

Артём снял стопку полотенец и небрежно сунул ей в руки. Маша положила их на полку перед собой и начала методично, по одному, разворачивать и внимательно осматривать, и тут же снова аккуратно складывать и возвращать на полку в другую стопку. Со стороны её действия выглядели странно.

– Что ты делаешь? – негромко спросил Артём, снимая с себя испорченный пиджак и небрежно отбрасывая его в сторону; рывком стащил с себя галстук, ему казалось, не сделай он этого, непременно задохнулся бы, так сильно не хватало воздуха в этом тесном помещении. Подошёл к девушке со спины и уверенно обнял за талию. – Оставь! Не нужно! Я хочу того же, что и ты, – страстно прошептал он, ошибочно полагая, что в подсобку их привело одно и то же желание.

– Ты не понимаешь? – так же тихо проговорила Маша и вздрогнула, почувствовав его жаркие руки на своей талии, а потом он уткнулся в её волосы, дыхание его участилось.

– Нет! Я как раз-таки очень хорошо понимаю! – вкрадчиво проговорил Артём, мягко отвёл волосы девушки, обнажая шею, и принялся целовать там, где тревожно билась синяя жилка.

– Что вы?.. – Маша попыталась отодвинуться, но его руки требовательно вернули её обратно, а губы переместились выше и принялись теперь ласкать мочку уха. – Что ты делаешь? – почему-то шёпотом спросила она, невольно зажмурившись от удовольствия.

– А что я делаю? – негромко поинтересовался Артём и трепетно прикоснулся губами к тонкой коже на виске девушки.

– Мы не должны это делать, – как-то неуверенно промямлила Маша и, словно беззащитный котёнок, требующий ласки у своего хозяина, потёрлась щекой о его жаркие губы.

– Всё, что мы не должны были делать, мы уже сделали, – довольно урча, ответил Артём, вдыхая такой знакомый запах волос своей малышки. – Я мечтал об этом! – Ловко развернул пигалицу к себе лицом, вырвал полотенце из её судорожно сжатых рук, и резко притянул к себе.

– Это неправильно! – Маша едва дышала, её била нервная дрожь. – Так нельзя! – чуть не плача, взывала она к разуму взбудораженного мужчины.

– Кто сказал, что неправильно сгорать от страсти? – Артём коварно улыбнулся; его ладони переместились на её упругие ягодицы, он притянул девушку ещё теснее, заставляя приподняться на носочки. Всё его тело говорило, как сильно он её хочет. – И кто нам может запретить!

– Я ж это… – Маша хотела что-то сказать, что-то очень важное, но все мысли куда-то разом улетучились, и тогда она решилась на отчаянный шаг: – Прошу тебя, отпусти меня, – взмолилась она, чувствуя, что не в силах сопротивляться этому человеку.

– Не могу! – выпалил Артём, понимая, что с его выдержкой уже совсем плохо. Его лицо оказалось так близко, что их дыхание смешалось. – Хочу тебя! Сейчас! Здесь!

– Но… – простонала Маша, пытаясь вспомнить ещё какой-нибудь весомый аргумент, чтобы остановить это безумие.

– Тш-ш-ш. – Артём легонько прикоснулся к её губам своими, тихо прошептал: – Доверься мне! – И подхватил девушку, как тогда, в первый раз. – Обними меня за шею! – приказал он, глядя на неё немигающим взглядом.

Маша завороженно уставилась в голубые глаза «дьявола-искусителя» и, не в силах сопротивляться, сделала так, как он просил.

«Безумие продолжается!» – мелькнула на миг трезвая мысль и тут же погасла, когда его губы требовательно накрыли её губы.

Они вцепились друг в друга со стоном измученных долгой засухой путников, наконец добравшихся до живительного источника.

– Нет! Нет! Прошу тебя! Пожалуйста! – шептала Маша в промежутках между поцелуями. – Не останавливайся-а-а!!!

– Ни за что на свете! – твёрдо пообещал Артём, теснее прижимая к себе самую желанную женщину в мире.

Глава 10. Мария

Раздался характерный сигнал скайпа, это значило, что подруга только что приняла вызов, но Маше стыдно было показываться ей на глаза, а тем более рассказывать о том, что произошло сегодня вечером. Пока она раздумывала, звонить Олесе или нет, наступила ночь. Но потом Маша поняла, что если немедленно не поговорит о случившемся, то окончательно сойдёт с ума.

– Эй, ты где? – позвала Олеся с монитора ноутбука, сладко зевая и протирая глаза; она была жутко лохматой и в смешной мягкой пижаме. – Ты что, опять рыдаешь?