Переинкарнация (СИ) - Сергеева Александра Александровна - Страница 10

– А всё ты виноват! – добравшись до него первой, проворчала я и надула губы: – Разбудил бы меня утром, я бы за ней присмотрела.

– Это, как всегда, твои проблемы, – не позволил сделать себя крайним бог.

– Это и твои проблемы! – заорала я, борясь с чувством вины. – Ты только посмотри на неё!

Я картинно обернулась и поперхнулась очередной гневной тирадой. Эби драматично ползала на коленках, пытаясь зарыться шнобелем в сыру землю. Из меня совершенно безотчётно вырвалось:

– Кис-кис-кис!

«Что ты несёшь?!» – заистерила эта задрыга. – «Здесь уже не осталось ни клочка моей травки, а ты издеваешься!»

Но развитие её истерики не получило продолжения. Инициативу перехватили бобики, как только добрались до морды потерпевшей. Они дружно полезли на неё, помогая друг другу. Эби застыла. Но, любопытствуя, попыталась глянуть на оккупантов хотя бы одним глазком, и тотчас стряхнула штурмовую санитарную команду на землю.

– Ты могла бы не крутить башкой? – недовольно проворчал Тармени. – Всю прислугу мне перекалечишь. А новую выращивать слишком хлопотно.

«Больше не буду» - извинилась пациентка.

Бобики вновь пошли на штурм, даже не почесав ушибленных задниц.

 «Где-то на левом крыле побаливает», - наставляла их врачиха. – «Кажется, эта дрянь меня туда куснула»

– И поделом, – нравоучительно заметил бог. – В другой раз не станешь делать глупостей.

Божьи нравоучения прервало гулкое хлопанье крыльев. Тармени решил, что его долг попечителя исполнен, как надо, и смылся.

  «Эй! А как же я?!» - возопила Эби, морща нос.

Бобик, что изгваздал морду вонючей мазью, слез с неё. И теперь эта привереда тестировала результат проведённой пластической операции. Второй бобик уже шуровал где-то на хребте, а третий ползал по крылу. Лично меня больше волновало именно оно. Бывает, дырки на крыльях так зарастают, что после нартия не летает, а скачет по горам перекособоченным кузнечиком.

 «С крылом всё в порядке», – констатировал Арнэр, когда добрые гномы в скафандрах покинули операционную и скрылись.

Вернувшийся Фааф-хар безо всякого интереса досмотрел медицинские процедуры до конца. Зато с любопытством прослушал моё выступление о том, что я не стану носиться со всякими психопатками, как с писаной торбой. Он согласно покивал, но обещания исправить ситуацию так и не выдал. Я плюнула и ушла – между прочим с самого обеда не завтракала!

Глава 4

В которой очеловеченные нартии…

Нечеловечески инициативны

Не бойтесь узнавать о неприятных вам качествах близкого человека – посоветовала мне Кристина Кашкан – вот я и не боюсь. Сама являю собой рассадник этих самых качеств, испеняв все окрестные зеркала. Главное, чтобы человек оказался реально близким. В позапрошлой моей жизни с ними было не густо: если вычесть все родственные связи, на лицо полный ноль. Но в этой мне пофартило – что да, то да. И тут уж, как не скрипи, как не кобенься, в результате душа слопает всё некачественное и не подавится.

А кобениться тянуло периодически: после обеда я устроила себе законную забастовку и не вышла на дежурство – пусть Гра-ара сама нянчится со своим молодняком. Я же провела тихий семейный вечер с Тармени, после чего нагло завалилась спать. Однако назавтра выдержала забастовку лишь до обеда и явилась с инспекцией.

Эби – отличница «боевой и политической» - сделала все уроки, чем заслужила послеобеденный сон под боком у Гра-ары. Рух на месте не сиделось – эта стерва помогала Фааф-хару допекать Арнэра, который опять чего-то начудесил. Хотя, с первого взгляда, никаких повреждений на его шипастом фюзеляже не наблюдалось. А рожа светилась, будто её для обложки журнала отглянцевали. Я пропустила его очередной цирковой номер – попала сразу на разбор полётов, готовый вот-вот перейти в расчленёнку. Рух обрушивала на склонённую голову юного паразита нечто нецензурное. Фааф-хар возвышался над ним монументом скорби по дебилу, что имел все шансы выйти в первые ученики школы. Арнэр добросовестно завис в позе покаяния, что-то мухлюя в неугомонных мозгах. Наставники это слышали и оттого старались всё громче.

«Не знаешь, они скоро надорвутся?» - широко зевнула Эби, тщась перезевать пасть Гра-ары, которой позавидовал бы речной шлюз. – «Мы с Арнэром собрались слетать искупаться»

Гра-ара захлопнула пасть и благосклонно обозрела подопечную. Эби, видать, развернула перед матроной заманчивые перспективы водных процедур. Едва Гра-ара сюда явилась, уговорилась с Императрицей насчёт персонального озерка неподалёку от нашего ущелья. Самцам туда не дозволялось, и у местной барыни не было причин для ревности. Да она и сама пристрастилась к совместному принятию ванны с западной коллегой.         

У обеих матриархов сидели в задницах одинаковые занозы: человекообразные нарты. Вынужденная отказаться от них Императрица, тем не менее, вовсе не намеревалась снимать лапу с пульса. Эта мадама тоже унюхала потенциал двух несортовых сопляков – протеже самих богов – и шла навстречу во всём, что не вставало у её сородичей костью в горле. Да и Крокодил нередко захаживал проинспектировать двух недоносков, что распиарила ему супруга. Он, кажется, не слишком верил в масштабы будущей пользы эксперимента, но и не отрицал таковую в принципе – ушлый мужичок.

Пока Гра-ара подбирала с земли все свои тонны живого веса, Эби уже встала наизготовку. За эти четыре года подругу изрядно разнесло во все стороны. До взрослой самки, конечно, ещё далековато. Но Эби не уступала той Рух, с которой я некогда познакомилась, хотя была чуть не вдвое моложе. Впрочем, я могла и ошибаться. У меня периодически случался перекос с расстояниями и объёмами. Стоило отвлечься от процесса зондирования внешнего мира – размышлять в саркофаге о чём попало – и этот мир шёл передо мной вкривь и вкось. Иной раз чуть ли не в космос заносило, стоило покрепче задуматься. А оттуда даже нартии выглядят муравьишками.

Зато уж свой облик я держала – Тармени обзавидовался! Да и жонглировать разными личинами навострилась виртуозно. У меня части тела с чертами лица не расплывались по воздуху неконтролируемой младенческой лужей. Что до остального, я и тут радовала: доросла Тармени до подбородка и кичилась железным здоровьем. В двух случаях из пяти даже уходила от погони единственного на планете представителя моего нового вида. Впрочем, лупить и драть за хвост меня уже перестали. С девушками так не обращаются – думала я. Горбатого могила исправит – имел об этом своё мнение Тармени и старался не связываться с невоспитанной девкой.

«Ты с нами?» - нетерпеливо ткнулась в меня морденью Эби.

– Купаться? – ехидно уточнила я.

«Недоделанная», - презрительно фыркнула эта стерва, гордо отворачиваясь.

И тут же схлопотала оплеуху кончиком гигантского хвоста – Гра-ара не приветствовала фамильярность с богами. Она вежливо осведомилась о том же, и я вежливо отказалась. Подруга принялась настаивать, значит, на закуску я получу взрослый разговор. Это давно витало в воздухе: новости с запада не радовали.

Четыре года назад Варкар скооперировался с северными бискиратами и разнёс в пух и прах очередную гигантскую флотилию безмозглых. Даже Крокодил тогда не утерпел: сгонял на военную спартакиаду бомбардировщиков. Притащил кучу впечатлений – Императрица до сих пор злится, что осталась на хозяйстве, не получив свою долю удовольствий.

Теперь, как донесла разведка, безмозглые оправились от дежурного фиаско, нарожали кораблей с роботами и снова готовей готовых. Как же всех задолбало это их круговращенье с бесполезным разбазариванием полезных ресурсов: и своих, и чужих. Они даже соорудили пару набегов на юг за живой добычей, ведь человеческие дети не отвечали их потребностям: росли медленней, чем требовалось. Страшно подумать, сколько людей на западном материке эти гниды уже превратили в ничто и сгубили ни за грош.