Дело всей жизни (СИ) - "Аксара" - Страница 392

Хэйтем глянул торжествующе, и Шэй вздохнул. Вот же кенуэйская порода… Неожиданно мистер Кормак вспомнил разговор в церкви с Ахиллесом и ляпнул:

— А как там Ахиллес? Поди, радуется? Почти прадедушкой станет.

Коннор вдруг помрачнел:

— Раксота… Конечно, он рад. Но…

— Что? — Хэйтем подобрался.

— У него случился второй сердечный удар, — глухо проговорил Коннор. — И он уже почти не встает. Доктор Лайл сказал мне, что следующий удар почти наверняка его убьет. Я не всегда могу быть в Дэвенпорте, а Анэдэхи поначалу не очень хорошо переносила… Ну, ее тошнило, и она чувствовала слабость… Поэтому уход за Раксота взяли на себя Диана и Кэтрин. Дежурят по очереди. Я… говорил с ним. Он сказал, что хочет только увидеть малыша — и умереть.

Хэйтем, конечно, промолчал, а вот у Шэя слова сразу нашлись:

— Это тяжело — терять близких, — проговорил он с грустной улыбкой. — Но ты можешь утешиться тем, что у Ахиллеса была хорошая жизнь. Далеко не все ассасины умерли в своей постели в почтенном возрасте. У него есть ты, и Анэдэхи, и тот, кого она носит под сердцем. Это уже немало.

— Это конечно, — Коннор засопел. — Я еще не хороню его. Просто… грустно. А у вас что нового?

Мистер Кенуэй покачал головой:

— В нашем возрасте жизнь не бьет ключом. Мы… Собрались завести кошку.

— Вот как? — Коннор улыбнулся, явно стремясь отвлечься от печальных мыслей. — Отец, я тебя не узнаю!

— Сам притащил к нам Лежащего Поперек, — мрачно бросил Хэйтем.

— И спасибо тебе за это, Коннор, — с чувством добавил мистер Кормак.

— Хотите, я вам котенка привезу? — Коннор окончательно разулыбался, а потом засопел. — Хотя… Для этого же надо ехать в Дэвенпорт, а у меня сейчас тут… Но могу, чуть попозже.

Шэй машинально сделал вывод, что Коннор собирается торчать в Филадельфии или в Нью-Йорке. Ничего хорошего от этого ждать не приходилось. И Шэй отмахнулся — и от мыслей, и от предложения Коннора:

— Не стоит. Все кошки — всегда мои, где бы я ни был. Найдем.

— Домашнюю, лучше всего зулу* или кората, самца, не старше года, — ровно проговорил Хэйтем.

— Вот теперь я тебя узнаю, — Коннор рассмеялся. — У нас в Дэвенпорте как-то не очень с зулу или как их там… Они у нас просто живут.

Неожиданно дверь распахнулась, и на пороге появился Чарльз в халате и с трубкой. Он даже не стучался, а говорить начал еще за порогом:

— А я и не слышал, как вы вернулись, пока не услышал смех. И что… И всё? Я был великим магистром всего три часа семнадцать минут! Так неинтересно.

Чарльз, зайдя в комнату, осекся, увидев Коннора. Тот безотчетно отъехал на стуле подальше и глянул на давнего врага неприязненно. Хэйтем простонал вслух:

— Мистер Ли, стучаться же нужно! Сейчас вы выдали ассасину тайны Ордена, черт вас дери.

— А вы тут что, тайны Братства обсуждали? — ляпнул Чарльз.

— Мы обсуждали кошек, — не удержался от нервного смеха Шэй.

— О, — мистер Ли даже обрадовался. — Могу привести пуговок, они лучше кошек.

— Знаете, я лучше пойду, — Коннор поднялся. — Отец, Шэй, обсудим все в другой раз. Мистер Вашингтон слишком мягко с вами обошелся, мистер Ли, мои поздравления.

Комментарий к 21 мая 1781, Моррис Хаус Хотел, Филадельфия

* Да, это забавный факт. Крышу поправят после войны, а шпиль с колоколом Свободы построят в 1826-м.

* Сейчас мы знаем эту породу как абиссинскую/сомалийскую.

========== 5 сентября 1781, Чесапикский залив ==========

— Что мы тут делаем? — раздраженно бросил Шэй. — Основная битва явно будет вестись не здесь! Пока мы плаваем, как дерьмо, в этой луже, англичане уже строятся в линии!

— Лично я выполняю ваш приказ, капитан, — невозмутимо бросил старпом Куинн и перегнал трубку из левого уголка рта в правый.

— А я выполняю дурацкий приказ де Грасса, — хмуро бросил Шэй. — Зря я вообще его послушал.

Мистер Кенуэй тяжело вздохнул и в который раз попытался успокоить:

— Тебе Гудзона было мало? Не дать британцам подойти к Йорктауну — основная задача, а если так хочется пострелять, то мог бы наняться матросом на «Вилль-де-Пари» к Сен-Сезару. Адмирал де Грасс будет там же.

— Да пошел он, — угрюмо откликнулся капитан Кормак. — От «Морриган» могло бы быть больше пользы.

— Он не видел тебя в бою, — возразил мистер Кенуэй.

— Ты сам мне запретил заняться прорывом блокады.

— Зато мистер Тарлтон отлично справился, — удовлетворенно кивнул мистер Кенуэй. — Если и сегодня не подведет, то станет героем морского сражения. Шэй, иногда вовсе незачем лезть в самое пекло, чтобы чего-то добиться.

Мистер Кормак немного поразмыслил и предложил:

— Он мог бы участвовать и в штурме Йорктауна. Кто сражался на палубе и в трюмах, тот и на суше не оплошает. Или ты отправишь его обратно в форт Хилл?

— Отправлю, — решительно кивнул Хэйтем. — В конце концов, отсюда до залива Аппер — не больше суток пути, успеет добраться. Мистер Тарлтон не слишком доволен тем, что ему приходится отсиживаться за стенами форта, он привык добиваться успеха сам, но… Так будет лучше, Шэй. Я опасаюсь, что шпионы Вашингтона найдут способ добраться до Тарлтона и…

— Убить? — скептически бросил мистер Кормак. Предположение выглядело сомнительным.

— Нет, конечно, — Хэйтем даже слегка улыбнулся. — Это слишком примитивно. Но я могу предположить, что они подсмотрят или подслушают что-то, что позволит Вашингтону очернить соперника. В конце концов, до нашего знакомства мистер Тарлтон вел не слишком добропорядочную жизнь.

— Это еще надо доказать, — фыркнул Шэй. — Лично я не пиратствовал, а боролся с французскими захватчиками, видишь разницу?

Хэйтем только рукой махнул:

— В любом случае, так будет безопаснее. Форт отлично защищен. Англичанам он не настолько нужен, чтобы за него драться, а корабли из любого флота, подчиненного Вашингтону, просто не смогут пройти через Лоуэр.

Проход в Чесапикский залив ограничивали скалы, а между ними светилась на солнце яркая гладь воды, на которой сначала появилась тень. Позже из-за скал стало видно и мачты.

— А это кто? — буркнул Шэй. — Обещанная подмога?

— Зря вы так, — Куинн выпустил дым и поглядел в подзорную трубу. — Очень неплохие линейные.

Капитан Кормак тоже навел окуляр на медленно подплывающие корабли и был вынужден признать, что старпом прав. «Марсельеза» и «Сен-Эспри», трехпалубные, пушек много. А вот за ними…

— Бриг? — удивленно воскликнул Куинн, а потом усмехнулся. — А, это наш бриг. Любому линейному фору даст.

Шэй еще не успел разглядеть третий корабль, теряющийся на фоне своих массивных собратьев, но уже точно знал, что на нем — не французский, а американский флаг. И ассасинский символ на мачте.

— Все-таки появился, — прокомментировал это Хэйтем. — Я уже начал сомневаться.

Шэй поприветствовал «соратников» взмахом руки и слегка развернул «Морриган», чтобы с ними тоже можно было выстроиться в линию. Капитан Кормак предпочел бы поставить линейные по центру — они тяжелее, у них и так подвижность значительно ниже. А кроме того, в этом случае ими можно будет прикрыться. Но капитан «Аквилы» сбил строй, чтобы встать бок о бок с «Морриган».

— Щас перелезет, — предрек Куинн. — Оно и правильно, нужно договориться о стратегии. Потом-то времени не будет.

Куинн оказался прав. На палубе «Аквилы» наметилось оживление, и Коннор, воспользовавшись одним из абордажных канатов, ловко перепрыгнул на палубу «Морриган».

— Капитан Кормак, — он чуть склонился.

Шэй хотел было поздороваться, но Хэйтем успел раньше и насмешливо проговорил:

— Что я вижу. Ты подобающе оделся? Мир перевернулся, не иначе.

— Просто новый костюм пошили, без перьев, — сразу засопел Коннор. — У меня не было возможности проявить себя перед адмиралом де Грассом, и я решил, что будет лучше, если я буду выглядеть… привычно для него.

— Логично, — признал мистер Кенуэй, никак не акцентировав то, что возможности проявить себя у Коннора были, но он ими не воспользовался. — Ты пришел поздороваться?