Зимний сон (СИ) - "Leya Li" - Страница 107

Совет кланов в Ланьлин Цзинь, как всегда, проходит в обстановке исключительной роскоши, видимой в каждой мелочи, от пышно цветущих садов на территории резиденции, до писчих принадлежностей на столах участников сбора, здесь всё пропитано богатством и красотой. Каждая деталь, каждый предмет в интерьере буквально кричит о баснословном состоянии хозяев этого места. Вэй Ин лишь хмыкал и презрительно ухмылялся, глядя на всё это, и сравнивал с Пристанью Лотоса и Облачными Глубинами. Первые, хоть и не столь богаты, как Ланьлин Цзинь, но их резиденция гораздо уютнее, а взаимоотношения между людьми теплее – нет этого преклонения и зависти, что он увидел, пробыв здесь едва ли полдня. По крайней мере, так было раньше. А клан Гусу Лань, на его взгляд, не менее богат, чем Ланьлин Цзинь, но они никогда не кичились своими деньгами, хотя тратят на снаряжение своих адептов приличное количество серебра и золота. Ни один из жителей Облачных Глубин никогда не пожалуется на то, что его чем-то обделили. Как, впрочем, и в Юньмэн Цзян ни один адепт не скажет, что к нему плохо относятся или ему чего-то не хватает для жизни.

– Лань Чжань, иди скорее сюда! Это не купальня, а целый бассейн! – из-за приоткрытой двери купальни прокричал Вэй Ин, поторапливая своего любимого. Им уже нужно отправляться на банкет, но, проделав такой долгий путь, стоило не только переодеться, но и искупаться. Особенно, имея под боком столь чудесное место.

Отделанная белым мрамором с золотистыми прожилками и деревянными вставками из светлого дерева, купальня представляла собой очередной образчик любви ордена Ланьлин Цзинь ко всему роскошному и красивому. Небольшой бассейн по центру был наполнен водой комфортной температуры, которая явно поддерживалась такой при помощи специальных бытовых заклинаний. По достоинству оценив предоставленные им покои, Усянь, быстро сбросив с себя одежду, запрыгнул в теплую воду, расплескав ее по полу вокруг.

– Ах, какая благодааать… – протянул Вэй Ин, расположившись на первой ступени маленького бассейна, ожидая, пока к нему присоединится Ванцзи. Его любимый, полностью обнажившись, не спеша подошел и присел рядом с ним на каменный бортик, опустив в воду только ноги.

– Лань Чжань, почему ты не заходишь в воду? Думаю, нам стоит поторопиться, – недоумевая, спросил Усянь, подбираясь поближе к Ванцзи. Он уселся в воде возле его ног и вопросительно заглянул в светлые глаза.

– Я хочу помочь помыть тебе волосы, – ответил он.

– А мы не опоздаем на банкет… если ты мне будешь мыть волосы? – хитро прищурившись, спросил Усянь.

– Не опоздаем, – сверкнув глазами, произнес Лань Чжань.

– Тогда, уважаемый Ханьгуан-цзюнь, я весь в Вашей власти. Хорошо позаботьтесь обо мне, – расплывшись в довольной улыбке, произнес Вэй Ин.

– Несомненно, я хорошо о Вас позабочусь… Старейшина Илин… – завершил Ванцзи еле слышным бархатным шепотом, а по телу Вэй Ина прошла дрожь от того, каким голосом Лань Чжань произнес его старинный титул.

Ласкает теплая вода двоих мужчин, сжимающих друг друга в объятиях; покрывают губы поцелуями трепещущие от возбуждения тела; касаются горячие ладони самых сокровенных мест, вызывая томные вздохи… Так сладко, так приятно быть желанным… так томительно таять в жарких объятиях своего любимого от предвкушения самого вкусного…

Скользят ладони по влажным телам, сжимают нежную кожу пальцы, закусывают губы… Ванцзи, чтобы не наброситься сию же секунду, не подмять под себя грубо, а растянуть удовольствие от этих ласк, продлить трепетное ожидание единения… Вэй Ин, чтобы сдержаться и самому не попросить взять его здесь же, в этом бассейне, чтобы насладиться жаркими ласками в полной мере, отдаваясь им полностью… впитывая их в себя все до единой…

Лань Чжань усадил Усяня на бортик бассейна, а сам разместился между его раздвинутых ног, оглаживая их, проводя пальцами по нежной коже внутренней стороны бедер, ощущая, как Вэй Ин дрожит от этих прикосновений. Это реакция его любимого, его трепет, его желание – одно это возбуждает Ванцзи до предела, создает непередаваемое напряжение в паху. Сколько бы они ни занимались сексом, но каждый раз все ощущения столь острые и яркие, словно они делают это впервые. Все прикосновения, поцелуи, объятия, эти слитные движения, что дарят невероятное удовольствие – всё остается неизменным в своей всепоглощающей обоюдной страсти. Они будто растворяются друг в друге, полностью отдаваясь своим желаниям.

Ванцзи мягко касается ладонью члена Вэй Ина, слегка сжимает его и несколько раз проводит по всей длине… и больше не разменивается на такие ласки, а опускает голову и вбирает мягкими губами влажную от сока головку. Играя языком, ощущая твердую плоть своими губами, слушая стоны своего любимого, Ванцзи и сам начинает ласкать себя. Он знает, что Усянь не любит, когда он сам себе помогает, но терпеть нет сил… и это так приятно, ощущать естество своего любимого подобным образом, обладать им, вызывать в нем эту бурю жаркого удовольствия, словно играть на его теле мелодию страсти, разнузданной похоти, что желанна им обоим.

Сперва Вэй Ин вцепился руками в каменный бортик купальни, сдавливая его до побелевших пальцев, но, спустя минуту влажных ласк Ванцзи, не выдержал и опустил ладони на голову своего любимого, цепляясь за мокрые черные волосы. Не сдерживая свои стоны, он забылся в этих ярких ощущениях, но в какой-то момент вдруг осознал, что губ Лань Чжаня ему мало… он хочет… он так безумно желает, чтобы тот взял его полностью… Да, прямо здесь, на твердом каменном полу купальни… или в воде… без разницы… Он хочет, чтобы Ванцзи вошел в него… желает ощутить его в себе… чувствовать его твердый член в своем разгоряченном теле… что уже требует… жаждет единения с тем, кто вызывает в нем такое дикое желание.

– Ла… Лань Чжань… Аах… Постой… – попытался остановить его Вэй Ин, но Ванцзи был так увлечен процессом, что просто не отреагировал на его слова, продолжая ласкать губами твердую плоть любимого. – Лань Чжань, погоди… – не унимается Вэй Ин, и Ванцзи наконец-то останавливается и вопросительно смотрит на своего мужчину, – Лань Чжань, я хочу, чтобы ты взял меня… здесь и сейчас… мне мало этих ласк, я хочу тебя всего полностью… – с хрипотцой в голосе, произнес Вэй Ин.

Ванцзи лишь выдохнул и обжег своего мужчину таким пылающим взглядом, что Вэй Ин понял – его возлюбленный и сам подобного желает. Усянь под его пристальным взглядом опустился на спину, лег на каменный пол, а Ванцзи ближе подтянул его к краю бассейна, так, чтобы оказаться самому между широко раздвинутыми ногами любимого, что пятками сейчас упирался в край купальни. Неприличная поза, развратная до ужаса, но для них обоих такая жаркая, такая удобная… Лань Чжань обильно смочил в слюне два пальца и аккуратно ввел их в мягкое, податливое тело Вэй Ина, сейчас еще немного тугое, но быстро подстраивающееся под его пальцы… под его твердую плоть… Стабильная практика даёт свои результаты и им теперь не нужно долго подготавливать Усяня, его тело теперь требует, жаждет близости и легко отвечает на такие ласки, позволяя проникать глубоко, брать сильно, отдаваясь полностью со всей страстью, на которую способен Вэй Ин… а для Ванцзи он способен на многое…

Добавив еще палец, Лань Чжань несколько раз толкнулся в горячее тело Усяня, и больше не в силах сдерживаться, немного грубо вошел в него своим естеством. Нет времени бегать за маслом, что обычно они готовили заранее, чтобы всегда было под рукой… а здесь… воспользовавшись собственным соком, что обильно выделился из члена от перевозбуждения, Ванцзи просто размазал его по своей плоти, и с жадностью взял Усяня, вызвав у того негромкий вскрик. Остановился на несколько секунд, дав телу любимого привыкнуть, и начал плавно двигаться, постепенно ускоряя темп. Усянь в ответ сжал его бока приподнятыми ногами, прижимая к себе теснее, создавая более удобную для них двоих позу. Поддерживая Вэй Ина за бедра, Лань Чжань овладевал им страстно и, в этот раз, немного жестко, но мужчина в его руках стонал от наслаждения, требуя еще и еще, прося брать его сильнее, не жалеть… Вэй Ин излился быстро, даже не понадобилось касаться его члена ладонью. Выгнулся в руках Ванцзи, привычно прикрыл рот тыльной стороной ладони, словно стараясь заглушить стон, но Лань Чжань уже знал, что на пике наслаждения Усянь прикусывает себе кожу на руке, будто добавляя некой остроты ощущениям, как и зажмуривает глаза в этот же момент наивысшего блаженства. Ненадолго задержался и Ванцзи, сжались его руки на бедрах Усяня, полыхнула в паху диким сладким удовольствием и раздался хриплый стон, подводящий итог их сегодняшней страсти.