Зимний сон (СИ) - "Leya Li" - Страница 116

– Твоя работа очень важна для нашего клана, но до ее завершения лучше никому об этом не рассказывать. Ты помнишь об этом?

– Конечно! Только когда я получу результат, мы сможем с гордостью представить наше открытие на Совете кланов. Это вынужденная мера из-за того, что я использую единую магию. Без положительного результата нас и слушать никто не будет! –словно на экзамене протараторил Сюаньюй.

– Ты молодец, всё понимаешь! –похвалил его Яо с теплотой в голосе. – Если ты на сегодня завершил свои дела, то не хочешь со мной прогуляться? –мягко спросил Гуанъяо, а Вэй Ин в это мгновение неожиданно усомнился, а вдруг они действительно все ошибались на счет него?

«Нет-нет-нет! Я сейчас чувствую любовь Сюаньюя по отношению к Мэн Яо. Разве стал бы человек столь сильно любящий, желать смерти своему любимому? Да еще таким извращенным способом… что-то здесь не так…», –Вэй Ин сразу же отбросил неожиданные мысли.

Усянь чувствовал эмоции Мо Сюаньюя, направленные на Гуанъяо–любовь, граничащая с обожествлением. В лице Мэн Яо юноша нашел поддержку на тернистом пути, что он решил изучать. Единая магия –кто бы мог подумать, что она возможна, да ещё и окажется на много порядков мощнее классических ее направлений. Когда Сюаньюй аккуратно спросил о ней отца, Цзысюаня и пару учителей, то те наперебой начали его ругать, говоря, чтобы и думать о таком не смел, если не хочет уподобиться мерзкому Старейшине Илин и пасть от рук своих же братьев. Никто даже не стал слушать его размышлений о том, что единая магия не является Темным путем и, следовательно, не имеет к Вэй Усяню никакого отношения. А вот Мэн Яо поддержал Сюаньюя и даже отдал на время книги авторства Старейшины Илин, доставшиеся ему в качестве военных трофеев после карательного похода на гору Луанцзань. Вкупе с книгами по темным искусствам, имеющимся в секретной комнате клана, в которую отец дал ему доступ, Мо Сюаньюй получил приличный объем информации, превышающий имеющийся у Вэй Усяня на момент его смерти. Вэй Ин был практиком и изучал Путь Тьмы на деле, а юный Мо тщательно постигал теорию, ища пути объединения темного и светлого искусства заклинательства. И видимо нашел.

Едва начался следующий сюжет, как Вэй Ина выбросило из сопереживания.

– Он возвращается! Скорее уходи! Я буду вновь ждать тебя… –услышал напоследок Усянь до того, как меч вытолкал его из сопереживания. Похоже, что это уже был сам дух этого клинка.

Уходя, он почувствовал эмоции Суйбяня–его меч был обижен тем, что Вэй Ин, едва появившись рядом, общался с чужим клинком, а не с собственным.

«Почему у меня такое чувство, словно я изменил любимому человеку?», –подумалось Усяню.

Осторожно выбравшись из этой комнатки, Вэй Ин, передвигаясь под потолком, вернулся к месту, где находилась бессознательная Цинсу. Женщина была в сознании и не одна.

Цзинь Гуанъяо склонился над сидящей в кресле супругой и чем-то поил ее из маленького глиняного флакончика. Вылив ей в рот всю жидкость, он обтер её губы и довольно выдохнул.

– Вот и всё. Ты ведь хорошая девочка и будешь во всём слушаться своего любимого мужа? – нежно спросил он, а Цинсу кивнула в ответ. – Вот и славно. Сегодня вечером тебе стало плохо, и ты уснула, не дождавшись меня. Ты ни с кем не виделась и не получала никаких писем. Верно? – женщина вновь кивнула, закрыла и вновь открыла глаза. – Моя дорогая супруга, нам пора идти спать, у тебя будет болеть тело, если ты станешь засыпать вот так. Зачем ты пришла сюда? – неожиданно проговорил он заботливым голосом.

– Я… я совсем не помню… мне было так плохо и, видимо, я случайно зашла сюда. Отведи меня отдыхать, – осмотревшись в недоумении, произнесла женщина.

– Конечно, любовь моя. Пойдем в спальню. Тебе пора спать, – проворковал Мэн Яо, а Вэй Ина от таких лживых нежностей потянуло плеваться.

«Вот лживый ублюдок! Опоил ее зельем подчинения! Скотина! Только подобные твари будут использовать этот настой на близких людях! Урод! Мразь!» – ругался мысленно Усянь, но параллельно этому, едва Мэн Яо и Цинсу отвернулись в сторону, подлетел и прицепился к подолу платья женщины.

Когда они вернулись в спальню, Вэй Ин ненадолго задержался в комнате, понаблюдав за Гуанъяо. И не зря. Мэн Яо снял с пояса Цинсу небольшую изящную подвеску и отнес ее в рабочий кабинет, спрятав в обычную шкатулку, стоящую на полке книжного шкафа.

– Пропуск тебе больше не понадобится, – тихо произнес он, а Усянь обрадовался, что нашел то, с чем он сможет проникнуть в секретную комнату без наличия людей, обладающих таким пропуском. Осталось каким-то образом добыть этот предмет.

Дождавшись, пока Яо уйдет, Вэй Ин не стал здесь задерживаться. У него там Ванцзи уже, наверное, волнуется, пора возвращаться.

Бумажный человечек плавно опустился перед всё так же сидящим на полу Вэй Ином, потянулся красный поток энергии в обратном порядке, возвращая сознание Усяня в его тело. Ванцзи мысленно выдохнул, но не прекратил подачу светлой ци в тело возлюбленного – пока процесс не завершится, останавливаться нельзя.

– Фух! – устало выдохнул Усянь. – Это было крайне познавательно и необычно. Я сейчас тебе ТАКОЕ расскажу! – эмоционально произнес Вэй Ин, а Ванцзи облегченно вздохнул.

Вэй Усянь полностью рассказал Лань Чжаню обо всём, чему стал свидетелем.

– Одновременно и много, и мало. Взаимоотношения Яо и Цинсу к нам отношения не имеют, хотя это многое говорит о подлой сути Гуанъяо, а вот информации о причинах мести Сюаньюя пока узнать не удалось и это печально, – задумчиво произнес Ванцзи.

– Да, согласен. Лань Чжань, завтра я вновь пойду туда в таком же виде, но мне понадобится гораздо больше сил. Чтобы для этого придумать? – проговорил Вэй Ин, при этом поджав губы от легкого разочарования в том, что уровень его светлой энергии еще так мал, что приходится пользоваться посторонней помощью.

– Сичэня я отвлекать не могу, так как это вызовет подозрения. Можно пригласить Сычжуя и Цзинъи, они рады будут увидеть столь высокоуровневую магию. Причины объяснять не обязательно, достаточно того, что я скажу: «Надо», – ответил Ванцзи.

– Хорошая идея! Тогда завтра с утра на Совете скажи им, чтобы вечером пришли к нам, – обрадованно произнес Усянь.

– Договорились, – Лань Чжань кивнул согласно. – А теперь тебе нужно отдохнуть, – уже не терпящим отговорок тоном, проговорил Ванцзи.

– Сегодня я с тобой даже соглашусь. Такая магическая практика действительно выматывает, – потянувшись, ответил Вэй Ин. – Так что, да, пошли спать.

====== 44. ======

44.

Официально Совет кланов начался на следующее утро после вылазки Вэй Ина в покои Цзинь Гуанъяо. В первой половине дня, в основном, озвучивались вопросы, которые необходимо решить в этом году. Также выносились на повестку предложения, которые в течение всего совета остальным участникам необходимо обдумать и высказать своё мнение относительно предложенного. Молодежь сидела со скучающим видом и старалась лишний раз не смотреть на своих старших. Вчерашние синяки, полученные в драке, уже зажили, во многом благодаря имеющимся у ланьцев снадобьям, но сам факт того, что они ввязались в потасовку, мог иметь некоторые неприятные последствия для всех троих. Одним подобное запрещают правила, а Цзинь Лин мог получить нагоняй от младшего дяди за то, что позволил себя побить, ведь, хоть они и победили, но получили несколько раз по ребрам и лицам, что не допустимо, с точки зрения Цзян Чэна, любящего чистые победы.

Вэй Ин периодически бросал внимательные взгляды на Мэн Яо, ожидая увидеть в его поведении хоть какую-то эмоциональную отдачу относительно произошедшего вчера, но всё было тщетно. Цзинь Гуанъяо вёл себя как истинный Верховный заклинатель и глава клана. Цинсу не было, но она, как успел узнать Усянь, никогда и не интересовалась заклинательством, оставаясь в стороне от всего с ним связанного.

«Придраться не к чему», – в очередной раз с тяжким вздохом подумал Усянь.