Зимний сон (СИ) - "Leya Li" - Страница 117

Ванцзи скосил на него светлые глаза и тоже вздохнул, понимая беспокойство своего любимого.

Совет шел своим чередом. Заклинатели высказывались, помощники Гуанъяо составляли списки тем для обсуждения. Хотя все и так знали, какие вопросы необходимо решить в первую очередь, а какие оставить на потом, но в процессе всё менялось по несколько раз, и без четкого плана любое подобное совещание могло скатиться в неконтролируемый хаос и даже вызвать стычки между главами, особенно в вопросах, касающихся территорий, хорошо подходящих для ночной охоты. В связи с тем, что в прошлом подобное возникало неоднократно, Цзинь Гуанъяо ввел практику четкого планирования и структурирования каждого совета кланов. В первой половине первого дня, помимо основных, обязательных к рассмотрению задач, главы кланов выносят на общее обсуждения локальные вопросы, касающиеся взаимодействия между двумя или несколькими орденами и, в соответствии с важностью и степенью влияния на остальные кланы, эти вопросы вносятся в списки для разбора в течение Совета.

«Умный мужик этот Мэн Яо. Жаль только, что сволочь редкостная», – с новым тяжким вздохом подумал Усянь, а ближайшие к нему заклинатели, негодующе посмотрели на него – слишком уж часто он тяжело вздыхал.

Страдальчески вздыхали и оба ланьца в компании Цзинь Лина. Совет оказался жутко скучным. Скучнее, чем учить родословную кланов, насчитывающую десятки поколений и сотни ветвей родов. Хорошо, что в этот раз они будут присутствовать только в первой половине дня в течение трех основных дней Совета кланов. Юноши понимали, что им в любом случае в скором времени придется в этом мероприятии принимать активное участие, но сейчас ни один из них не хотел слушать нудные разглагольствования глав орденов. Отчаянно хотелось сбежать отсюда и отправиться на прогулку в город, посидеть в какой-нибудь чайной и пообщаться вдоволь с друзьями. Поэтому, вторя Вэй Усяню, все трое печально вздыхали и пытались не уснуть. Сычжую и Цзинъи помогала многолетняя практика, а А-Лин старался равняться на своих приятелей и держался молодцом.

Стоило только объявить о перерыве на обед, как Цзинь Лин вскочил и утащил своих друзей прочь из зала, приговаривая: «Слава всем богам, наконец-то можно уйти отсюда!»

Вэй Ин проводил их печальным взглядом и подумал о том, что как бы ему тоже хотелось отсюда уйти. Забрать Ванцзи и раствориться в ярком теплом дне. Гулять вдвоем по городу, есть вкусную еду и пить ароматное вино. Не думать о том, что ему нужно убить главу клана Ланьлин Цзинь, а просто радоваться жизни, находясь рядом со своим любимым мужчиной. Будут ли у них такие дни? Очень бы хотелось…

Вторая половина дня оказалась более насыщенной и к вечеру некоторые из заклинателей ощутимо охрипли от собственных криков и споров. Вэй Усянь очень устал. Устал, наверное, больше, чем если бы целый день играл на флейте, управляя армией мертвецов. Он любит поговорить, но вот от подобных мероприятий устает до ужаса, а ведь вечером вновь совершать вылазку в покои Гуанъяо. Хорошо, что Ванцзи еще перед началом Совета сказал молодежи о необходимости прийти вечером и помочь в одном интересном деле. В подробности вдаваться не стал, но заинтриговал их однозначно. Придут все трое. Что ж, тем больше энергии получит Вэй Ин.

На ужине, больше напоминающем мини-версию вчерашнего банкета, Вэй Усянь и Ванцзи не хотели задерживаться, но последнего вовлек в дискуссию Сичэнь и Лань Чжань не смог отказать брату, оставшись обсуждать с адептами других кланов какие-то неизвестные Вэй Ину события. Усянь покрутился рядом немного, но, не услышав для себя ничего важного, отправился побродить по округе. Ванцзи на слова любимого о самостоятельной прогулке лишь попросил быть осторожнее.

Ему хотелось еще раз поговорить с Цзян Чэном и узнать, когда тот уже скажет Яньли о том, что он это он. Жаль, но сестры на Совете не было, даже полюбоваться на нее не получилось. Сам же А-Чэн, на данный момент увлеченно о чем-то беседовал с Не Хуайсаном. Не став отвлекать двух молодых глав кланов, Вэй Ин решил выйти на свежий воздух. Что ж, может быть там найдется что-нибудь интересное.

Подмигнув издалека Ванцзи, Вэй Ин махнул головой в сторону выхода и, получив кивок согласия, отправился на улицу.

Блуждая по дорожкам резиденции ордена, Усянь вышел к целому полю пионов сорта «Сиянье средь снегов». Захватывающий дух великолепный пейзаж предстал перед ним. Лучи заходящего солнца окрашивали золотом белоснежные лепестки цветов, создавая колышущееся под легким ветром золотистое море. Вэй Ин медленно пошел вдоль этой красоты, наслаждаясь дивной картиной и уходя всё дальше и дальше в глубь этого сада. Забывшись в любовании природой, Усянь не заметил, как прошел через всё поле и оказался рядом с насаждениями кустарников, усыпанных бледно-розовыми цветами. Растения были посажены так, что составляли из себя некое подобие лабиринта с тропинками из мелкого белого гравия. На паре небольших полянок в этом лабиринте стояли лавочки, на одну из которых и присел уставший Вэй Ин.

И минуты не прошло, как он услышал приближающиеся шаги.

«Интересно, кто же этот любопытный?», – тут же подумалось ему.

Из-за высоких кустов вышел молодой мужчина лет двадцати пяти на вид, облаченный в золотые клановые одежды ордена Ланьлин Цзинь. Очень симпатичный, стройный, с правильными чертами лица и роскошными волосами, собранными в высокий хвост. Он явно не должен быть обделен женским вниманием, но этот мужчина сейчас с неприкрытой жадностью во взгляде смотрел на Вэй Ина.

– Мо Сюаньюй, ты вернулся? – спросил незнакомец.

– Вы бы для начала представились, – спокойно ответил Усянь. – Извините, но я Вас не помню, – голос этого человека не был похож на голос Сюя, друга Мо, о котором он узнал в сопереживании, а значит, это кто-то другой.

– Ты, верно, шутишь? Я не верю в эти россказни о том, что ты якобы сошел с ума. Досужие сплетни и не более, ведь я своими собственными глазами вижу, что ты в полном порядке, – произнес мужчина.

– Я абсолютно серьезен. Я Вас не помню, – четко проговаривая каждое слово, ответил Усянь.

– Ты специально так говоришь, чтобы не общаться со мной?! – вдруг нервно воскликнул незнакомец. – Ты… ты теперь вовсе меня видеть не желаешь? Я же Цзинь Хэй, почему ты меня забыл?!

– Извините, но я забыл всех, – настороженно ответил Вэй Ин.

– Как же так… почему же… – забормотал Хэй. – Сюаньюй, я видел, ты приехал сюда с адептами клана Гусу Лань. Почему ты с ними? Почему не вернулся сюда?

– Можно подумать, меня здесь кто-то ждал. Знаешь, мне тут недавно напомнили, из-за чего меня изгнали. Ты, видимо, не совсем понимаешь, что после такого обвинения я должен радоваться тому, что вовсе живым отпустили, – немного грубо ответил Вэй Усянь.

– Я… Я тебя ждал…

– Плохо ждал, хочу заметить. Цзинь Хэй, если бы я тебе был так нужен, то ты бы нашел меня в деревне Мо и спас от издевательств. Но, видимо, ни для тебя, ни для кого-то другого я ничего не значу. Так что нет необходимости мне тут петь о том, как ты меня ждал, – добавив злости в голос, резко произнес Вэй Ин. «Тоже мне, нашелся воздыхатель. Где ты был, когда Сюаньюя доводили до края», – тут же гневно подумалось ему.

– Никто не говорил мне, где ты… Я искал тебя, честно, но не нашел… – пролепетал Хэй.

– Да-да… и всё же, извини, но тебя нет в моей памяти, как и никого другого из моей прежней жизни. Вы все для меня теперь незнакомцы, – с угрюмой усмешкой ответил Вэй Усянь. И встав с лавочки, вознамерился уйти отсюда. Чем дальше, тем меньше смысла в этом разговоре.

– А-Юй, постой… Пожалуйста, ответь мне, почему ты с кланом Гусу Лань? – вдруг как-то обреченно спросил Цзинь Хэй.

– А я замуж вышел за одного из них, – ответил Усянь с вызовом. «Ну, посмотрим, что ты дальше запоешь в ответ на мою маленькую ложь. Ведь мы еще колени не преклоняли, но благословение места силы уже получили, так что тут – так правда, а вот так ложь», – подумал он.