Любовь со вкусом клубники (СИ) - Ольховская Вероника - Страница 27

Мы молчали, думая каждый о своём, но я мог поклясться — наши мысли совпадали.

— Прости меня. — шепотом произнёс я, опускаясь пальцами к ее ладони.

— Это ты прости меня. — произнесла она, положив свою голову на мое плечо.

— Мне не за что тебя прощать, глупая. — наши пальцы переплелись, а я не сдержался и прижался губами к нежной коже шеи. — Это я во всем виноват. — на выдохе шептал я. — Это я всегда все порчу.

— Не говори так. — хрипло ответила она, правой рукой гладя мои волосы.

— Моя… — я развернул ее к себе, прижимая к стене.

Наши губы слились в поцелуе, который был нужен обоим, как вода в пустыне. Бездумные движения рук по телу, вызывали смертельную дозу эндорфинов, разрывающих сознание.

Я совершенно потерял себя в этой девушке, не желая освобождаться. Такая упрямая, непримиримая, строптивая, своевольная девушка в один миг стала спасением для моей заблудшей души, возвращая веру в светлое и бесконечное.

Глава 18. Ника / Антон

Уже две недели мы с Антоном были «вместе».

Он прислушался ко мне, сказав, что готов ждать, когда я созрею для переезда к нему. Для меня было очень важно знать, что он готов меняться ради наших отношений.

Правда, практически каждую ночь я оставалась у него. И день тоже.

Моя работа переросла в заботу о любимом мужчине. Каждый день я старалась удивить Антона новыми интересными блюдами, а он от души хвалил меня, засунув свои недовольство и ворчливость в дальний ящик.

— Я сегодня буду поздно. — сказал Тоша, одевая белую футболку. Да, на место ежедневных деловых костюмов пришёл свободно-официальный стиль. Оказалось, что он искусно умеет комбинировать темные деловые брюки и легкие, неформальные футболки. — Нужно пересмотреть кучу резюме горничных.

— И, кроме тебя, этим заняться, конечно же, некому. — усмехнулась я, складывая в контейнер свежеиспеченные пирожки.

— Нет. Я привык со своим персоналом разбираться сам. — он взял в руки контейнер. — Ну я же говорил, что это лишнее. У нас прекрасный ресторан, в котором вкусно готовят.

— Вообще-то, я старалась, Львинский. — я схмурила брови, недовольно посмотрев на него.

— Ладно, ладно. — он примирительно поднял руки. — До вечера, клубничка.

Антон уехал, а я прибравшись, собралась к Геше. Она вчера звонила, спрашивая когда я наконец-то появляюсь дома — ей срочно было необходимо мне что-то рассказать.

Антон

«Заботушка моя», — думал я, смотря на контейнер с черничными пирожками, лежащий на пассажирском сиденье.

Сегодня должен быть адски сложный день. Персонал «Равенны» совсем отбился от рук, пока я прохлаждался на больничном. Гости жаловались на ужасную уборку номеров, постоянную пыль, грязь в ванных. Пришлось принять категоричное решение уволить всех горничных. Поэтому сегодня я должен был отобрать по меньшей мере семь человек.

Алекс нашёл мне потрясающего помощника Никиту, который старался работать не хуже Софии. Она, кстати, как я и думал, устроилась к конкурентам.

Заселение в отель мы временно приостановили, поэтому сегодня здесь было очень пустынно.

Зайдя в кабинет, взял заранее приготовленную папку с документами, лежащую на журнальном столе. Сев в кресло, включил ноутбук, переведя телефон в «беззвучный режим».

— Антон Сергеевич, можно? — постучавшись, спросил Никита.

— Да, заходи. — я открыл документ с обязательными вопросами для трудоустройства. — Поможешь мне при собеседовании. Задача «максимум» — полностью укомплектовать штат, задача «минимум» — найти руководителя хозяйственной службы, старших горничных и около трёх, четырёх обычных горничных. Все понятно?

Он молча кивнул, открыв планшет.

— Первый соискатель будет через 15 мину. — сказал Никита, сверяясь с расписанием.

— Отлично.

День тянулся очень медленно. Если с обычными горничными мы разобрались довольно быстро, то найти руководителя хозяйственной службы оказалось делом не простым. Недостаточный стаж, отсутствие необходимых знаний, отрицательные отзывы прошлых работодателей. Голова буквально раскалывалась.

— Здравствуйте, Антон Сергеевич. — послышался до боли знакомый голос зашедшей девушки. Сердце предательски забилось, вызывая ноющую боль, прокатившуюся волной по телу. Подсознание автоматически вернулась на три года назад.

Три года назад. Квартира Антона.

— Ты ничего не хочешь мне объяснить? — прорычал я, видя, как моя любимая девушка, металась, собирая свои вещи.

— Нет, Антон. — отстранённо ответила она, даже не подняв на меня свой взгляд.

— Мила! — я преградил ей путь. — Что ты творишь? У нас свадьба через месяц! Мы так давно этого хотели!

— Этого хотел ты, Антон. — ее апатичность убивала сильнее истерики. — Меня душит твоя любовь, твоё желание создать семью. Я не готова, слышишь? Не готова. — последнее слова она буквально выплюнула слогами.

— Ну хочешь, я дам тебе свободу! Хочешь, отменим свадьбу и будем просто вместе жить. — я с лёгким нажатием схватил ее за плечи. — Зачем уходить? Зачем расставаться?

— Нет, Антон. — пустой взгляд остановился на мне. — Я не люблю тебя. Давно уже не люблю.

— Что? — жгучая боль охватила грудь, заставив ослабить хватку. — Но все же было хорошо!

— Тебе только так казалось. — Мила с лёгкостью вывернулась из моих рук, направившись к чемодану. — Иллюзия идеальной жизни и так продлилась слишком долго. Я больше не могу, правда. Отпусти, забудь, начни с нуля. Возможно, первое время будет тяжело, но поверь, так будет лучше для нас двоих.

Резкая нехватка воздуха заставила спустится по стене, закрыв глаза.

— Прости, если сможешь. — холодно произнесла она, проходя мимо меня. — Прощай.

Мой безупречный мир в секунду рухнул, оставив погибать под обломками счастливых воспоминаний.

Ника

Добравшись до дома Жени, зашла в кондитерскую по пути, чтобы купить ее любимые эклеры.

Подруги дома не оказалось, но она позвонила, попросив ее недолго подождать.

Зайдя в свою комнату, удивилась тому, что практически все мои вещи перекочевали в квартиру Антона. Как могло получится так, что я не хотя, постепенно практически переехала к нему?

«Все равно сделала так, как он хотел», — улыбнулась я, совершенно не испытывая раздражение от этого.

— Я дома. — послышался голос Жени, доносящийся из прихожей. — Ой, ты ж моя радость, за эклерчиками мне зашла.

— Решила тебя порадовать, а то голос у тебя грустный вчера был. — я подошла к ней, крепко обняв.

— Тогда, я сейчас чайник поставлю и поболтаем.

Оказалось, что Женя по уши влюбилась в партнера ее отца по бизнесу. Ее совершенно не волновало то, что мужчина был на двадцать лет старше ее и за плечами имел неудачный брак и несовершеннолетних детей.

Правда, Михаил, так звали объект воздыханий Геши, совершенно не хотел на неё смотреть, а отношения заводить тем более.

— Ты бы видела его, пирожок. — мечтательно вздохнула она, откусывая эклер. — Такой брутальный, такой сексуальный. У меня от одного его вида крышу сносит в направлении Китая.

— Мне, все-таки кажется, что он для тебя староват. — еле слышно произнесла я, боясь нарваться на смачный удар.

— Ну не ну-у-ди, Голубева. — раздраженно протянула она. — Неужели не слышала, что любви все возрасты покорны?

Я лишь молча кивнула, подумав, что совершенно не имею никакого права указывать подруге как жить.

— А у вас как? — любопытство взяло верх над Женькой. — Как там твой суровый лев?

— Оказался очень даже милым котёнком. — улыбнулась я, вспоминая свое безумие.

— А подробности? — не унималась она, положив локти на стол.

— Я по договору не могу разглашать подробности личной жизни Антона Сергеевича. — усмехнулась я, пытаясь увильнуть от темы.

«Счастье любит тишину», — в этом я была стопроцентно убеждена.

— Какая же ты скучная, Голубева. — она встала, показывая резко возникшее безразличие. — На свадьбу-то хоть позовёшь?