Чужая половина мира (СИ) - Хаимович Ханна - Страница 49

— Будь это не Ферелейн, я решила бы, что вместо противоядия подсунули яд, — сказала Агнесса. — Но иногда перед улучшением может стать хуже.

— Сомневаюсь, что это тот случай, — поморщился Аджарн.

Ферелейна все не было. Агнесса нервно ходила туда-сюда, уже не обращая внимания на запах. Она почти наяву видела, как утекают шансы найти пришлых и застать реальный мир таким, каким она его запомнила. Казалось, остальные не замечают или не хотят замечать, как это серьезно. Если бы погиб хоть один из гильдмейстеров, весь план полетел бы в Бездну. И так вместо Логгета в псевдореальность отправился спешно назначенный исполняющий обязанности. При том, что совет был на пике силы только тогда, когда в него входили полноправные гильдмейстеры…

Желтоватый свет ламп взрезала короткая вспышка. Аджарн, не выдержав, заново наложил на Ларадера стазис.

— Может, это и временное ухудшение, но, по-моему, он умирает, — прокомментировал он.

— Если у Ферелейна ничего не получилось, это конец, — пробормотала Агнесса. — Нет, можно еще найти Васселена. Они наследники гильдии снов, у них могут быть рецепты. Или сразу возвращаться в наш мир, лечить Ларадера и начинать сначала.

— Точно, Васселен! Ну-ка…

Хлопнула дверь. Гулкий голос Ферелейна заглушил негромкие слова Аджарна.

— Эпидемия прекратилась. Меня это настораживает. Вы говорили, что-то может попасть отсюда в реальный мир?

— Что?

Агнесса зажмурилась. В реальном мире не хватало только эпидемии! Ей все больше хотелось наплевать на пришлых и мчаться домой — спасать детей.

— Псевдореальности встретились — и из вашей исчезло еще одно явление… Почему ничего не исчезает из нашей? — пробормотала она. — Нужно заканчивать с этим скорее, но как, Бездна, если мы увязли по горло…

— Эпидемия, — напомнил Ферелейн. — Моя псевдореальность расползается. Я понимаю, о чем говорил Лейдер. Можете сами посмотреть, мадам Инайт.

— Нет времени. Ларадер умирает. Ваше противоядие не подействовало.

Вздрогнув, Ферелейн метнулся к Ларадеру. Сверкнул глазами, но в последний момент передумал снимать стазис.

— Проклятие!

— Я вернусь в нашу псевдореальность и буду искать Васселена, — сказал Аджарн. — Он должен знать хоть что-нибудь. Агнесса… тебе виднее.

— Ищи. Я постараюсь скоро вернуться. Сначала посмотрю, что значит «псевдореальность расползается».

Аджарн кивнул и молча телепортировался.

— Когда вы советовали мне почитать о повелителях снов, — выдохнула Агнесса, — вы забыли, что ни в одной из псевдореальностей их нет и никогда не было. Забавное совпадение, правда?

Расползалась. Нельзя было подобрать слова точнее. Псевдореальность расползалась, как мокрая газета. И замечалось это не зрением. На первый взгляд мир не изменился вовсе. Так же белели аккуратные дома, ярко сияли фонари, по дороге неслись машины, а люди высыпали на улицу, громко обсуждая исчезновение эпидемии. «Он как раз принял лекарство! — донеслось до Агнессы. — Господин Ферелейн не зря столько трудился!»

…Ферелейн горько усмехнулся и поплотнее натянул нелепый картуз.

Но было и кое-что еще.

Исчез ветер. Не утих — исчез: ни дуновения, ни шевеления, ни даже морозной ночной свежести. Мертвая затхлость, будто в давно не проветриваемом подвале. Внизу расстилался город, видный с холма как на ладони: синеватая мгла и огоньки светящихся окон. Огоньки напоминали белые точки, грубо наляпанные краской на темный картон. Не верилось, что там высятся объемные каменные здания и обитают живые люди. Декорация выполняла свою роль — изображала задний план.

— Не понимаю, — пробормотала Агнесса. — Так не должно быть. Так не может быть!

— Я боюсь, что завтра приду на работу и увижу вместо лаборатории разрисованный булыжник. Такую известковую каменюку с намалеванными окнами и дверьми, — буркнул Ферелейн. — Здесь река неподалеку. Вы слышите реку?

Агнесса не слышала реки. Лишенная зрителя, декорация не давала себе труда жить самостоятельно.

— Совсем рядом, через переулок набережная.

Ферелейн кивнул вправо, и Агнесса последовала за ним. Переулок оказался небольшим, узеньким и уютным, в ярких зимних лентах и светящихся узорных фонариках. В витрине галантерейного магазина виднелась огромная охапка еловых ветвей, установленная на подставку и перевязанная все теми же зимними лентами. Здесь, наверное, главный зимний праздник отличался от айламадского Тепловорота. Тепловорот знаменовал конец зимы, когда уже начинало теплеть. В других странах, там, где всходило солнце, отмечали разные его циклы: Солнцевороты, кажется. Такие чуждые коренному айламадцу…

На миг Агнесса усомнилась в своих подозрениях. Все снова казалось настоящим. Может, Ферелейну померещилось? Наслушался рассказов Лейдера…

Да. Лейдер. Ему тоже померещилось?

Агнесса знала бывшего мужа достаточно, чтобы сказать с уверенностью: ему не привидится то, чего нет, и он не станет просто так бросаться паническими заявлениями.

Ферелейн свернул к подъему на мост — здесь начинались перила. Агнесса взялась за краешек, оглянулась…

Боковое зрение уловило какую-то странность, и Агнесса обернулась уже всем телом.

По переулку сновали люди. Она видела их, идя рядом с Ферелейном.

Они сновали там и сейчас.

Но Агнессу не оставляло впечатление, что прохожие начали двигаться лишь через секунду после того, как на них упал ее взгляд. До того…

До того они или застыли в вакууме, или их не существовало вовсе.

По телу пробежала непроизвольная дрожь. Агнесса поежилась и шагнула на мост.

В следующий миг земля ушла из-под ног.

— Проклятье! — завопил рядом Ферелейн. Сверкнула магическая вспышка. Ошеломленная, Агнесса не сразу поняла, что происходит. Потом было уже поздно соображать. Ее обдало продирающим холодом. С ног до головы. В уши, в нос и в рот полилась ледяная вода. А, Бездна!

— Сейчас! — булькнул Ферелейн. Снова что-то сверкнуло. Агнесса отчаянно пыталась хоть за что-то зацепиться. Течение оказалось неожиданно сильным. Ее неумолимо относило к середине реки, к черным водоворотам и каменным порогам. Бездна! Ни деревца, ни коряги, и до Ферелейна далеко!

Она попыталась телепортироваться — воздух не хотел сгущаться. Ферелейн колдовал, Агнесса видела вспышки. От внезапного прилива ужаса исчез даже пронизывающий холод. Что происходит? Почему у нее не получается колдовать?!

Мощная сила потянула на себя. Берег реки отдалился — казалось, до него десятки километров. Агнесса еще раз отчаянно попыталась телепортироваться, безнадежно поняла, что кокон не формируется, и…

Ее схватили за руки. Ферелейн.

Он сам телепортировал ее к себе, создав какую-то ступеньку у скользкого берега.

Агнесса перевела дух и всмотрелась в размытую кромку земли.

— Здесь что, нет набережной? — только и выдавила она.

— Набережная есть. Была, — мрачно сообщил Ферелейн. — И мост был, а теперь его нет. Растаял, как видите.

— Вижу. И знаете что еще? Я не смогла применить чары! — Агнесса не сдержала рвущейся наружу паники, и та явственно прозвучала в голосе. — Интересно, в этом виновата ваша псевдореальность или я теряю магию?

— Не знаю, как с этим обстоят дела у женщин, но думаю, что так же, как и у мужчин. Магию невозможно потерять, — серьезно сказал Ферелейн. — Ее можно заблокировать, подавить, не использовать, пропить все умения… Утратить — нет. Пойдемте. Выберемся наверх и обсушимся.

Он принялся карабкаться по илистому склону. Легкий морозец не мешал грязи скользить и коварно толкать в сторону. Агнесса держалась за руку спутника и изо всех сил вонзала каблуки в подмокшую землю. Странно. Ступая на мост, она была уверена, что берег аккуратно выложен камнем…

Взобравшись туда, откуда свалились, они долго не могли отдышаться. Хороша парочка, нервно подумала Агнесса. Пожилой толстяк и неженка, не привыкшая к физическим упражнениям.

Она выпрямилась и вздрогнула. Ферелейн стоял спиной к улице, он не видел того, что открылось взгляду.