Чужая половина мира (СИ) - Хаимович Ханна - Страница 62

Воцарилась тишина. Ветер негромко посвистывал в кронах, где-то звенели трамваи.

— Они все погибли? — спокойно переспросила Ястмин.

— Все. Мадам Инайт будет в восторге от такой услуги.

На этот раз молчали дольше. Неловко кивая в знак прощания, Эрб и Роггерт зашагали к дороге. Колдовать они так и не стали. Осканна шмыгнула в дом, и вскоре оттуда донесся скрип двери кладовой.

— Даже если бы мы не ушли, все были бы обречены, — произнес Магнус. — Вместе с нами. Если бы мы знали…

— Если бы Лайна раньше додумалась бежать в Арку, — добавила Эвелина. — Не волнуйся, Мэри, мама не станет устраивать разнос. Но что делать с историей о «ведьминской ловушке»…

— Подключатся гильдии. Не в первый раз, — обнадеживающе сказал Магнус. — Лучше решите, что делать с этой аномалией, — он кивнул на солнца. — И с фоном. Мы не можем колдовать. А ждать совет гильдмейстеров — плохая идея.

— На центральную площадь. К факелу, — ненавязчиво подсказал Аджарн, когда Агнесса замялась, соображая, как выглядело Прибежище в эпоху повелителей снов.

Воздух сгустился — и расступился перед клином брызжущего света.

Факел нашелся на том же месте, в центре Прибежища. Он стоял на постаменте, а от площади разбегались лучами четыре широких проспекта. Здания были незнакомыми — старинными, приземистыми, замысловато украшенными.

И пугающими.

Стоило шагнуть на плещущуюся в тумане твердь, как появилась тревога. И она нарастала с каждым мгновением.

Словно Агнесса вдруг оказалась под прицелом десятков недобрых глаз.

Она вскинула голову и начала озираться, не обращая внимания на гильдмейстеров. Крыши, все в скульптурах и башенках, точно смотрели свысока прищуром крошечных окон.

Встретить. Задержать. Дать отпор. Прогнать. Отомстить. Убить. Уничтожить, стереть в порошок, разорвать, разметать в клочья…

Нарастала не тревога. Нарастал флер рассеянных в воздухе желаний.

Чьих-то.

Или ничьих.

Или принадлежащих чему-то, что пока не имело названия…

— Погодите, — произнес Васселен. — Здесь кто-то есть.

— Достаньте артефакт, — сказал Дальтер. — Создадим общую защиту… Нет, от вас ничего не нужно, мадам Инайт, я сам.

Агнесса сунула руку в карман и поняла, что опоздала.

— А-а-х-х-х…

— Она здесь.

Вздохнул ветер. Что-то прошелестело почти человеческим голосом. Его перекрыл настоящий человеческий — тихое, но отчетливое бормотание. Факел мягко полыхнул и разросся до гигантского огненного клубка. В ослепительном сиянии мигнули два алых огонька — кто-то из гильдмейстеров ставил защиту. Обдало теплом, но не жаром. Пламя распалось на отдельные потоки, закрутилось, расширяясь, окружило водоворотом, взлетело выше крыш. В мгновение ока совет гильдмейстеров оказался в раскаленном колодце. Огненная стена росла из-под ног, раскрываясь цветком.

Желто-рыжие языки сливались в один и устремлялись ввысь.

— Кто ты? — крикнула Агнесса. Ей не ответили. Вокруг снова вздохнуло, хотя глаза видели только пламя.

От факела остался черный остов, напоминающий узкий обугленный бокал.

— Слышал об этой магии, — пораженно шепнул Аджарн. — Тюрьма для ведьм!

Точно. Агнесса вспомнила живую огненную стену. Но она открывалась…

— У вас случайно не сохранился ключ? — Дальтер переводил взгляд с нее на Аджарна, не зная, у кого спрашивать. Но Агнесса не интересовалась судьбой ключа с тех пор, как рухнула тюрьма для ведьм.

— Должно быть, валяется где-то на руинах в нашем Прибежище, — ответила она. — Я его не искала. А что, ключ от одной стены поможет открыть другую?

— Не знаю. Но телепортироваться отсюда уже не получится, я только что попробовал, — напряженно сказал Дальтер. Свист и шорох утихли, негромкий голос что-то бормотал по другую сторону стены, то ли шепча молитву, то ли поспешно инструктируя кого-то. Минуты сгорали в огненной пелене. Никто не появлялся.

— Нас ждали, — заметил Васселен. — Похоже, они сам не ожидали, что мы так легко попадемся. Это затишье значит всего лишь, что они совещаются.

— А ведь мы могли бы и не попасться, — буркнул Дормитт, взглянув на Илкадиса. Тот пожал плечами.

— Как? Да будь мы сто раз начеку, это не спасло бы от такой ловушки.

— Не может быть, чтобы отсюда не было выхода. Нужно выбираться, пока там совещаются, — тихо проговорил Лейдер. — У нас есть артефакт. Объединим силы и…

— А-а-х-х-х…

Огненная пелена вздыбилась рассеянной пеной. Сразу несколько человек закричали от боли. Аджарн сверкнул глазами, отправляя к ним защиту, но все закончилось еще быстрее, чем началось.

Барнинг и Ларадер, кривясь, рассматривали ожоги. Постейт тер щеку. Частиц артефакта больше не было. Их сожрала огненная стена.

— Оно понимает все, что мы говорим, — констатировал очевидное Васселен. — Проклятие, не знаю такого свойства у этой магии.

— Я не знаю даже, как она работает, эта магия, — сказал Аджарн. — Слышите, Дальтер? И вы там, за стеной, тоже! Даже если бы мы объединили силы, это ничего бы не дало! Я только хранил ключ, а не управлял стеной вокруг тюрьмы!

— Не знаете? — изумился глава совета.

— Откуда? Тюрьма стояла столько, сколько существовало Прибежище. Магия слишком древняя. Я пытался разобраться в ней, но это что-то из арсенала повелителей снов. В архивах ничего не нашел.

— Васселен? — посмотрел на него Дальтер.

— Я не всеведущ, — устало отмахнулся тот. — Чего нет в архивах, того нет на свете.

— Уверены, что там совещаются? Магия, которая никого не выпускает, сама по себе смертельна. Время убьет всех.

— Это чужая псевдореальность, — напомнила Агнесса и Дальтеру, и самой себе. — В ней невозможно застрять против своей воли. Должен быть выход. Возможность телепортироваться. В Арку или в наш мир. Или хотя бы в свои псевдореальности. Должна…

— Мы пробовали, — заметил Дальтер.

— Может быть, я ошиблась. Вы не видели барьеров, а я видела. Мы не можем попасть к себе из-за них. Это кольцо с воронкой посредине. Создается общий слой с кем-то — сдвигается барьер… Бездна, я должна была догадаться!

— Меня не интересует ваш поток сознания, мадам Инайт, — желчно проговорил Дормитт, — но поскольку он, по-видимому, имеет отношение к возможности выбраться, поясните.

Постейт присел на декоративный куб у постамента и принялся растирать ногу. Смелея, гильдмейстеры начали ходить в огненном колодце и разглядывать стеклистую раскаленную пелену.

— Я видела систему псевдореальностей как воронку, окруженную кольцом стен. Когда я создавала общий слой с кем-то из вас, фрагмент кольца отодвигался. Сейчас оно стало шире. Сдвинулись все сегменты. Но воронка — это не выход в наш мир, как я думала. Это моя псевдореальность. Точнее, наша… — Агнесса кивнула на Аджарна. — Если бы вы видели эту конструкцию, то воронками в центре были бы ваши псевдореальности.

— Что это за бред? — раздраженно и с заметной нервозностью уточнил Дормитт. — Вы описываете галлюцинации?

— Хотела бы я сама знать, что описываю…

— Что это нам дает? — напряженно спросил Аджарн.

Агнесса заторможено пожала плечами.

— Я не знаю. Это объясняет, почему мы оказались на общем слое. Телепортировались в воронку… получается, все одновременно прыгнули в нашу псевдореальность. Остальных притянул артефакт…

— На слой повелителей снов мы не могли попасть этим путем, — сказал Илкадис, внимательно прислушивавшийся к ее рассуждениям.

— А на слой повелителей снов, — медленно произнес Васселен, — нас могли затащить насильно.

— Кто? Они сами?

— Не думаю. Тот, кто сильнее них.

Стена полыхнула эхом. В неправильном, неровном свете лицо Васселена напоминало застывшую гримасу с темными провалами вместо глаз и резкими носогубными складками.

— Вы попали сюда по следу магии пришлых, мадам Инайт, — сказал Дальтер. — Где он? Вы его чувствуете?

— Да. Нет. Магию чувствую, след — нет. Она везде…

Агнесса осеклась и подняла глаза.