Рабыня демона «Золотой горы» (СИ) - Порохня Анна - Страница 176

- У тебя мягкие губы... - прошептал он, отрываясь от моего рта. - Уверен, что и внутри ты идеальна для меня.

Его глаза и губы были в сантиметре от моих, и в темноте казалось, будто на меня смотрит нечто. Не мужчина, не человек, а что-то настолько далекое от моего понимания, что становилось страшно. Будто из-под этой маски человека, за мной подсматривает какое-то чужеродное существо. Хитрое, умное, подавляющее волю и разум... Господи... что у меня в голове?

- Теперь ты поняла? - прошептал он, словно прочитав мои мысли, и я ощутила на лице его теплое, влажное дыхание. Я испуганно замерла, но он имел в виду совсем другое, - Я всегда получаю, что хочу.

Видимо, его не особо интересовал мой ответ, поскольку он снова оказался в своем кресле и завел автомобиль. Да и мне не хотелось отвечать ему. Во-первых, я просто побоялась выглядеть глупо, а во-вторых, меня еще потряхивало от его поцелуя.

Машина помчалась по мокрой трассе. Спартак молчал, а я сделала вид, что сплю, переваривая случившееся. Страсти с этим идеальным, мужским экземпляром совершенно заставили меня забыть о главной проблеме, а ведь она никуда не делась и неизвестно, что произойдет после того, как мои родственники обнаружат мое исчезновение. Я почти успокоилась от всплеска чувств, вызванного ласками, и теперь думала о своих предстоящих действиях. Валера никогда не был у меня дома, он, конечно, знал, где я живу, но ни разу не приехал в гости.

Это было мне на руку, я выиграла время для побега. В том, что меня не оставят в покое - я была уверена. У меня было немного денег, которые я копила в течение пяти лет, и они всегда были для меня неприкосновенным запасом, но, видимо, пришло их время. Я несколько раз мысленно посокрушалась, что, скорее всего, уже никогда не увижу Францию (я копила на поездку) и никогда не проведу целое лето в стране своей мечты...

Я настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила, как машина остановилась. Теплая рука скользнула мне под свитер и легла на живот.

- Просыпайся... приехали.

Я даже дыхание задержала, испытывая сумасшедшие эмоции от ощущения его горячей руки на своей коже.

- Уже? - я демонстративно зевнула. - Быстро...

- Пошли, - он подхватил мою сумку и вышел из автомобиля. Через секунду дверца с моей стороны открылась, и он помог мне выйти. - У тебя есть кофе?

Он что, собирается ко мне???

- Да...

- Да не бойся ты... - усмехнулся он. - Не собираюсь я тебя насиловать. Скоро сама будешь в мою постель проситься.

- Что??? - я взвилась как пружина. Что он о себе возомнил??? - Знаешь, кофе у меня еще на той неделе закончился!

Я вырвала у него сумку и помчалась к подъезду, с возмущением слушая его громкий смех. Нахал! Бесцеремонный мужлан!!! Но какой же он классный...

Я ворвалась в квартиру и чуть не наступила на котенка, который сидел в темной прихожей.

- Чёрт!

Котенок жалобно мяукнул, и я вспомнила, что назвала его Чёрт - совершенно спонтанно.

- Заскучал малыш... - я взяла его на руки, и он замурчал, тыкаясь мокрым носиком мне в подбородок. – Пойдем, я тебя покормлю.

Через полчаса мы уже лежали под одеялом, а за окном медленно просыпалось утро. В голове кружилась целая стая мыслей, но я отогнала их от себя - для начала нужно выспаться.

Но выспаться мне не удалось. Сквозь сон я услышала, как трезвонит телефон, и с сожалением покинула теплую постель. Нащупав мобильник в кармане куртки, я взглянула на экран. Валера.

- Алло...

- Ты вообще нормальная?! - завопил он. - Что это было?!

- Ты о чем? - я, конечно, испугалась, но решила корчить из себя дуру, коей они меня и считали.

- Лена... - прошипел он. - Ты сбежала из дома, как воровка...

- Ты слишком преувеличиваешь, - спокойно ответила я. - Мне позвонили ночью, оказалось, я забыла закрыть кран и залила соседей снизу. Я не стала вас беспокоить и вызвала такси.

- Интересно у тебя все выходит... - братец злился и не скрывал этого. - Тебе не кажется, что это ненормально?

- Нет, не кажется, - резко произнесла я. - Ладно Валер, я хочу спать. Позже поговорим.

Он что-то пытался мне сказать, но я выключила телефон и пошла обратно в кровать.

- Ненормально... Это у вас что-то ненормально... - пробурчав, я накрылась одеялом с головой и сразу вырубилась...

* * *

Проснулась я оттого, что мне было тяжело дышать. Открыв глаза, я обнаружила, что нахожусь в кромешной темноте, окруженная странным запахом, похожим на запах сырой земли и влажных корневищ каких-то растений. Мне стало жутко до одури, и я чувствовала, как накатывает паника. Протянув руку в темноту, я коснулась жирной, влажной, рыхлой земли. Это могила!!! Воздух становился все тяжелей, и я начинала задыхаться, шаря руками в этой ужасной яме. Но выхода не было. Внезапно из темноты появилось бледное лицо отца, и я жалобно заскулила, не в силах сдержать приступ ужаса.

- Уходи, Лена! - закричал он. - Уходи! Он заберет тебя!!! Лена!..

И тут я по-настоящему проснулась. Котенок сидел на краю кровати и смотрел на меня испуганными глазами.

- Не бойся, - я погладила его и убрала мокрые пряди с лица. - Это просто дурной сон...

Умывшись холодной водой, я выпила крепкого кофе и, на всякий случай, собрала все документы в папку, и засунула ее в сумку. Котенок бегал по квартире, вспушив хвост, и гонял лапкой какую-то штуку, весело подбрасывая ее вверх.

Я пригляделась и подошла ближе. Что это? Странная штука подлетела к моим ногам, и я подняла ее. Абсолютно круглый предмет, черного цвета. Лёгкий, будто пустотелый, с непонятными надписями на шершавой поверхности.

- Откуда это? - удивленно протянула я, разглядывая удивительный предмет. - Ты где это взял?

Котенок озорно прижал уши и помчался в спальню. Последовав за ним, я обнаружила выглядывающий из-под кровати край розовой коробки. Котенок нырнул туда и зашуршал лапкой внутри.

- А ну-ка... - я извлекла ее из-под кровати и сразу же вспомнила, откуда она у меня.

Это вещи отца. Видимо, после переезда коробка, стоявшая с другими вещами, была задвинута и забыта. Я присела и осторожно положила ее на колени. Запонки, его любимая ручка, письма мамы, которые она писала ему в армию, мой детский рисунок и ежедневник, в потрепанной, немного обгоревшей обложке. Я открыла его и удивленно ахнула - дневник! Все страницы его были подпалены, с дырами от огня и что-либо прочитать было очень сложно.

Мне было очень интересно, и я принялась разбирать то, что осталось более или менее читаемым.

"Я проклинаю тот день, когда он появился в моей жизни. Проклинаю себя за слабость и безволие. Но разве можно было не испугаться того ужасного, что не подвластно разуму нормального человека??? Нет... нужно было противостоять ему... нужно было..."

На этом написанное обрывалось, и я даже расстроилась. О ком писал отец? О своем "друге" Давиде Нузгаровиче?

Дальше было следующее: "Он дал мне эту вещь и сказал, что мне всегда будет везти, что моя жизнь станет полной довольства и изобилия. Она будет долгой и счастливой. Зачем? Зачем я взял ее? Разве все это стоит жизни твоего ребенка? Я захотел вернуть эту вещь, но он накричал на меня, а от его когтей раны на шее заживали очень долго. Он сказал, что если я откажусь, то умру страшной смертью. И я снова сдался".