Мир Дому. Трилогия (СИ) - Шабалов Денис - Страница 178

Да только зря. Старуха с косой, весело скалясь, простерла над лагерем костлявые руки. Никуда не денетесь, голубчики. Теперь – мои… Ресурсы на нуле. Снова уйти в лабиринты, искать до последнего? Обвязаться веревкой и, пользуясь только одним фонарем, вести обойму, как слепых котят? Далеко не уйдут. И стоит только потухнуть планшетнику – они остаются без карты. И еще вопрос, что лучше: сдохнуть в лабиринтах переходов, слепо бродя по черным коридорам – или здесь, в просторной пещере. Они честно прошли до конца, честно боролись до последнего. Дайте хоть подохнуть спокойно…

Он не помнил, сколько так пролежал – здесь, в глубине пещер, время словно застыло. Да и торопиться было некуда. Гришка все так же сидел рядом – но молчал и он. Мысли ползли вяло, словно на границе сна и яви. Не смогли они помочь своему племени. И Важняк не дождется вестей. Знайка не принесет то, что сумел уже добыть, не расскажет о своих открытиях… Дом, потеряв почти тридцать человек, так ничего и не узнает о пятидесятом и нулевом. И община – умрет. Пусть и не сразу, через три, пять поколений – но она выродится. Если до тех пор не погибнет в одном из накатов…

Нарушая тишину справа зашуршали шаги и рядом опустилась мелкая черная фигурка.

– Что дальше?

В устах научника это прозвучало донельзя беспомощно: Сереге всегда казалось, что Илья знает ответы на все вопросы… Но теперь сдался и он. Серега молча пожал плечами. Что дальше?.. Умирать. Выхода нет. И прежде чем озвучить это остальным – отдать последний приказ – он должен был привыкнуть к этой мысли сам.

– Нужно оставить послание в планшетах, – помолчав, тяжело сказал Илья. – Когда‑нибудь… – он запнулся на мгновение, но нашел в себе силы, – когда‑нибудь нас могут найти. Они должны узнать, что случилось с Третьей экспедицией… Нужно подготовиться.

Серега кивнул. Отстраненно, заторможенно. Он все еще не верил. Не хотел верить. Не могло этого быть, не могло вот так все бездарно закончиться…

– И Путеводитель зашифруй…

Серега снова кивнул и поднялся. Да, нужно подготовиться. И уже потом решать, каким будет их последний шаг.

– Отойду, – сказал он. – Не могу здесь. Надиктую, зашифруешь потом сам…

Отодвинувшись к западной стене, он встал у большого круглого валуна. Страус лежал совсем рядом, и Серега, глянув на механизм, снова мельком подумал – какого черта эта железяка делает здесь и как сумела залезть в эти дебри. Надо бы почистить от пыли да осмотреть… Нажав на клавишу, он включил планшет. Батарея показывала тринадцать процентов. Недолго осталось. Часов на десять хватит – но ему достаточно одного. Надиктовать короткое послание, рассказать нашедшим пещеру о тех, чьи костяки белеют здесь на камнях.

Выведя на экран программу диктофона, он нажал на кнопку записи и на короткое время задумался. Как начать? Представиться? Пожалуй, да. Чтоб с самого начала обозначить, кто лежит в могильнике. Он вдохнул побольше воздуха, собираясь начать… коммуникатор вдруг неуверенно пискнул и в углу экрана мигнул значок позиционирования.

Мигнул – и пропал.

Застыв в ледяном ступоре, Серега вцепился в экран глазами. Значок появился, заморгал, пропал и появился снова – бледный призрак той сочной пиктограммы, которую привык видеть любой Навигатор, он как будто поддразнивал, подмигивая зеленым глазком… Словно зачарованный, не отрываясь от экрана, Сотников осторожно нашарил задницей камень. Откуда сигнал?!.. Значок, обидевшись этому недоверию, снова мигнул – и потух уже окончательно. Но стоило Сереге в испуге вскочить – как планшет опять пискнул, оповещая о своих натужных попытках поймать и удержать сеть.

Серега замер. Нельзя было спугнуть. В этом зеленом подмигивающем говнюке сосредоточилось сейчас самое главное – жизнь. Мозг работал хреново – то ли с голода и жажды, то ли после бессонной ночи, а скорее по совокупности – и он все никак не мог сообразить, что делать дальше. Сеть была где‑то здесь, слабый сигнал витал в воздухе, словно сумел пробиться сквозь камень… Неужели выход за стеной?!..

Подняв коммуникатор, он повел им из стороны в сторону, как будто сеть была рыбой, плавающей в воздухе и только так ее и можно было поймать… и планшет, радостно пискнув, оповестил о приеме сигнала. Не отпуская глазами экран, Серега дрожащей рукой нащупал камень. Догадка, возникшая в голове, казалась слишком уж невероятна. И одновременно – проста до безобразия. Но прежде чем орать от радости на весь лагерь, нужно проверить…

Поднявшись на камне во весь рост, он протянул руку с планшетом вверх, словно Прометей, дающий людям огонь… и значок зазеленел, наливаясь изумрудным сиянием, а точка местоположения, рванувшись вверх по карте, улетела куда‑то в район триста восьмого горизонта и здесь замерла, белея посреди черноты экрана. И тогда Серега, чувствуя, как распадается тугой узел в груди, который держал его в напряжении эти три проклятых недели, выпуская воздух из легких, захохотал на всю пещеру. Выход был! Был там, наверху, скрытый во тьме, которую не мог пробить луч фонаря. МРШ не поднимался снизу и не проходил через коридор – он упал сверху, рухнул двухтонной колодой и так и остался лежать здесь, зарастая пылью! И значок позиционирования, весело подмигивающий с экрана навигатора, говорил о том, что проход все еще открыт.

Теоретическая математика не оправдала надежд. Дело было за практическим альпинизмом.

Глава 7. ТРЕЩИНА

Полдня ушло на подъем. Стена отвесная, а местами даже и с небольшим отрицательным углом, и штурмовать ее оказалось не просто. Сказывался и долгий переход, и грязь, и жесткие нормы по воде, и голодовка – Серега, который полез на стену в первой связке, хоть и предполагал, что будет нелегко, но был неприятно удивлен – насколько… Тело, всегда такое послушное, готовое к любым испытаниям, готовое выполнить любой приказ, откликалось теперь с запозданием. Да и физические кондиции упали на порядки – кружилась голова, иногда подташнивало, изрядно просела выносливость… Пожрать бы пару дней, отмыться‑отоспаться – и организм восстановится, да еще и с прибытком… но возможностей пока не предвиделось.

Но еще сильнее сказывалось отсутствие скального снаряжения. Две бухты веревки, пук анкеров и крючьев, молоток, три закладки и пара страховочных систем – на этом и все. Обвал унес даже магнезию[57] и вместо нее пришлось использовать мел. Лезть без мела немыслимо – вспотевшая ладонь или пальцы уменьшают шансы зацепа чуть более чем дохрена.

И все же они смогли найти выход. Исползав стену вдоль и поперек, отыскали к середине дня, когда начало уже казаться, что преисподняя снова играет с ними в прятки, поманив надеждой и показав затем припрятанный за спиной кукиш. Обнаружила его связка Енот–Прапор – сместились в сторону от места под стеной, где лежал контроллер, и на отметке в семьдесят метров, за ломаным каменным лбом, за который не то чтобы залезть, но и заглянуть‑то страшно, чернел темный провал. А внутри, на пределе дальнобойности фонарей, просматривались ребра тюбинга.

Это был триста восьмой горизонт, навигатор не врал – табличка с нумерацией попалась им вскоре после выхода. Триста восьмой горизонт, сто пятьдесят седьмой километр восточной транзитной. Всего‑то и прошли – триста метров глубины за двадцать один день… Мизер! Но какие это были триста метров… Гриша, поднявшись в пещеру, долго стоял на краю обрыва, глядя вниз на лежащего в пятне света страуса – а затем, облизав сухие губы, зло плюнул вниз, выразив в плевке все накопившееся. Пройти Штольни… испытание, которого не пожелаешь и врагу.

И все же они пробились. Теперь обойму окружала привычная обстановка: бетон, ребра тюбинга, галерея, уходящая во тьму… и сама тьма. Здесь, в Джунглях, даже тьма казалась как‑то ближе и роднее. И здесь снова были дороги, было куда идти.